Семь бед (рассказы) - Виктор Фомин

- За отпуск спасибо тому полковнику скажешь, он мне сам сказал перед отъездом, чтоб я представление на тебя подал, сам и звонил сегодня.

Вот так, всю жизнь живи среди людей, смотри на них во все глаза, а что у кого за душой - не угадаешь, пока сам не раскроется.

СТАЖЕР

Славным летним утром, в воскресенье, доблестный пограничник, мастер по сигнализационным устройствам Игореха Мягков совместно со своим "годком" Валькой Солдатенковым мыл полы на заставе. Ясный и свежий после ночного дождя день был заведомо испорчен с самого начала. Мало того, что вместо хоть какого-нибудь захудало-геройского назначения на службу постоянно заставляют мыть полы и помогать повару на кухне, так еще сегодня дежурит по заставе придирчивый до тошноты сержант Голик. Этот злодей способен заметить любую мелочь и содрать за нее впоследствии пять шкур. Для полноты картины, или чтобы жизнь медом не казалась, в напарники достался вечно недовольный Валька. Тяжела ты, жизнь стажерская! Этого самого Солдатенкова Игорь недолюбливал с первых дней службы на учебном пункте. Тот был заносчив, кичился тем, что старше всех на год, родом из самой Москвы, и все время твердил - здесь, в тайге, ему с его умищем, не место. Призвали его с первого курса университета и мечтал Валька только об одном - остаться служить в управлении войск округа, на худой конец - в гарнизоне, при штабе, лучше всего в комитете комсомола. Мечтаний этих не скрывал, всех остальных ребят считал провинциальными недоумками и, говорят, при случае стучал на всех подряд в политотдел. К тому же, перед любым начальством, от сержанта до офицера, вытягивался в струнку и словно в рот заглядывал, а за глаза говорил всякие гадости. Игорь был парень простой, родом из захудалой сибирской деревушки в двадцать дворов, в науках не преуспевал, опять же, службой в пограничных войсках всерьез гордился. Соответственно, был частой мишенью для Валькиных насмешек. Назначением на одну заставу, да тем более в одно отделение, оба были расстроены: Вальке обломилась халявная служба, а Игорь молчком, но досадовал на перспективу терпеть рядом с собой больше полутора лет такого сослуживца. Тем более, что из всего выпуска здесь они оказались только вдвоем.

Вот и сейчас, пока он, Игорь, старательно орудует тряпкой, этот студент-белоручка больше вздыхает и злобно гундит про свою нелегкую жизнь, чем помогает... К обеду, наконец, удалось с третьей попытки сдать придире Голику все помещения, кроме спального. Сержант устроил обоим выволочку за медлительность, погнал обедать, а потом отправил мыть спальное, добавив:

- До трех часов не управитесь - заставлю и территорию убирать. И не шумите там, а то ваш комтех еще спит.

Войдя в спальное, Валька злобно передразнил Голика:

- Ваш комтех спит! Нужен он нам больно, козел беззубый! - и нарочито громко брякнул на пол ведро с водой. Игорь глянул на спящего командира, поежился и прошептал:

- Тихо ты, разбудишь!

- А чего он тут разлегся барином? Все уже встали давно, а он все дрыхнет, тоже мне... В блатных у начальничка ходит, так все можно?

- Да брось ты, он же до утра по тревожкам мотался, говорят, два раза вся группа менялась, кроме него и начальника. Помнишь, они вернулись, когда мы уже встали?

- И что теперь, в ножки им кланяться? Встали! Мы уже вкалывали вовсю, а этот урод своими сапожищами грязи натащил половину сушилки, а я ее отдраил до блеска к тому времени.

- Так что ж ему, на пороге разуваться?

- Да хоть на улице! Сам бы "плавал" по полам, так уважал бы чужую работу.

Тут Игорь хотел сказать: "Да они в сержантской учебке свое отплавали", но вспомнил, что сам Валька, в отличие от всегда аккуратных "старослужащих" и уже приученных ими к понятию "дом" новичков, постоянно мусорит где ни попадя, за что постоянно получает нагоняи от всех подряд, и прекратил бесполезный разговор. Молчком взял тряпку и начал драить "спальник" с дальнего угла.

Увлекшись работой и мыслями о далеком доме, случайно задел стоящий у тумбочки автомат комтеха, который не замедлил с грохотом свалиться на пол. Сержант вскочил и сонно заморгал, пытаясь понять что случилось и где он. Игорь замер в проходе, сидя на корточках, надеясь что командир не проснется окончательно и свалится опять, но тут включился на всю громкость "гнутик" Валька:

- Эх ты, деревня, разбудил-таки! Говорил я тебе, что сам в том углу уберу! Доброе утро, товарищ сержант!

Игорь выругался про себя, встал и виновато проборматал:

- Извините, я случайно...

Отделенный разобрался в ситуации, улыбнулся, потряс головой, сел на кровать и глянул на часы. Удивленно вскинул брови и спросил:

- А кто вместо меня на службе?

Вездесущий Солдатенков и тут успел:

- Ефрейтор Орлов, а у вас сегодня выходной вместо него, так что спите дальше.

Комтех недовольно поморщился, помолчал и почему-то спросил:

- Братцы, а когда вы мне "выкать" перестанете? Говорил же - обращайтесь по имени. Это застава, а не учебный пункт, почти семья... Вроде, все уже привыкли, кроме вас двоих.

Игорь решил промолчать, он по-прежнему всех сержантов заставы величал только на "вы" и считал, что это правильно. Переубедить его не мог никто, хотя пытались многие. Ехидный Валька уточнил:

- А как же Устав?

- Устав для службы писан, а не для жизни. Разницу понимаешь?

- Тогда разрешите официальный вопрос, товарищ сержант?

- Лады, разрешаю.

- А почему, скажем, ефрейтор Орлов или рядовой Калашников, кстати, оба второго года службы, моют полы один раз в неделю, а мы - почти каждый день?

- Да потому, что у них по десять-двенадцать часов службы в сутки выпадает, против ваших четырех. Хотите поменяться?

Заносчивый Солдатенков сразу выкрикнул: "Конечно хотим!", на что получил спокойный ответ: "Тогда заслужите. Докажите, что вы лучше. Попоробуйте обойти их на кроссе, на стрельбище, на полосе препятствий, в рукопашной схватке. На худой конец, аккумуляторные батареи обслужите нормально. Тогда и боевой расчет по другому выстроится".

С тем сержант забрал автомат и ушел мыться-бриться, плюнув на недосып. Доблестный воин Мягков, уже пробовавший состязаться с вышеперечисленными везде, где только можно, скромно вздохнул и продолжил мытье полов, а Солдатенков возобновил свой бестолковый скулеж: "Вот всегда они так, своим годкам подсуживают, а молодых заставляют на себя спину гнуть". Тут Игореху прорвало впервые за все время:

- Да ты, кусок дерьма, хоть раз в жизни пробовал что-нибудь своими руками сделать, без присмотра за другими?! Только и знаешь, как на всех наговаривать, а сам? Тебя же вся учебная застава по-очереди на руках на кроссах таскала, а ты на всех плевал?! Свинья ты после всего этого!