"Фантастика 2024-7". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Панарин Сергей Васильевич

- Секретарь, - сказала в воздух аш-Шагури, - напомните узнать у выживших имя оставшегося в боевом отсеке.

- Да, госпожа президент, - расторопный Жак тут же сделал себе пометку.

За те несколько часов, что аш-Шагури провела в командном пункте, она сумела более-менее разобраться в хитрой мешанине разнокалиберных экранов и консолей. Тем более что основную информацию о ходе сражения ей выводили на большой голографический экран, а стоящий рядом военный консультант тут же давал пояснения происходящему.

Ее корабль во всех официальных документах именовался просто, «Борт номер 1». Размерами чуть крупнее фрегата, правительственный корабль с комфортом нес в себе тридцать членов экипажа, и порядка ста человек обеспечивающих бесперебойную работу президента. И за все сорок лет в строю, по назначению использовался всего трижды. Президенты Лиги редко покидали Землю.

Сейчас «Борт номер 1» висел сопровождаемый неразлучной троицей вспомогательных судов в пяти миллионах километров позади Земли. Это расстояние выбрали не случайно. Шестнадцать секунд временного лага давало возможность наблюдать за событиями почти в режиме реального времени, а разгонные характеристики позволяли убежать даже от тяжелого крейсера аспайров. Если бы он обратил внимание на четыре небольших корабля в отдалении от схватки.

Правительственный корабль сопровождали три специально построенных для его эскорта судна. Скоростной курьер, корабль связи, и носитель четырех тактических кораблей сопровождения. И Салия очень надеялась, что до применения последних дело не дойдет.

Мягкий голос консультанта вернул ее в реальность.

- Госпожа президент, Резервный флот вошел в зону действенного огня аспайров.

Салия сделала глубокий вдох, и выпрямилась в кресле. Началось! Следующие полчаса станут решающими, они подарят шанс спасти Землю, или лишат последней надежды. Все зависело от того, смогут, или нет, прорваться через боевые порядки аспайров корабли Резервного флота.

- Почему они молчат? – не в силах терпеть, спросила аш-Шагури.

Звезда из 64 отрядов капканом смыкалась на двух ударных группах аспайров. И по опыту предыдущих сражений люди уже находились в зоне поражения. Вот только аспайры почему то не стреляли.

- Скорее всего аспайры планируют открыть огонь, когда наши корабли подойдут ближе. – капитан первого ранга снова заглянул в планшет. – После первой минуты их скорострельность существенно падает. Видимо они хотят первыми же залпами выбить самые опасные цели.

- Почему не сейчас?

- Вероятность попадания сейчас не превышает одного процента на ствол. – непонятно объяснил консультант.

- Простите? – подняла на него взгляд аш-Шагури.

- Это значит, что при выстреле одного мобильного орудия вероятность попадания по крупному кораблю составляет один процент. Или 64 процента при полном залпе флота. Что дает прогнозируемые потери от одного до трех кораблей при каждом залпе.

- Не так и много, - пожала плечами аш-Шагури.

- С шестидесяти тысяч вероятность будет составлять уже пять процентов, что позволит за первую минуту выбить минимум двенадцать единиц. К тому же, судя по атаке ракетных крейсеров, приоритетными целями будут уже знакомые аспайрам типы кораблей.

Аш-Шагури обвела глазами притихший командный пункт.

- Вы хотите сказать, что мы в самом начале потеряем военные корабли?

- Скорее всего к дистанции торпедного залпа потери среди них составят не менее половины. Ракетные крейсера аспайров игнорировали грузовозы.

- А эти наши контейнеры с пылью?

- Неизвестно, на сколько хватит их запаса, все зависит от сообразительности аспайров, а соображают они быстро. – виновато потупился консультант.

Удержавшись от комментариев, аш-Шагури повернулась к большому экрану, куда транслировалось изображение с линкора «Потрясатель», из штаба. Заметив ее интерес, компьютер тут же сфокусировал камеру на командующем. Югай судя по выражению его лица уже оценил обстановку, и она ему определенно не нравилась.

Подумав, аш-Шагури решила не отвлекать командующего и снова сконцентрировалась на голографическом кубе.

С общим планом сражения она познакомилась еще позавчера, и сегодня с неудовольствием видела, как сбываться самые черные предсказания. Слабая выучка пилотов и диспетчеров приводила к тому, что большинство кораблей запаздывало с маневрами, у многих даже не получалось с первой попытки занять предписанное место в ордере. Из переговоров находящихся в командном пункте офицеров она слышала, что выхлопы нескольких контейнеровозов прошли в опасной близости от летящих за ними военных кораблей. А значит, от первоначального плана прикрыть военные корабли придется отказаться.

Рядом бесшумно возник Жак, поставив на столик перед ней чашку горячего кофе. Текли минуты, а ничего не происходило.

- Они стреляют, госпожа президент! – коснулся ее плеча консультант.

Рои плазменных сгустков ползли по экрану ярко красными вытянутыми пятнами. Секундой спустя, возле каждого роя как вспыхнуло облачка с комментариями. Наверное, туда вывели траекторные данные, но аш-Шагури опознала только меняющиеся цифры обратного отсчета. К счастью, рядом стоял неизменный консультант.

- Залп произведен по восьми целям с семидесяти двух тысяч километров. Вероятность попадания колеблется в районе двадцати пяти процентов. Целями выбраны линкор…

Консультант скороговоркой произнес названия четырех оставшихся в строю линкоров типа «Виктория», и четырех тяжелых крейсеров. Сбывались страхи аналитиков. Обмануть аспайров большим количеством гражданских судов не удалось, в первую очередь те били по знакомым силуэтам.

Атакованные один за другим прекращали ускорение, разворачиваясь навстречу летящим сгусткам. Маневрировать, уходя из конуса поражения они даже не пытались. То, что доступно фрегату уже не по силам линкору. Вместо этого, тяжеловесы готовились прикрыться «щитами для бедных».

Каждый контейнер содержал в себе около десяти миллиардов крошечных пылинок диаметром в половину миллиметра. Это позволяло создать практически непроходимое для сгустков облако. Моделирование показало, что на начальном этапе, пока щит не рассеяться, вероятность прохождения сгустка стремилась к нулю. От трех, до пяти минут неуязвимости.

- Почему они не маневрируют? – тут же задала вопрос аш-Шагури. – Насколько я понимаю, по неподвижной мишени аспайры стреляют узким пучком.

- Пока что они перекрывают коридор ухода. – пояснил капитан первого ранга. – В случае чего, корабли начнут маневр уклонения, а уклониться от узкого пучка способен даже старый линкор. Аспайры вынуждены это учитывать.

- Хотелось бы верить.

Прежде чем первые сгустки добрались до целей, мобильные орудия аспайров успели выстрелить пять раз, метя в одни и те же корабли. И, как отметила аш-Шагури, аспайры по прежнему осторожничали, стреляя рассеянными снопами. А значит, вероятность попадания…

- Госпожа президент, - консультант довольно потер руки, - Пылевой щит работает, мы видели разрушение плазменных сгустков!

- Потери?

- Линкору «Конституция» рассеянной плазмой повредило антенны главного радара. И данные телеметрии с еще нескольких судов показали слабое воздействие на верхние слои брони. Ох… - капитан первого ранга запнулся на полуслове, - Попадание в линкор «Белерофон»!

- Как? – распахнула глаза аш-Шагури, но тут же сообразила. – Долетел второй залп?

- Так точно! – консультант замер, считывая бегущие в планшете строки, - Очень серьезные повреждения, линкор потерял одну из башен главного калибра, и… Ход.

Воспользовавшись терминалом, Аш-Шагури не мешкая отдала команду направить телескоп на поврежденный линкор. Внешне тот выглядел совсем неповрежденным. Лишь присмотревшись, на носовом броневом экране она увидела небольшую выбоину, как будто кто то вырвал кусок забавной броневой нашлепки. Почему он потерял ход, президент так и не поняла.

«Белерофон» построили в те годы, когда прогресс оборонительных систем практически исключил опасность торпедной атаки со стороны колониальных самоделок. Единственной реальной угрозой для линкоров оставалось лазерное оружие орбитальных боевых платформ. Поэтому линкор типа «Гегемония» напоминал гриб с маленькой шляпкой. Эта блямба давала отличную защиту с фронтальной плоскости, стоящие тогда на вооружении лазеры не могли пробить ее за разумное время. Но против плазменного сгустка эта броня не устояла.