Огненные острова (ЛП) - Швартц Ричард

Никто из нас не спасся из вулкана без ожогов, даже я считал молнию Лиандры меньшим из двух зол: у меня на теле почти не было места, где не пекло бы кожу и где она не была бы натянула. Лиандре помогли её доспехи и ткань, которую она повязала вокруг рта и носа, но и у неё были ожоги на руках, лбу и шее.

По возможности, мы тщательно вымылись и одели другую одежду. Лиандра нашла в рюкзаке Серафины кожаные юбку и жилет, которых я никогда не видел раньше.

— Самая большая опасность — это гангрена, — сообщила мне Лиандра, тщательно смазывая мои ожоги мазью. — Нам понадобится удача, чтобы не стать жертвой лихорадки. — Она посмотрела на Маркоса и нахмурилась. — Ему… ему нужен целитель, чтобы выжить. И не какой-то там, а хороший.

Я чуть не ответил, что пирата вовсе не жаль, но это была неправда. Эти последние часы изменили моё представление о нём. Мы были обязаны ему своей жизнью.

Теперь она сидела, прислонившись ко мне и наблюдала, как там внизу грузится одни корабль за другим.

— Мы прошли весь длинный путь сюда, только чтобы увидеть, как Старая империя падёт, — тихо сказала она. — Император-некромант был во всём на шаг впереди нас.

— Ещё не всё потеряно, — успокоил я. — Все, кто видел Аскир, говорили мне, что город невозможно захватить.

— Ты забыл, что Коларан хочет отправить туда свои войска с помощью магии? — спросила она. — Невозможно себе представить, какой он должен обладать силой, чтобы благодаря одной лишь силе воли послать через портал в Аскир десять легионов. Это противоречит законам магии. Ни один человек не может надеяться ухватить и управлять таким количеством магии, не вспыхнув при этом, словно костёр из соломы.

— Возможно, так и случится, — выразил я надежду, но она покачала головой.

— Не знаю, как он ухитрится, но он это сделает. — Она подняла глаза. — Он должен, от этого зависит весь его план. Если он не захватит Аскир, то эти войска рассеются у стен имперского города. Аскир — это не Келар. — Она указала на флот внизу. — Это огромная армия, огромное количество кораблей и всё же всего лишь два легиона. Он должен захватить Аскир, иначе его план сорвётся.

— Целан рассказывал тебе больше о планах Коларона? — осторожно спросил я.

Она покачала головой.

— Не особо, нет. Мне только так казалось, когда ошейник был ещё на мне. Сказал, когда отплывает флот, о формировании войск и тому подобное. Ничего, что могло бы помочь нам победить его теперь. И это, определённо, не компенсирует того, что он со мной сделал. — Она посмотрела мне прямо в глаза. — Хавальд, я не знала, кто я такая. Я думала… Он нашептал мне, что я его люблю.

— Да, — промолвил я, притягивая её ближе к себе. — Я знаю.

— Хавальд, — прошептала она у моей груди. — Это он командовал войсками при осаде Келара. Это он приказал забросить в город мертвецов, чтобы потом подчинить их своей воле. Он с гордостью поведал мне об этом, поскольку благодаря этому успеху, обеспечил себе командование над Огненными островами. А я ещё восхищалась им.

— Замолчи, дорогая, — попросил я, крепче прижав её к себе и гладя по голове. — Он за это заплатит.

Я держал её в объятьях, когда она плакала, и смотрел на гавань, но, по правде говоря, видел только смятые простыни и его сапоги перед её кроватью.

Постепенно день сменился вечером. Целан продолжал нас искать, через брешь я видел, как в небо постоянно поднимаются виверны, которые парили над островом. Вчера, в это время, их было всего два, теперь же, как минимум, восемь, если не больше.

Интересно, сколько времени пройдёт, прежде чем он начнёт искать здесь, в башне, и цистерну действительно ещё не обнаружили?

Куда пропали Серафина, Зокора и Ангус?

Но прежде всего я задавался вопросом, как сдержать клятву и убить Целана?

Что ж, мы вряд ли сможем сбежать, рано или поздно он нас схватит, и тогда, видимо, придёт время проверить, как далеко я могу зайти с Искоренителем Душ, если предоставлю ему полную свободу действий. Эта мысль почти мне понравилась.

Должно быть, я заснул, потому что меня разбудили далёкие хриплые голоса. Прошло довольно много времени, поскольку солнце уже почти село. Рядом со мной Лиандра что-то пробормотала, когда я отстранился. Артин в своём углу схватил меч и вопросительно посмотрел на меня. Я покачал головой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я прицепил к поясу Искоренителя Душ, в последний раз осмотрелся, а затем через брешь вернулся в подвал. Поднимаясь по лестнице в башню, я увидел их уже издалека. Целая цепь солдат, наверняка, около пятидесяти, каждый пятый держал в руке факел. Они окружили башню, не считая той стороны, где был обрыв, и подходили всё ближе и ближе. Тот, кого я так надеялся встретить, шёл впереди.

Я поправил доспехи и застегнул расстегнувшуюся пряжку. Мои когда-то великолепные доспехи были грязными и обугленными, но всё равно обеспечат мне защиту. Затем я вышел из башни.

Наши взгляды встретились, когда я перешагнул через разбитые ворота. Он остановился, и я увидел, как он покачал головой, злобно улыбнувшись сжатыми губами. Потом поднял руку, отдав приказ. Его солдаты с громким рёвом бросились ко мне, в то время как он оставался на безопасном расстоянии.

Он был полевым командиром, генералом, зачем ему подвергать себя опасности, когда у него были свои люди?

Я почти восхитился его поступком, потому что в этом коротком обмене взглядами стало ясно, что он ненавидит меня не меньше моего. Весь этот обман, вся эта игра… только потому, что я обманул его, а потом одержал верх.

Хватит игр, поведал мне его последний взгляд. Теперь ему нужна была моя голова, но он был достаточно умён, чтобы приглушить свои гнев и ненависть, и достаточно хладнокровен, чтобы в бой отправить своих подчиненных.

Я вытащил из ножен Искоренителя Душ и побежал навстречу солдатам. Пока ещё на моём пути их было не так много.

Этот бой мог бы превратиться в балладу, достаточно кровожадную, чтобы понравится Ангусу, но до этого не дошло. Прежде чем я смог пробежать более трёх шагов, я услышала над головой ужасающий крик, и мы все невольно посмотрели в небо и проследили взглядом за падением виверна и его всадника до земли, где оба разбились о твёрдые скалы, прямо между мной и Целаном.

Но мы испугались ещё больше, когда выяснилось, что точки там наверху были не виверны, а грифоны.

В следующий момент я услышал гневные крики благородных существ, когда они, сложив крылья, словно камни, рухнули с неба, чтобы снова расправить их прямо над землёй и выкосить тонкую линию солдат своими могучими когтями. А в это время мерцающие серебром и с высеченными на металле гримасами фигуры на их спинах метали молнии и огонь или несли гибель нашим врагам копями и стрелами.

Только что я думал, что битва проиграна, но мгновение спустя вся ситуация кардинально изменилась. Почти треть вражеских солдат лежала на земле, истекая кровью или умирая. Остальные пытались перегруппироваться, но одни лишь гневные крики грифонов сломили моральный дух. Только тут и там солдат ещё стоял на ногах, но уже в следующий момент был сражён.

Часть грифонов преследовала убегающих, трое из них приземлилось передо мной. Я узнал эти беспощадные маски-личины, распущенные волосы и блестящие доспехи. Это были никто иные, как Имра, принц эльфов, его жена Ласра и молчаливый эльф Реат, чей отец только что предложил сопровождать меня в последней битве.

Позади них, привязанных к сёдлам, я увидел Зокору, Серафину и даже Ангуса. Зокора лишь кивнула, как будто мы случайно встретились на улице, Ангус громко рассмеялся, а Серафина сияла от радости на всё лицо, увидев меня живым.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Князь Целан стоял странно равнодушный. Он наблюдал, как умирают его солдаты, а затем, как другие грифоны приземляются вокруг нас.

Он смотрел на что-то за моей спиной, и я проследил за его взглядом: Лиандра как раз выходила из разрушенных ворот старой башни.

Грифон Ласры, на котором также сидела Серафина, ненадолго поднялся в воздух и опустился рядом с Лиандрой. Серафина, продолжая восседать в седле на спине гордого животного, склонилась к Лиандре и протянула ей то, чего ей не хватало так же, как мне моего клинка.