Проклятие Низвергнутого бога - Дэн Черненко

Петросус, длинноносый мужчина, постоянно близоруко щуривший глаза, раздражал Ланиуса. Он не мог себе представить, как такой человек мог хоть кому-нибудь понравиться, включая жену Петросуса. Впрочем, это не значило, что казначей плохо справлялся со своими обязанностями. Однако в данный момент он старался как можно быстрее свести Ланиуса с ума.

– Прошу прощения, ваше величество, но я ничем не могу вам помочь.

Даже его голос был раздражающе скрипучим.

– Что значит – ничем не можешь помочь? Моей семье нужны деньги. Деньгами распоряжаешься ты. Я знаю, что в казне есть деньги – только что были собраны налоги. Поэтому прошу по-хорошему, иначе мне придется отпустить некоторых слуг.

– Прошу прощения, ваше величество, – повторил Петросус совсем не извиняющимся тоном. – На эти цели деньги не предусмотрены.

– Я – король Аворниса или нет? Я должен получить деньги, если они мне нужны, или нет?

Петросус почесал кончик длинного носа испачканными чернилами пальцами.

– Ваше величество, дело обстоит так. Вы король Аворниса, но единственный ли? Кстати, если вы задаете такой вопрос, то я вынужден сказать, что нет.

Ланиус отлично понимал, что означали его слова. Нечто подобное он слышал не один год. Приказы отдавал только Грас. Ланиус это понимал, нравилась ему такая ситуация или нет. Тем не менее...

– Мне нужны деньги для моей семьи! – Он действительно стал повторяться, как и казначей.

– Вы мне уже говорили об этом, ваше величество. А я говорю, что средств, помимо предусмотренных, нет.

– Ты утверждаешь, что дочь короля Граса не может получить то, в чем нуждается? – зловеще спокойным голосом поинтересовался Ланиус. – Говоришь, я не могу оплачивать слуг, которые ей необходимы?

Казалось, Петросус совсем не чувствовал опасности.

– Средства не предусмотрены. Все просто, ваше величество.

С таким же результатом он мог сказать: «Все просто, идиот».

– А если я напишу королю Грасу и сообщу, как ты мешал мне? По-твоему, что он на это скажет?

– Нечто вроде: «Поздравляю, Петросус. Все правильно. Ты не должен тратить ни одной монеты без моего решения», – весело ответил казначей. – Пишите, если вам это надо.

Ланиус не ожидал и не хотел услышать такой ответ. Он уставился на Петросуса, тот, прищурившись, также смотрел на него.

– Ты имеешь в виду, что король Грас не хочет, чтобы я получил деньги, которые мне необходимы? – спросил после долгой паузы Ланиус.

– Не спрашивайте меня о том, чего он хочет. Что касается меня, то я не трачу деньги без распоряжений. Это моя обязанность, ваше величество.

– Чьих распоряжений? – спросил Ланиус.

– Короля Граса, конечно, – ответил Петросус.

«От солнца, конечно» – если бы его спросили, откуда берется свет.

Он невозмутимым тоном продолжил:

– И мне известно, на что король Грас хочет истратить деньги.

Король Ланиус нечасто выходил из себя, но этот случай был исключением.

– Идиот! Ленивый, жалкий, никчемный ублюдок!

– От такого же слышу.

Это было самым убедительным доказательством беспомощности Ланиуса. Но тот разочаровал казначея, сильным ударом значительно притупив длинный нос. Петросус покинул королевские покои, заливая пол кровью.

Покончив с этим, Ланиус написал письмо Грасу, сообщив о тупости и нахальстве Петросуса. Странно, что от его пера не воспламенился пергамент. Письмо он отослал на юг с гонцом.

Через некоторое время пришел ответ.

«Петросус, насколько я знаю, отлично справляется со своими обязанностями, – писал Грас. – У меня нет к нему претензий. Уверен, ты отлично с ним поладишь».

– Клянусь богами, – пробормотал Ланиус – Он действительно не хочет, чтобы мне выдали деньги, которые так необходимы.

До этого момента у него еще оставались сомнения. Он был почти уверен, что Грасу ничего не известно о проделках Петросуса. Однако его тесть рассуждал верно: король-соперник без денег представлял меньшую опасность, чем король-соперник с деньгами. Куда очевидней!

– Я сам заработаю деньги, – объявил Ланиус.

Он был полон решимости, хотя не имел ни малейшего представления о том, как это делается. Данное обстоятельство его ничуть не беспокоило.

А короля Граса ничуть не беспокоило раздражение Ланиуса. У него были более важные дела. Он представлял себе Йозгат каждый раз, когда смотрел на противоположный берег Стуры. Он так хотел завладеть Скипетром милосердия, что не мог думать ни о чем другом.

– Как вы надеетесь его получить, ваше величество? – спросила как-то вечером Алса. – Каждая попытка Аворниса заканчивалась поражением. Почему сейчас должно случиться иначе?

– Не знаю, – ответил Грас. – Действительно не знаю. Но я должен что-то предпринять, причем скоро.

– Сколько солдат Аворниса стало рабами? – спросила колдунья.

– Много. Но на той стороне границы много других рабов. Если бы мы смогли исцелить их...

– Это было бы чудом, – закончила за него Алса. – Вы знаете это ничуть не хуже меня. Мы не можем исцелить даже тех, кто перебежал к нам через реку. Ну, может быть, мы можем исцелить некоторых из них, но насколько надежно это исцеление? Не слишком, если хотите знать мое мнение.

– Нам нужно что-то придумать. Если мы собираемся вернуть себе земли к югу от Стуры, то должны уметь превращать рабов в нормальных крестьян.

Волшебница кивнула.

– Согласна, нам это понадобится. Но сможем ли мы, вот в чем вопрос.

– У нас достаточно рабов, на которых ты сможешь отточить свое мастерство.

– Мне было интересно, предложите ли вы именно это. Для человека, заявляющего, что я ему небезразлична...

– Ты мне не просто небезразлична, – перебил ее Грас. – Если ты не догадываешься, что...

На этот раз она перебила его:

– Для человека, заявляющего, что я ему не безразлична, вы слишком часто пытаетесь отправить меня на верную смерть.

– Я хочу получить возможность сразиться с Низвергнутым. – Грас сдвинул брови. – Я хочу вернуть земли, украденные у нас ментеше.

– Если вы попытаетесь сделать это, рассчитывая только на свою силу, то проиграете, – прямо сказала Алса. – У вас – сила человека. У него – сила низвергнутого бога. Вы проиграете, если он применит ее. Больше говорить не о чем.

Она говорила об этом с такой уверенностью, словно речь шла о завтрашнем восходе солнца.

– Значит, любая надежда на возвращение наших земель – не более чем глупая мечта?

– Этого я не говорила. – Колдунья покачала головой. – Но если вы попытаетесь выступить против него, надо, чтобы он не использовал всю свою силу.

– Что для этого нужно сделать?

– Не знаю, ваше величество. Эту загадку Аворнис пытается отгадать с тех пор, как Низвергнутого прогнали с небес.