100 Великих археологических открытий - Андрей Низовский

«Великий город Шан» занимает исключительное место в китайской археологии. Благодаря проведенным здесь раскопкам удалось ответить на вопрос об истоках китайской цивилизации. Прежде некоторые ученые утверждали, что культура бронзы была принесена в Китай пришельцами с Запада. Они поработили местное население, еще жившее на стадии неолита, и образовали слой китайской аристократии. Теперь доказано, что это мнение было ошибочным. При раскопках в Сяотуне была обнаружена еще более древняя местная культура, служившая мостиком между эпохой неолита с иньской культурой. Она получила название «культуры чернолощеной керамики» (по характерным глиняным сосудам).

Антропологи, изучавшие обнаруженные в иньских могилах скелеты, не нашли признаков, указывавших, что в этих могилах похоронены люди какого-то иного антропологического типа, чем те, которые обитали в Северном Китае. Таким образом, подтвердилось местное происхождение иньской цивилизации.

О политической истории государства Шан мы знаем очень мало. Известно, что иньцы вели постоянные войны. В XII веке до н. э. их страна была завоевана чжоусцами, пришедшими с северо-запада. Это вторжение положило предел существованию иньского государства. На его развалинах чжоусцы создали новое государственное образование, которое традиция называет Западным Чжоу.

ГЛИНЯНАЯ АРМИЯ КИТАЙСКОГО ИМПЕРАТОРА

В 210 году до н. э. всемогущий владыка Китая император Цинь Шихуанди скоропостижно ушел из жизни. Находясь в зените славы и могущества, последние одиннадцать лет своего правления — с 221 по 210 год до н. э. — император прожил скрытно и уединенно. Он почти не покидал императорский дворец и страшился даже тени ближних своих: они, казалось ему, только и помышляют о том, как бы лишить его царства и жизни. Впрочем, основания для этого у него были: за годы своего правления Цинь Шихуанди пережил три покушения.

Древняя китайская мудрость гласит: правитель, ставящий верноподданных своих на колени, пожирает их, подобно хищному зверю. Немудрено, что в памяти своих подданных Цинь Шихуанди запечатлелся в образе безжалостного тирана, окружившего себя полчищами шпионов-наймитов, которые рыскали по всей империи в поисках заговорщиков, несущих скверну. А главная скверна, считал император, происходит от книг. И в 213 году до н. э. все найденные в империи книги были преданы огню, а их авторы — погибели. Известно, что 460 китайских мудрецов умерли мученической смертью: император повелел закопать их заживо.

За одиннадцать лет управления объединенным Китаем Цинь Шихуанди создал централизованное государство и утвердил карающую законодательную систему. Он окружил себя сильной армией и повелел построить на севере империи мощную систему укреплений. Дабы обеспечить политическое и административное единство своей огромной империи, Цинь искоренил все формы проявления сепаратизма, ввел единую денежную систему, летосчисление, письменность, а также общую систему мер и весов. Он повелел сокрушить все крепости, сохранив лишь ту часть их стен, которые могли бы стать продолжением Великой стены — она должна была опоясать неприступным рубежом всю империю Циня.

По воле императора было уничтожено все вооружение, захваченное у поверженных соперников. Лишь один вид оружия был разрешен — тот, которым была вооружена его многочисленная армия.

Благодаря Циню, стремившемуся к превосходству во всем, столица империи, город Сиань, украсилась величественными постройками. А в двадцати километрах от столицы шло строительство огромного и необычного подземного сооружения — последнего пристанища императора Циня.

Цинь Шихуанди был одержим страстной, граничившей с навязчивой идеей, мечтой о бессмертии. По его приказу лучшие врачи Китая пытались отыскать рецепт волшебного эликсира бессмертия. А когда стало ясно, что их поиски тщетны, император Цинь повелел построить для себя грандиозный подземный мавзолей, под стать созданному им государству. Согласно легенде, главный зал мавзолея представлял собой миниатюрную модель великой империи Цинь, пересеченной сотней рек, в том числе полноводными Янцзы и Хуанхэ, русла которых в модели воспроизведены до мельчайших подробностей и вместо воды заполнены ртутью, как и море-океан, обрамляющий империю с востока. Потолок зала, как гласит легенда, был усыпан драгоценными камнями, воспроизводящими небесные светила.

Цинь Шихуанди искренне верил, что сможет править своей империей даже из потустороннего мира. А для этого, считал он, ему понадобится армия. И он забрал с собой в мир иной 8 тыс. глиняных истуканов, полагая, что в них переселятся души императорских солдат… Во всяком случае, так гласит старинное китайское предание.

Император умер, когда подземный дворец был готов лишь наполовину.

Основоположник китайской историографии Сыма Цянь — его классический «труд «Ши цзи» («Исторические записки») был создан полтора века спустя после смерти Цинь Шихуанди — сообщает, что тело покойного императора положили в бронзовый саркофаг, установленный посреди озера ртути, которую приводила в движение специальная механика. Согласно другим описаниям, тело Цинь Шихуанди обрядили в золото и яшму, в рот ему положили крупные жемчужины, гроб же его плавал по ртутным волнам.

Наследникам Цинь Шихуанди, увы, недолго было суждено стоять у кормила правления: через четыре года после смерти Циня власть в империи перешла к династии Хань. Однако новые правители не стали рушить то, что создал их предшественник. Напротив, они упрочили империю, равно как и свою власть, подкрепив ее целым сводом политико-философских законов, которые строго соблюдались в Китае на протяжении многих веков — вплоть до начала нашего столетия. А первый император Китая Цинь Шихуанди между тем спал вечным сном в своей огромной гробнице, скрытой многометровой толщей лессовых наслоений, под охраной своих глиняных солдат…

… В 1974 году сон императора впервые за две тысячи лет потревожили китайские археологи во главе с профессором Юанем Джунгуем. И первое, что поразило ученых, а за ними и весь мир, — это стоящие в боевых порядках воины из глины и бронзы.

Усыпальница императора Циня оказалась размером с огромный подземный город. По предварительным подсчетам археологов, она занимает площадь 56 кв. км. Ее строили 700 тыс. человек, согнанных со всех уголков великой империи. С помощью спектрального анализа в толще погребального кургана действительно было зафиксировано наличие огромного количества ртути — так подтвердилось свидетельство Сыма Цяня.

Попасть в подземное царство императора Циня оказалось не так просто: подступы к нему были защищены хитроумной системой смертельных ловушек — каменных мешков и автоматически срабатывающих арбалетов и копьеметательных механизмов. И все это — для того, чтобы ни один смертный не посмел нарушить покой подземных дворцов и храмов, напичканных сокровищами, с которыми Цинь не хотел расставаться и после смерти.

Впрочем, несмотря на ловушки и западни, археологам все же удалось проникнуть в глубь холма Ли — одного из многих, венчающих обширное погребение.

Подступиться к глиняным воинам-истуканам было намного проще. Они стояли там же, где их некогда поставили, — внутри трех подземных залов. Четвертый зал оказался пустым — вероятно, потому, что его не успели достроить. Крепкие деревянные колонны подпирают не менее прочные, покрытые толстой коркой водонепроницаемой глины своды извилистых коридоров, скрытых под трех-четырехметровым слоем просевшей от времени почвы.

Большая часть пеших воинов находится в главном зале площадью 210x60 кв. м. Рост рядовых пехотинцев составляет от 1,75 до 1,85 м — под стать человеческому. Офицеры выше — их рост соответствует чину и рангу.

Воины и кони искусно вылеплены из глины, а воинские доспехи и оружие отлиты из бронзы. Все лица солдат обращены строго на север, в сторону усыпальницы императрицы. На внутренней стороне полых статуй сохранились отпечатки пальцев и инструментов императорских мастеров-керамистов. Эти следы помогли археологам воссоздать древнюю технологию изготовления статуй. Сначала лепилось туловище. Нижняя часть статуи была монолитной и соответственно более массивной — на нее приходился центр тяжести. Верхняя часть была полой. Голова и руки крепились к туловищу уже после того, как оно было обожжено в печи. В завершение скульптор покрывал голову дополнительным слоем глины и лепил лицо, придавая ему индивидуальное выражение. Одновременно у воина «вырастали» уши, борода. После чего он наконец облачался в доспехи. Обжиг длился несколько дней, при постоянной температуре не ниже 1000 °C. В результате глина, из которой вылепливали воинов, становилась крепкой как гранит.

Первые ряды воинов образуют три походные шеренги, развернутые в сторону одиннадцати подземных коридоров. Коридоры тоже заполнены солдатами: впереди пеших следуют боевые колесницы, запряженные четверками лошадей. Колесницы, в отличие от глиняных воинов и лошадей, были вытесаны из дерева, поэтому от них почти ничего не осталось. Расположенные вокруг них пехотинцы вооружены шестиметровыми бамбуковыми копьями, не позволявшими врагу близко подступиться к лошадям.