Загадка 37 года (сборник) - Юрий Мухин

Икрамов . Группа «милли истиклялов».

Вышинский . А членом этой группы вы были?

Икрамов . Был.

Вышинский . Когда это было?

Икрамов . В 1930 году.

Вышинский . Кто тогда руководил этой группой?

Икрамов . «Милли истиклял»?

Вышинский . Да.

Икрамов . Я сказал, что я с 1926 года состою и руковожу, и несу ответственность.

Вышинский . В 1930 году вы занимали в этой группе руководящую роль?

Икрамов . Нет.

Вышинский . Кто ею руководил?

Икрамов . Председателем был Каримов, в то время у нас была поставлена одна задача — захватить вузы, засорить вузы классово враждебными к Советской власти элементами, подготовить кадры. Вот это — основная линия.

Вышинский. А, между прочим, убили Абид Саидова?

Икрамов . Да.

Вышинский . А кто его убил?

Икрамов . Я официальный материал могу сообщить, который знаю.

Вышинский . Может быть, неофициальный сообщите? За что был убит Абид Саидов? Был ли в числе убийц Абид Саидова Бату?

Икрамов . За то, что разоблачал буржуазных националистов. Бату — участник убийства.

Вышинский . Это тот Бату, который с Рамзи являлся вашим человеком?

Икрамов. Да».

Но и в Москве заговорщики не страдали нерешительностью. Вот допрос А.П. Розенгольца, народного комиссара внешней торговли. Напомню, что упоминаемый в разговоре Тухачевский был заместителем народного комиссара обороны, а Ягода — народным комиссаром внутренних дел.

«Вышинский . Подсудимый Розенгольц, продолжайте.

Розенгольц . Момент, на котором я остановился, это совещание, которое было с Тухачевским. Оно было в конце марта. Крестинский на очной ставке внес поправку, что оно было в начале апреля, но это разногласие несущественное. Было совещание с Тухачевским.

Вышинский . Где было это совещание?

Розенгольц . У меня на квартире.

Вышинский . У вас на квартире совещание с кем?

Розенгольц . С Тухачевским и с Крестинским.

Вышинский . Когда было совещание, дайте точную дату.

Розенгольц . Это было в конце марта 1937 года.

Вышинский . Дальше.

Розенгольц . На этом совещании Тухачевский сообщил, что он твердо рассчитывает на возможность переворота, и указывал срок, полагая, что до 15 мая, в первой половине мая, ему удастся этот военный переворот осуществить.

Вышинский . В чем заключался план этого контрреволюционного выступления?

Розенгольц . Тут у Тухачевского был ряд вариантов. Один из вариантов, на который он наиболее сильно рассчитывал, это — возможность для группы военных, его сторонников, собраться у него на квартире под каким-нибудь предлогом, проникнуть в Кремль, захватить кремлевскую телефонную станцию и убить руководителей партии и правительства.

Вышинский . Это был его план или был ваш общий план?

Розенгольц . Мы этот план его не обсуждали. Он просто сообщил нам его как один из вариантов, на который он возлагает большие надежды.

Вышинский . А вы предоставляли уже ему действовать?

Розенгольц . Ну, понятно. Мы не могли входить в эти вопросы.

Вышинский . А почему он посвящал вас в этот план?

Розенгольц . Поскольку мы вообще ставили вопрос о военном перевороте.

Вышинский . Как руководители этого выступления?

Розенгольц . Да.

Вышинский . Этого заговора?

Розенгольц . Да.

Вышинский . Позвольте Крестинского сейчас спросить. (К Крестинскому ). Вы подтверждаете это?

Крестинский . Да, подтверждаю. Совещание это было у Розенгольца. Это было в начале апреля. Мы на этом совещании говорили уже об аресте Ягоды и исходили из этого ареста как из факта. Об аресте Ягоды я узнал 2–3 апреля. Значит, это было в апреле месяце.

Вышинский . Вы были также осведомлены об участии Ягоды в заговоре?

Крестинский . Да, я об этом уже говорил вчера.

Вышинский . Садитесь. Обвиняемый Розенгольц, продолжайте.

Розенгольц . Тут же встал вопрос о террористическом акте. Мы с Крестинским обсуждали вопрос о возможном террористическом акте в отношении Председателя Совнаркома Молотова.

Вышинский . Обвиняемый Крестинский, обсуждали вы вопрос о террористическом акте против Вячеслава Михайловича Молотова?

Крестинский . Мы обсуждали с ним вопрос иначе — в более широком разрезе…

Вышинский . Этот вопрос стоял у вас?

Крестинский . Мы с ним говорили вообще о необходимости восстановить террористическую деятельность троцкистов, прервавшуюся после смерти Пятакова, и на эту тему мы говорили с Розенгольцем и Гамарником, говорили о необходимости террористических актов против руководителей партии и правительства.

Вышинский . Против кого именно?

Крестинский . Имелись в виду Сталин, Молотов и Каганович, но специально террористического акта в отношении Молотова в деталях мы не обсуждали.

Вышинский . Меня не интересуют детали. Был у вас разговор о подготовлявшемся террористическом акте против товарища Молотова?

Крестинский . Не о подготовлявшемся, а о необходимости подготовить.

Вышинский . Итак, вы говорили о необходимости подготовить террористический акт для того, чтобы его совершить?

Крестинский . Да, конечно.

Вышинский . Садитесь».

Итак, вдумаемся в то, что тогда происходило. Группа примазавшихся к коммунистам алчных негодяев, ради получения высоких постов и ради бесконтрольности в расхищении богатств СССР, фактически ради денег и славы, нелегально связались с враждебными СССР иностранными государствами и вместе с ними готовили войну, поражение в войне и расчленение СССР на части. И эти негодяи прекрасно знали, что Россия, ныне кормившая их, в Первую мировую войну только солдатами потеряла более 4 миллионов человек, а они готовили ей поражение в новой войне — в той, в которой СССР потерял 26 миллионов.

Скажите, потери народа в 26 миллионов человек стоят того, чтобы без какой-либо жалости уничтожать всех подобных тварей?

Сейчас обслуживающие режим историки и журналисты хором твердят, что тот судебный процесс 1938 года, на котором преступники сознались в своих планах и действиях по развалу СССР и передаче его остатков для разграбления капиталистам Запада, дескать, сфальсифицирован. А что — развал Советского Союза, вопреки высказанному на референдуме мнению его граждан в 1991 году, тоже сфальсифицирован? И воля народа СССР выполнена, и мы сейчас живем все еще в СССР? Как же можно сомневаться в наличии у СССР врагов тогда, если мы их воочию видим сейчас?

Итак, хотя инициатива проведения репрессий исходила от низовых партийных руководителей, боящихся потерять свои должности, а вместе с ними и кормушки, но эти репрессии были нужны и всему народу СССР, и Сталин, как вождь этого народа, обязан был их провести. Но, повторю, если Сталин имел целью репрессий очищение страны от предателей, собиравшихся ударить в спину советскому народу с началом войны, то партийная номенклатура, кроме этого, попутно собиралась убрать с дороги и своих конкурентов.

Исполнители репрессий

Выявлением врагов советского народа занимался Наркомат внутренних дел и прокуратура, а осуждением — суды. Но Москва, Политбюро, Сталин могли проконтролировать деятельность только судов и только при рассмотрении ими наиболее громких дел, а репрессии требовалось провести в отношении нескольких сот тысяч человек, и провести быстро. Как доверить народным судам, состоящим из безответственного судьи и двух зевак с улицы, такие дела? Ведь на приговоры народных судов мог оказать давление любой властный негодяй, и эти негодяи, примазавшиеся к коммунистам, оказывали на суды давление.

В связи с этим для проведения этих репрессий в СССР были созданы специальные суды — «чрезвычайные» или «особые» тройки. Создавались они в каждой области и в республиках, не имевших областного деления. Состояли тройки из двух высших юристов этого региона: начальника НКВД и прокурора или судьи областного, краевого или Верховного суда республики. Спустя некоторое время было уточнено, что этими юристами должны быть начальник НКВД и прокурор области. Но главное в этих судах было то, что их членом обязательно был секретарь обкома — высший партийный руководитель. Советская власть, создавая тройки, исходила из того, что на такой суд, состоящий из высших должностных лиц данного региона, никто не сможет повлиять — никто не сможет заставить чрезвычайную тройку принять заведомо неправосудное решение. В то же время, секретарь обкома был жизненно заинтересован, с одной стороны, выявить и обезвредить «пятую колонну» у себя в области, а с другой стороны, был заинтересован в преддверии свободных выборов не возбудить недовольство народа несправедливостью репрессий.