Образование Венецианской колониальной империи - Николай Соколов

Договора, которыми мы располагаем для освещения этого вопроса, относятся, поскольку дело идет о взаимоотношениях с Византией, еще к XI в., договора с государствами крестоносцев в Сирии — к XII в., как мы это уже видели; договора же с различными мусульманскими государями восходят к началу и первой половине XIII в. Не подлежит никакому сомнению, что правительственная деятельность в Венеции, как и всякая другая правительственная деятельность в условиях частнособственнических отношений, отставала от инициативы отдельных лиц и санкционировала уже сложившиеся связи и отношения. Об этом свидетельствуют и сами договора, где подчеркивается, что норма обложения венецианской торговли «не должна превышать установленной издавна, по обычаю».[1690] Таким образом, можно безошибочно утверждать, что и на территориях мусульманских стран торговые дворы Венеции возникали ранее начала XIII в. Косвенным доказательством этого являются также и дошедшие до нас торговые договоры соперницы Венеции, Пизы, которые она заключила с Египтом, Марокко и другими мусульманскими странами уже в семидесятых и восьмидесятых годах XII в.[1691]

В результате длительных усилий частию в форме полупринудительно навязанных договоров, как это было на территории Византии, частично насильственными средствами, как это было в некоторых пунктах Сирии, частию, наконец, средствами дипломатического искусства, как это было в той же Сирии или в сношениях с мусульманскими государствами, республика св. Марка раскинула за пределами своих непосредственных владений, в районах центрального и восточного Средиземноморья, обширную сеть торговых факторий, в большинстве случаев на началах большей или меньшей экстерриториальности.

Ранее чем где бы то ни было сеть опорных торговых пунктов была раскинута Венецией в пределах Византийской империи. Это вполне понятно: Венеция когда-то была частью этой империи, она была географически близка к владениям восточного императора, а роль Византии в посредническом торговом обороте между Западом и Востоком была огромной. Венеция очень рано стала заботиться о том, чтобы обеспечить свои интересы в отдельных пунктах империи торговыми договорами. Неудивительно, что и торговая сеть, раскинутая Венецией в пределах Византийской империи, была наиболее обширной по числу составлявших ее единиц.

Об этой сети со значительной долей вероятности можно судить уже по хрисовулу Алексея I. Этим документом, как мы видели, Венеция постаралась нарочито обеспечить свои интересы в наиболее важных для нее центрах, которые и были в хрисовуле перечислены. Здесь сначала названы были пункты северной Сирии — портовый город Лаодикея (Латаки) и Антиохия; затем был указан ряд городов в Малой Азии — Мамистра, Тарс, Аталия, Стровилон; из островов Архипелага назван Хиос; очень много пунктов указано на Балканском полуострове, по преимуществу на побережье — Драч, Авлона, Корон, Навплий, Коринф, Фивы, Афины, Хризополь, Димитриада; наконец перечислен ряд городов на побережье Пропонтиды — Абидос, Родосто и во Фракии — Адрианополь.[1692]

Все эти географические названия потом неизменно воспроизводились в хрисовулах и Калоиоанна, и Мануила, и Исаака Ангела.[1693] Только в Хрисовуле Алексея III — это мы тоже видели — этот список резко расширяется: в этом документе от 1199 г. перечисляются уже не города только, а «провинции» и при том не только прибрежные, но и расположенные далеко от морских берегов. Здесь названы районы Охриды, Кастории, Ниша, Прилепа, Моглины, Лариссы, Трикалы и др.; перечислены важнейшие острова Архипелага и Ионического моря — Негропонт с его городами, Андрос, Кеос, Милос, Самос, Кос, Крит, Кипр и др., Корфу, Кефалония, Закинф, Левкада, Итака; в Малой Азии также перечислены почти все входящие в ее состав области.[1694]

Это стремление перечислить по возможности все области империи не означает, конечно, что во всех этих пунктах Венеция развернула свою торговлю, многое здесь указано было, вероятно, «про запас», для обеспечения будущих интересов; однако едва ли можно сомневаться в том, что хрисовул Алексея III косвенно свидетельствует о значительном росте торговых связей и торговых интересов Венеции на Востоке. Об этом свидетельствует такой факт, как появление в списке интересующих Венецию городов Солуни, которой не было названо в хрисовуле Алексея I, но которая позднее будет фигурировать в качестве важного торгового центра, где крупное фондако будет обеспечено специальным пунктом договора.[1695]

Возникает вопрос, в каких именно из всех этих перечисленных выше пунктов возникли настоящие торговые дворы венецианских купцов. Имеющиеся в нашем распоряжении источники не дают возможности прямо и с надлежащей полнотой ответить на этот вопрос, мы можем представить лишь косвенные доказательства наличия таких договоров в отдельных городах. Мы видели в своем месте, что во время борьбы с норманами при императоре Алексее I Драч от Роберта Гюискара защищали, между прочим, венецианцы, проживающие в городе. Едва ли можно сомневаться в том, что здесь речь идет о венецианской торговой колонии в осажденном городе. В Родосто — это мы также видели — венецианцы обосновались довольно прочно, так как здесь венецианские купцы хлопочут перед императором Мануилом о льготах для монастыря св. Георгия. Далее мы увидим, что венецианцы получат разрешение на обладание фондако в городах Сирии и Малой Азии, перечисленных в хрисовуле императора Алексея, от различных потентатов, владевших ими во второй половине XII и начале XIII вв. Это — Лаодикея, Антиохия, Аталия, Мамистра. Едва ли можно сомневаться в том, что этими договорами создавалась не новая ситуация, а закреплялась старая. Когда потом после гибели Латинской империи венецианцы будут вести переговоры с Михаилом Палеологом, то они постараются добиться от него санкции на обладание домами, складами, банями, церквами и землями для их размещения в различных портовых городах. Среди них мы видим Альмиру, город на Пегасийском заливе; Волер, расположенный в Южной Фракии; Энос — в той же Фракии в устье реки Гебра; Артаку — город недалеко от Кизика: Адрамиттий в Малой Азии и Энею около Эфеса, а также Смирну.[1696] Выше уже была названа, кроме того Солунь. Венецианская колония в Константинополе общеизвестна. Африканские фондако в Египте, Тунисе и т. д. несомненны. Этот список мог бы быть значительно пополнен, если бы мы располагали достаточно подробными сведениями об этом вопросе.

Когда Венеция вела переговоры с императором Алексеем I о городах в Малой Азии и Сирии, уже не принадлежавших империи, то венецианские политики делали это «на всякий случай», и они не ошиблись: когда позднее, отчасти уже при Алексее I, а в еще большей степени при его ближайших преемниках Калоиоанне и Мануиле, некоторые из этих городов оказались снова в руках Византии, то в их распоряжении оказалось готовое на счет этих городов соглашение. Еще позднее, когда Византия еще раз потеряла эти владения, Венеция, как мы увидим, заключала о них особые соглашения с новыми их владельцами.

Это были крестоносцы в Сирии и Малой Азии, Мало — Армянское государство в малоазиатской провинции Киликии, Румский султанат в центральной и Никейская империя в западной Малой Азии.

Мы уже видели в своем месте, как прочно обосновались венецианцы в период трех первых походов в Сирии.

Договора с Иерусалимским королевством, с князьями Антиохии, сеньорами Бейрута и Триполи, соглашения с вождями Малой Армении позволили Венеции раскинуть обширную сеть торговых факторий по всему сирийскому, а отчасти и малоазиатскому побережью. В некоторых пунктах венецианцы обосновались довольно далеко от морских берегов, именно там, где пролегали караванные пути с Востока или города были важными торговыми центрами сами по себе.

В начале XIII века, когда Венеция вступила в права византийского наследства, венецианские купцы так или иначе обосновались в Акре, Кайфе, Тире, Сидоне, Бейруте, Аскалоне, Яффе, Цехарее, Триполи, Антиохии, Суди, Мамистре, Адане, Тарсе. Все это были приобретения и успехи XII в., но в XIII в., поскольку эти города и порты сохранились в руках их прежних владельцев, права венецианцев по-прежнему подтверждались. Это мы можем видеть на примере Малой Армении: король Хетон в сороковых годах подтвердил все льготы, предоставленные венецианским купцам его предшественниками.[1697]

Торговые интересы республики св. Марка были значительны и в прочих городах Малой Азии. В начале XIII в., когда южное и западное побережье этого полуострова оказалось в руках никейских императоров и румских султанов, неизбежны были переговоры с этими новыми владельцами побережья. Порт Аталия, например, находясь в центре южного побережья Малой Азии, упомянут уже в первом договоре венецианцев с Комнинами, — очевидно, что уже во второй половине XI в. значение этого пункта не было маловажным.[1698]