Казачество: путь воинов Христовых - Валерий Шамбаров

С Востока угроз вроде бы не предвиделось. У сибирского казачества после присоединения Средней Азии служба стала вообще спокойной. Отбивать наскоки кочевников уже не приходилось. А везти сибиряков служить в другие края считалось далеко и дорого. Да и не требовалась в армии дополнительная конница. И сибирских казаков использовали для гарнизонной, полицейской службы, в качестве сельской стражи, для этапирования ссыльных, охраны приисков, мест заключения. Но в Забайкалье и на Дальнем Востоке обстановка была иной. Внедрение западных держав и распространение наркотиков в Китайской империи привели ее в упадок. Государственная власть ослабела, в провинциях верховодили преступные группировки. Местная администрация сладить с ними не могла, а чаще контролировалась ими. Расплодились шайки хунхузов, которые стали совершать нападения и на русскую территорию. Да и контрабандисты теперь примыкали к мафиям, были отлично организованными, вооруженными. И у казаков-забайкальцев, амурцев, уссурийцев, солдат пограничной стражи (они вооружались и организовывались по образцу казаков) служба была действительно боевой. С постоянными стычками, перестрелками, погонями, выслеживаниями.

В 1895 г., пользуясь слабостью Китая, на него напала Япония. Разгромила армию, захватывала территории. Но вступились Россия и Франция. Под их давлением японцам пришлось вывести войска. А Россия за покровительство получила от китайцев в долгосрочную аренду Ляодунский полуостров, где начала строить Порт-Артур. Получила и разрешение на строительство через Маньчжурию экстерриториальной Китайско-Восточной железной дороги (КВЖД), значительно сокращавшей путь между Забайкальем и Приморьем. Однако эти приобретения вызвали и пагубные последствия. Япония затаила камень за пазухой. А для китайцев русские стали такими же «белыми» врагами, как англичане и французы.

В 1899 г. тайная организация «Большой кулак» подняла восстание ихэтуаней. Европейцы называли их «боксерами», поскольку ядро повстанцев составили школы боевых искусств. Выдвигался лозунг: «Уничтожим иностранцев!» Правительство императрицы Цы Си даже не пыталось бороться с мятежом, а неофициально поддержало его. Примкнули отряды хунхузов. Восстание быстро охватило страну, в июне 1900 г. ихэтуани вступили в Пекин и осадили международный квартал, где сосредоточились иностранные посольства. Вот тутто западные державы предпочли «забыть» все противоречия и обратились за помощью к русским. А интересы России и без того были задеты. Китайцы нападали на строящуюся КВЖД, зверски убивали служащих. Охрану дороги несли сотни стражников, сформированные из донских казаков. Они приняли бой, прикрывая русское население и позволяя ему уйти. И сами, неся потери, отступили в Харбин, который очутился в осаде. На Амуре хунхузы нападали на казачьи станицы. Большие силы китайцев собрались в Айгуне, бомбардировали из пушек Благовещенск. И царь дал согласие на участие в международной интервенции для наведения порядка.

Операцию предполагалось провести быстро, поэтому привлекались только войска, уже имеющиеся в Забайкалье и Приморье. В приказах частям писалось, что они направлены «для усмирения мятежников» в помощь «законному китайскому правительству». Но… императрица Цы Си в ответ на вмешательство иностранных держав объявила им войну. И против наших войск оказалась вся китайская регулярная армия, плохо обученная, но многочисленная и отлично вооруженная немецкими орудиями и винтовками. Тем не менее, с ней успешно справлялись. Отряд полковника Орлова из 5 тыс. забайкальских казаков вступил в Западную Маньчжурию, занял Хайлар. Харбин был деблокирован стрелками, прорвавшимися на пароходах по Сунгари. А начальник штаба Забайкальского Войска полковник Павел Карлович Ренненкампф двинулся на судах с казаками из Сретенска, по дороге усиливал отряд, собирая амурских станичников, прибыл в Благовещенск, соединился с его защитниками и 2 августа разгромил 9-тысячное китайское войско под Айгунем. И никакие боевые искусства не помогли. Ренненкампф с отрядом в 600 шашек пустился в преследование и велел так гнать противника, чтобы казаки «летели одновременно с вестью об Айгуньском побоище». И гнали до гор Хингана.

У англичан аналогичная попытка наступления кончилась плачевно. Командующий объединенной эскадрой Сеймур высадил 2 тыс. десантников, но они попали в окружение китайцев. Спас союзников присланный из Порт-Артура русский полк, прорвал кольцо и позволил отступить в Тяньцзинь, где русские и британцы были осаждены вместе. Но перебрасывались дополнительные силы, в том числе 1-й Верхнеудинский и 1-й Читинский казачьи полки. Заставили неприятеля снять осаду. Общее командование принял адмирал Алексеев. Когда у него собралось 8 тыс. бойцов, он перешел в наступление и наголову разбил 30-тысячную китайскую армию, она потеряла 3 тыс. человек и 46 орудий. Урон союзников составил 600 убитых и раненых, из них 168 русских.

На отвоеванный плацдарм стали высаживаться англичане, французы, американцы, японцы, итальянцы, немцы, австрийцы. Международная армия составила 35 тыс., главнокомандующим был определен германский фельдмаршал Вальдерзее. Но до его прибытия командование принял генерал-лейтенант Н.П. Линевич. И ждать немца не стал. 7 августа корпусом в 15 тыс. (из них 7 тыс. русских) выступил на Пекин. Еще раз разгромил китайскую армию на р. Пейхо. И 13 августа с ходу пошел на штурм китайской столицы. Одними из первых ворвались в Пекин казаки Верхнеудинского и Читинского полков. Город был взят, посольский квартал освобожден из осады. Потери при штурме составили 128 человек.

Но бои в Маньчжурии продолжались. Ренненкампф с 1-м Нерчинским, Амурским казачьими полками и пешими казачьими батальонами прорвал китайские укрепления на перевалах Хингана и устремился в глубь страны. С боями прошел 400 верст. Все решала быстрота. В одной из деревень китайская рота расположилась на обед, и вдруг во двор влетел разъезд казаков и отсек солдат от их винтовок, приставленных к стене. А в Цицикаре сотня забайкальцев захватила в плен 2 тыс. солдат. Русских служащих КВЖД и членов их семей, захваченных во время восстания, китайцы подвергали пыткам и умерщвляли. Но многим молниеносный рейд спас жизнь. Так, под Цицикаром китайский офицер привез 14 рабочих-строителей. «Один из них, Иванов, великан по росту, которому медленное движение арбы показалось недостаточным, выбежал при виде отряда вперед, бросил соломенную шляпу и начал передовых казаков целовать». Оказалось, что из этой партии несколько дней назад казнили троих, а накануне еще троих повели на казнь, но получили письмо Ренненкампфа с угрозой, что за все злодеяния последует расплата.

Другой казачий отряд, Орлова, шел с запада, форсировал Большой Хинган и в Цицикаре соединился с Ренненкампфом. КВЖД была очищена. Китайцы стягивали силы к Гирину. И адмирал Алексеев предписал всем русским отрядам в Маньчжурии (15 тыс. шашек и штыков с 64 орудиями) объединиться под началом генерала Каульбарса и наступать на Гирин. Но Ренненкампф выполнил это сам с 1 тыс. казаков и 6 пушками. 5 сентября выступил из Цицикара, а через 17 дней ворвался в Гирин, взяв 2 тыс. китайцев в плен и разогнав остальных. Навстречу ему из Южной Маньчжурии двигался с 9 тыс. солдат и уссурийских казаков генерал Субботич. Противостояли ему 22 тыс. китайцев. Наступая по страшной жаре, наши войска выбили врага с сильно укрепленных позиций у Айсянцзяна. Потом одним артиллерийским огнем заставили оставить Ляоян. А 29 сентября заняли Мукден, завершив усмирение Маньчжурии. По итогам войны Китай подтвердил права России и других стран на арендованные территории. Впервые были удостоены коллективных наград, георгиевских труб и знаков на шапки, дальневосточные казаки – 5 забайкальских и 1 амурский полки, 2 пеших забайкальских батальона и 1 забайкальская батарея [77, 201].

62. Против врага внешнего и внутреннего

Западные державы, чьи интересы в Китае Россия помогла защитить, не только не проявили благодарности, а наоборот, озаботились ее усилением на Востоке. В 1902 г. Англия заключила союз с Японией, способствуя ее вооружению. И в феврале 1904 г. без объявления войны японцы нанесли удар по русским кораблям в Порт-Артуре и Чемульпо, начали высадку на материк. Силы и ресурсы России были гораздо больше, но на Дальнем Востоке дело обстояло наоборот. Япония могла быстро перебрасывать войска и снабжение морем, русским же их требовалось везти через всю Сибирь. И нападение было спланировано в тот момент, когда Транссибирская магистраль еще имела разрыв у Байкала. Расчет строился на том, чтобы разгромить наши войска до того, как начнут прибывать соединения из Европейской России. Причем опять наша страна очутилась в международной изоляции. На сторону японцев склонились Англия, США, Франция, Турция [210].

Из казаков первыми вступили в бой Уссурийская и Амурская бригады, 2 дивизии забайкальцев. Прикрывали фланги армии, вели разведку, совершали налеты на ближние тылы противника. Однако у забайкальцев выявилась огромная нехватка офицеров. Подразделениями командовали зауряд-хорунжие, зауряд-сотники, не имеющие никакой подготовки и лишь исполняющие обязанности хорунжих и сотников. Но многие офицеры из других частей стремились на войну добровольцами, и к забайкальцам были назначены кавалеристы из лейбгвардии – барон Врангель , Унгерн фон Штернберг , князь Долгорукий , Скоропадский (будущий гетман ), испанский принц Хайме Бурбон и др.