Русские ящерицы - Виктор Батюков

Петр, и сделал вид, что направляется к зданию подземки, но отойдя от стоянки всего несколько шагов он поднял руку. Рядом тут же притормозил видавший виды «жигуленок».

– Замоскворецкий район, проспект Андропова сколько? – Этот вопрос Бочкарев задал просто так, ради сравнения цен. Он очень устал, промок и хотел есть, а потому ему уже было все равно сколько заломит этот пожилой человек в старенькой, болоньевой куртке.

– Пятьсот. – Назвав цену водитель с некоторым волнением посмотрел на пассажира – не спугнул ли. Петр же наоборот- с удивлением

– У тебя, отец, сегодня скидки, или я юбилейный клиент?

Шофер со скрежетом включил первую скорость, и они с трудом влились в общий поток машин.

– Нет, просто в мой «драндулет» никто садиться не хочет.

– А что так? Машина не счастливая, или ты какой-нибудь шаман?

Было заметно как водитель немного расслабился, и под его щетинистыми усами промелькнула улыбка: – С «ласточкой» все в порядке. Двадцать пять лет без аварий отъездила, да и я православный хрестьянин.

– Тогда в чем же дело?

– Теперь на такси, в большинстве своем, ездят либо молодежь, либо пьяные бизнесмены, а у меня ни кондиционера, ни музыки. Кресла жесткие, не удобные, в днище дыры. Кому охота за такую езду деньги отдавать? Вот и приходится, из-подтишка, у вокзалов, таких как ты – приезжих караулить.

– И часто бьют?

– Бывает. – Водитель, видимо коренной москвич, лавируя по закоулкам и второстепенным улицам ловко объезжал пробки. Начавшийся разговор угас так и не разгоревшись в полную силу, но Бочкареву это было только кстати. Уставший от многочасовой езды в поезде, голодный он был совершенно не расположен выслушивать жалобы бомбиста – неудачника, а потому, как только водитель свернул на очередную, неприметную улочку он закрыл глаза.

– Дом какой? – Вывел его из дремы вопрос таксиста.

– А? – Встрепенулся Бочкарев.

– Я говорю Вам какой дом нужен?

– Семнадцатый.

Через несколько минут старенькое «жигули» остановилось у вереницы безликих многоэтажек.

– Приехали. – Обернулся к пассажиру водитель.

Петр сладко потянулся, и достал из портмоне тысячу.

– У меня сдачи не будет. – Глядя на купюру сказал таксист.

– И ненужно. – Тепло улыбнулся Бочкарев. На сдачу попрошу оставить мне номер вашего телефона – и уловив растерянный взгляд пояснил. – Когда мне понадобится машина – не придется ловить такси.

Бомбист взял деньги, с сомнением повертел их в руках, и написал номер на листке блокнота.

Квартира Романова находилась на десятом этаже девятнадцатиэтажного здания. Входная дверь, обитая по моде семидесятых годов, дерматином ни чем не отличалась от таких же на площадке. Старый, дребезжащий звонок вызвал у Петра воспоминания о школе. Подождав пол минуты, он решил повторить попытку, но тут дверь распахнулась, и вместо двери вход в квартиру преградила массивная фигура полковника. За те два, с небольшим, месяца, что они не виделись Романов почти не изменился. Все тот же строгий костюм, подчеркивающий его крепкую фигуру, тот же умный, проницательный взгляд из-под тяжелый бровей, то же строгое выражение чисто выбритого лица.

– Вы ко мне? – Голос шефа по-прежнему строг. Именно таким тоном он всегда начинал разговор с незнакомыми посетителями чтобы сразу дать понять кто здесь ставит условия.

– Я представляю компанию «Джонсон и внуки». Не хотите ли приобрести у нас машинку для ковыряния в носу? Очень удобная модель, оригинальный дизайн…

– Бочкарев?! – Брови полковника удивленно поползли вверх.

– Собственной персоной, Владимирович. – Усмехнулся одними уголками губ Петр. – Не скажу, что очень рад Вас видеть, однако я всё-таки перед вами.

– Тогда зачем приехал? – Романов в упор смотрел на своего бывшего подчиненного, а тот, в свою очередь, так же не отводил взгляда. Дуэль глаз продолжалась несколько долгих секунд. Первым сдался полковник. Он тихо крякнул, и опустил голову.

– Хочу с Вами поговорить. – Бочкарев, как великодушной победитель, сделал вид, что не заметил отступления противника.

– Что ж, проходи. Ты один?

– Да. – Петр протиснулся мимо посторонившегося хозяина в узкую прихожую. – Софи передает Вам привет, и поцелуй. Последнее, простите, вручить не могу.

– А ты все такой же балабол, как и был. – Недовольно проворчал Романов. – Чай, кофе или сразу к делу?

– Разговор подождет, а вот от кофе не откажусь. Почему-то холодно здесь у вас как в Сибири.

Петр снял куртку, и прошел в небольшой, по теперешним меркам, зал. Мягкий уголок, столик, телевизор, стенной шкаф с книгами все было старое, но добротное. Пока полковник возился на кухне готовя угощение нежданному гостю, Бочкарев листал оставленные газеты.

– С каких это пор Вы читаете «желтую» прессу? – Спросил он у вошедшего в зал Романова, указывая глазами на столик.

– С тех самых как ушел на пенсию. – Владимирович поставил перед Петром чашку, а сам расположился в кресле напротив.

– И так, о чем ты хотел со мной поговорить?

– Вы на пенсии? – Удивленно переспросил Бочкарев, словно не услышав заданного вопроса.

– Да, пришлось подать в отставку. – Романов тяжело вздохнул, и откинулся на спинку.

Рука с кофе застыла на полпути, и Петр вдруг явственно почувствовал каким огромным усилием воли этот человек поддерживает в себе стремление к жизни. Его бывший шеф, получив от судьбы три мощных, нокаутических удара, все же сумел устоять на ногах, выдержал, не сломался. Мужество Романова растопило лед в сердце Бочкарева. Он, глядя в глаза полковника, осознал, что такие люди никогда не предают. Произошло нечто такое против чего Владимирович был бессилен.

– У Вас замечательный кофе. –Похвалил напиток Бочкарев уже совершенно другим, более дружественным тоном. Полковник, уловив смену интонации, изучающе посмотрел на Петра.

– Спасибо. Так что же побудило тебя приехать ко мне?

– Хочу узнать, что случилось с Громовым. – Бочкарев поднял глаза на Романова, и заметил как его лицо исказила гримаса боли.

– Я не знаю. – сухо ответил он отводя глаза в сторону.

– Ложь! – Повысил голос Петр внутренне напрягаясь. От этой коротко брошенной фразы его, утихший было «вулкан» снова начал медленно закипать.

Владимирович поднялся, достал из стенного шкафа начатую бутылку коньяка и одну рюмку, налил себе грамм пятьдесят, молча выпил, остальное поставил на столик, и вернулся в кресло. Посидев с полминуты, он опять наполнил рюмку, но подняв её тут-же вернул на место.

– Хочешь услышать почему я не знаю? Так вот. Прямо из моего кабинета нас доставили в службу безопасности самого… – полковник ткнул указательным пальцем в потолок. – Первых два допроса они провели совместно, то есть нас не разъединяли. Ты можешь мне не верить, но я пытался, как руководитель операции, всю ответственность взять на себя, но Сергей – Романов схватил рюмку, и опрокинул в рот содержимое. – Сергей рассказал им всю правду, умолчав только о