Германская история: через тернии двух тысячелетий - Александр Иванович Патрушев

Момент для начала колониальной политики был выбран весьма удачно, в период обострения англо-русских и англо-французских отношений. Поэтому сопротивление Британии немецким колониальным захватам продолжалось недолго, после переговоров английский премьер-министр Гладстон публично признал право Германии на приобретение колоний.

После захвата Юго-Западной Африки Германия в июле 1884 г. объявила об установлении верховной власти рейха над Того и Камеруном. В 1885 г. она приобрела Восточную Африку, где значительная часть территории уже принадлежала Обществу немецкой колонизации во главе с авантюристом Карлом Петерсом, и северную часть Новой Гвинеи, где до этого закрепилась Новогвинейская компания, созданная банком «Дисконтогезельшафт». К 1914 г. германская колониальная империя занимала площадь 2,9 млн. кв. км с населением более 12 млн. человек.

В сер. 80-х гг. из-за осложнений в Европе колониальная активность Бисмарка затихла и осталась в его политике лишь эпизодом. Он полагал, что геополитическое положение Германии не позволяет ей проводить широкую мировую экспансию. Так, в декабре 1888 г. в беседе с исследователем Африки Ойгеном Вольфом он заявил: «Ваша карта Африки прекрасна, но моя карта Африки в Европе. Вот Россия, а вот Франция, мы же находимся в середине — такова моя карта Африки».

Стагнация или новации?

В результате прекращения культуркампфа, введения протекционизма и социального законодательства в 80-е гг. изменились позиции ряда партий и их взаимоотношения. Партия Центра, имевшая в рейхстаге сильнейшую фракцию, отказалась от принципиальной оппозиции Бисмарку и в отдельных случаях при принятии законов — о социальном страховании или о повышении в 1885 г. пошлин на ввоз сельскохозяйственных продуктов — поддерживала правительство вместе с обеими консервативными партиями.

Протекционизм и социальные законы углубили расхождения между либеральными партиями. В 1883 г. во главе национал-либералов встал Иоганнес Микель, при котором партия повернула вправо, налаживая прочные связи с консерваторами и отмежевываясь от левого либерализма. Последний с 1884 г. был представлен Немецкой свободомыслящей партией. Эта партия выступала против государственной социальной политики и покровительственных таможенных тарифов, но обычно поддерживала увеличение военных расходов. Признанным лидером партии после объединения левых национал-либералов с прогрессистами стал Ойген Рихтер. В создании новой партии Бисмарк не без оснований усматривал подготовку к возможной смене монарха, поскольку кронпринц Фридрих имел с ней тесные связи. Наряду с социал-демократами левый либерализм стал в 80-е гг. основным объектом нападок Бисмарка в его парламентских выступлениях. Канцлер утверждал даже, что левые либералы стремятся к установлению парламентской республики; по его мнению, это было более реальной угрозой, чем социалистическая революция.

Либеральным тенденциям Бисмарк противопоставил консервативный курс, тон которому задавал министр внутренних дел Роберт Путкамер, как и Бисмарк считавший главной опорой режима консервативную прусскую бюрократию. Защищаясь от обвинений в диктаторстве, Бисмарк для демонстрации решающей роли монарха подготовил в начале 1882 г. послание Вильгельма I прусскому правительству. В нем подчеркивалось верховенство короля по отношению к министрам как исполнителям его воли. Всем чиновникам, поскольку они принесли присягу на верность, предписывалось защищать политику правительства во время выборов и не высказывать критику в его адрес. Это было явным покушением на свободу волеизъявления и прямым указанием чиновникам поддерживать кандидатов консервативных партий. В практику вводилась проверка экономических и политических взглядов кандидатов на высокие административные должности.

В 1887 г., используя жупел шовинистически-реваншистского буланжистского движения во Франции, правительство потребовало увеличения военного бюджета и численности армии на 40 тыс. человек. Протесты партии Центра и «свободомыслящих» повлекли за собой роспуск рейхстага и новые выборы, на которых консерваторы и национал-либералы заключили союз — картель. Картельные партии одержали победу, получив больше половины мест (220 мандатов). За социалистов проголосовало на 200 тыс. избирателей больше, чем на предыдущих выборах, но из-за распределения округов и блоковой политики картеля они потеряли 13 мандатов и получили только 11 мест. Наибольший урон понесли левые либералы, против которых велась основная правительственная агитация. Они более чем наполовину сократили свое представительство, получив всего 32 места, тогда как до этого имели 77 депутатских кресел. Послушный канцлеру новый рейхстаг утвердил военный бюджет и одобрил увеличение армии. Была реорганизована служба в запасе, что позволяло в случае войны выставить армию в 700 тыс. человек.

В марте 1888 г. скончался император Вильгельм I. Его преемник, Фридрих III, вступил на престол уже будучи смертельно больным (весной 1887 г. было установлено, что у него рак гортани) и правил всего 99 дней. Фридриху было 56 лет. После запоздалой операции он мог дышать, но лишился голоса и был обречен на мучительные физические страдания. Через четыре недели после операции он получил известие о том, что скончался его отец, и вынужден был принять бразды правления. Однако в начале июня состояние его резко ухудшилось и 15 июня 1888 г. немого императора не стало. С его смертью немецкий либерализм, возлагавший на этого англофила и либерала большие надежды, окончательно потерял шансы занять ведущие позиции в империи[142].

Низвержение Юпитера

С вступлением на трон в июне 1888 г. сына Фридриха, 29-летнего Вильгельма II, положение Бисмарка пошатнулось. Представления Вильгельма о роли монарха не укладывались в рамки даже скромного немецкого конституционализма и, безусловно, противоречили бисмарковскому стремлению к единовластию. Не признававший никаких ограничений для своей воли кайзер неизбежно должен был вступить в конфликт с всемогущим канцлером. К тому же Бисмарк не мог тогда продемонстрировать императору никаких значительных успехов во внешней и внутренней политике. Напротив, в начале 1889 г. Бисмарк потерпел неудачу при попытке заключить союз с Англией, отклонившей его предложение. Не случайно газета партии Центра «Германия» писала в апреле 1889 г., что канцлеру «больше ничего не удается».

Нормальные отношения между новым императором и всесильной династией Бисмарков не могли сохраняться долго. Новый начальник генерального штаба граф Альфред фон Вальдерзее сам хотел стать канцлером и вместе со своей благочестивой женой-американкой плел интриги против старого государственного деятеля. Под влиянием Вальдерзее Вильгельм поддержал антисемитское христианско-социальное движение Штёккера, в результате чего возник серьезный конфликт с Бисмарком.

Наряду с Вальдерзее сильное влияние на Вильгельма оказывал граф Бото Эйленбург, близкий друг монарха; в то время он действовал в основном в интересах и по поручению «серого кардинала» из министерства иностранных дел Фридриха фон Гольштейна. Вальдерзее и Гольштейн были убеждены, что Бисмарк не допустит самодержавного правления Вильгельма и что он спровоцирует хаос во внешней и внутренней политике, на годы сделавшись благодаря этому незаменимым главой правительства. Более того, они опасались, что старик сумеет навязать императору своего сына Герберта в качестве нового канцлера и будет прочно держать императора в своих руках.

Однако скоро дела в стране сложились так, что канцлер не смог овладеть ситуацией: в 1889 и в