Городские легенды (авторский сборник) - Чарльз Де Линт

— Ну, начало в прошлое воскресенье было бурным, — сказала она. — Он оставил ее в слезах.

— Господи, так скоро?

— Не все так плохо, как кажется, — сказала Люсия.

Она закурила сигарету и выпустила колечко дыма. Эми закашлялась.

— Извини, — сказала Люсия. Переложила сигарету в другую руку, подальше от Эми.

— Да я не от дыма, — объяснила Эми, подняв руку к горлу. — Целый день сегодня горло щекочет. Надеюсь, я ничем не заболеваю. — Она отхлебнула кофе и пожалела, что у нее нет с собой леденца для горла. — Так что случилось? — спросила она.

— Два дня он не показывался, не звонил — наверняка на меня боялся нарваться, как думаешь? — но со среды, когда он все-таки объявился, ведет себя как душка. Сводил ее в «Совиную ночь» послушать твоего дружка Маккаули, на следующий вечер они ходили смотреть пьесу Лиззи, которая идет в Стэндише, а сегодня отправились по городу слоняться вроде бы.

— И все-таки ему кто-то нужен, — сказала Эми.

— Наверное. Но, зная, что было с ним у тебя, мне как-то не хочется, чтобы то же самое произошло с Катриной.

— Но они хотя бы делают что-то вместе. Он с ней разговаривает.

— Да, но сегодня он сказал ей, что на ближайших выходных его не будет в городе.

— Верно. Он и репетицию группы в субботу утром отменил из-за концерта в баре на мысе Харнетт. Что тут особенного? Это его работа. Она должна это знать.

Люсия пожала плечами.

— Просто я подумала, что он мог бы и с собой ее взять.

Эми сочувственно вздохнула:

— Мэтт не очень-то расположен брать своих подружек с собой на концерты. Помню, как меня это бесило, когда мы с ним дружили.

— Короче, она очень расстроилась из-за того, что он ее не пригласил. Я ей сказала, чтобы она ехала сама, и все тут, — пусть едет и встречает его там; даже предложила ей денег на автобус, но она боится, что он не на шутку рассердится.

— Не знаю. Похоже, ему нравилось смотреть, как она танцует, когда мы играли в «Закусочной Финни» в те выходные. — Эми помолчала. — Хотя тут он, конечно, будет играть свою музыку. Под его песни не очень-то потанцуешь.

— Его песни ей тоже нравятся, — сказала Люсия.

Эми вспомнилось то напряженное внимание, с каким Катрина слушала его песни в тот вечер в «Закусочной Финни», и ей стало понятно, почему Мэтт не взял ее с собой на этот концерт.

— Быть может, все дело как раз в том, что они ей слишком нравятся, — сказала она. — Мэтт вкладывает в свою музыку очень много, а исполнитель он блестящий, ты и сама это знаешь, но в то же время он очень скромный. Наверное, он просто решил, что его будет смущать, если она будет сидеть там и... — Ее плечи поднялись и снова опустились, — Ну, не знаю, упиваться его песнями, что ли.

— Ну и что, все равно мог бы хотя бы попробовать, как это будет. Мне надо сегодня помочь Шарон с декорациями, так что Катрина будет всю ночь бродить по квартире одна как неприкаянная. Я звала ее с собой, но она отказалась.

— Я могу к ней зайти, — сказала Эми.

Люсия ухмыльнулась:

— А я думала, ты никогда не предложишь.

Эми шлепнула ее по руке:

— Так ты меня подставила!

— Что, есть еще порох в пороховницах или как? — спросила Люсия, дуя на свои ногти.

Эми расхохоталась, и они начали шлепать друг друга по ладоням до тех пор, пока у обеих не зазвенело в ушах. Тогда они откинулись на спинку парковой скамьи.

— Держу пари, что я проведу время куда лучше, чем ты, — сказала Эми немного погодя. — Мне случалось помогать Шарон. Если ей и удается что-нибудь организовать, то лишь потому, что всегда находится кто-то, кто делает это за нее.

Люсия мрачно кивнула:

— Ты мне будешь рассказывать.

Эми зашла домой поесть и переодеться, и только потом села в метро и поехала на север, в Верхний Фоксвилль. Красясь перед зеркалом, она разглядывала себя, пока не пришла к выводу, что выглядит чересчур бледной. От одной мысли о том, что она, возможно, заболевает, у нее снова защекотало в горле, и она закашлялась. По дороге к метро она зашла в аптеку и купила пастилок от кашля. Горлу стало легче, зато закружилась голова.

По-хорошему, ей бы надо было пойти домой и лечь, но она пообещала Люсии, да и Катрина вызывала у нее искреннюю симпатию. Ну ничего, посидит у нее недолго и пойдет.

Дело уже было к ночи, когда она добралась наконец до улицы, на которой стоял дом Люсии. Едва завернув за угол, она остановилась, потому что увидела знакомую миниатюрную фигурку, которая спустилась с крыльца того подъезда, где жила Люсия, и направилась в сторону, противоположную той, откуда шла Эми. Она хотела было окликнуть Катрину, но что-то ее остановило. Любопытство овладело ею, и она молча пошла за ней по пятам.

Не терять Катрину из виду было проще простого — облако ее золотых волос вспыхивало в свете каждого фонаря, под которым она проходила, и, казалось, посылало отражение глянцевого блеска в окружающую тьму. Следуя за ней, Эми дошла до МакНил-стрит, где девушка сразу повернула на запад. Шагала она целеустремленно, но в то же время как-то устало, хотя и неизменно грациозно.

«Бедная девочка», — подумала Эми.

Не раз и не два ей хотелось нагнать Катрину, но любопытство неизменно оказывалось сильнее, и она уговаривала себя не спешить, подождать еще немного. Поскольку Катрина никого в Ньюфорде не знала, — если верить Люсии, она и самого Ньюфорда не знала, — Эми представить себе не могла, куда та направляется.

Когда МакНил-стрит уперлась в Ли-стрит, Катрина перешла на другую сторону улицы и спустилась по берегу Кикахи к самой воде. Повернула и зашагала вдоль реки на юг, не останавливаясь ни на минуту, пока не оказалась под мостом на Грейси-стрит. Там начинался забор, за которым громоздилась мрачная, без единого фонаря руина лесопилки, погружая все вокруг в густую тьму. Металлическая изгородь протянулась достаточно далеко, чтобы идущий вдоль нее человек совершенно выпал из поля зрения наблюдателей, если те находятся в более обжитых кварталах вокруг. По другую сторону реки тоже не было ничего, кроме пустых складов.

Эми снова заспешила, страх, что Катрина сделает с собой что-нибудь нехорошее, гнал ее вперед. Река в этом месте образовывала небольшую стремнину, ее волны текли под уклон, перескакивая через изломанные каменные плиты, которые остались от железнодорожного моста, рухнувшего несколько лет тому назад. Городские власти нашли деньги, чтобы убрать самые большие обломки, но с тех пор река быстрее бежала по сузившемуся руслу. Многие распрощались с жизнью в этом месте — и не всегда несчастный случай.

«Мэтт этого не стоит», — хотела сказать она Катрине. Никто этого не стоит.