Янтарный меч 1-4 - Ян Фэй

фруктами, овощами и винными бочками снаружи. Неподалеку была даже поставлена ​​сцена, и он увидел, как на ней выступали клоуны, артисты весело пели и танцевали.

Это выглядело как какое-то праздничное празднество в сельской местности любой части Ауина.

Но контраст был так велик, что на мгновение Брендель не мог не замереть. Пока Харуз не вышел из-за его спины и в ошеломленной тишине не вскрикнул при виде города вдалеке: – Ах! –

Брендель точно знал почему.

Он как будто узнал город.

Монстеррос.

Королевская столица Ауин.

Бал в прошлом(3)

Что происходило? Чья это была память? Брендель плохо помнил столицу Ауина. В память о столице горел в огне величественный дворец, рухнули городские стены, и все живое было поглощено огненным океаном.

Он до сих пор помнил крики боли и мольбы о пощаде, окружавшие его тогда.

Но это не было таким счастливым.

Брендель взглянул на Маленького принца рядом с ним. Должно быть, это память Харуза. Принцесса Гриффин и ее брат долгое время жили в Монстерросе. Харуз был знаком с этим, и это могло быть каким-то летним праздником в его памяти.

Брендель посмотрел вверх и увидел созвездие Лиры в южном полушарии, что подтверждало, что это была летняя ночь.

Но он недоумевал, почему память Маленького принца может быть связана с памятью человека без имени. Как убийство в этом рухнувшем сне связано с этим счастливым сном?

Не показывая своих мыслей, Брендель продолжал идти вперед. На бульваре собиралась толпа. Там были самые разные люди, но все в основном игнорировали Бренделя и Маленького принца. Это было нормально. Память о деталях была смутной. Эти люди существовали в памяти, но их существование было мимолетным, и Харуз, вероятно, не помнил никого из них отчетливо.

Он провел Харуза мимо толпы и обратил внимание на детали торжества. В этот момент в темноте проехала конная повозка. Это была черная, как смоль, четырехколесная повозка, из тех, что бесшумно, как привидение, скользили мимо; тот вид, который использовали дворяне. Брендель увидел знаки отличия на стенках кареты и вздрогнул.

— Учитель, это виконт Беннигер, Маленький принц тоже узнал его. Похоже, он хорошо помнил человека, предавшего его сестру. Он беспокойно сжал край рубашки Бренделя и предупредил тихим голосом.

Брендель кивнул.

Харуз все еще был немного сбит с толку. Его крошечные брови нахмурились, и он озадаченно пробормотал что-то себе под нос. – Странно, на знаках отличия виконта Беннигера не должно быть листьев остролиста. Я, я думал, что это может быть только граф,

О, это сон. Я – я снова забыл. Мне жаль. –

Его непреднамеренные слова заставили сердце Бренде подпрыгнуть.

Его брови внезапно нахмурились. Он четко помнил одну деталь. Граф Бреннингер — такой титул действительно был в истории. После того, как Ее Королевское Высочество одержала победу над Севером, Ануин увидел проблеск надежды на мир. Потом было пять лет разработки. Хотя время от времени с Мадарой случались конфликты, годы в этой другой временной шкале протекали мирно.

Затем пришла вторая Война Черных Роз.

Брендель почувствовал острую боль в сердце. Богиня Войны погибла в битве после Битвы в Багровой Долине, и ситуация обернулась против Ее Королевского Высочества. Чтобы поддержать свои силы против герцога Аррека, вскоре после этого она призвала Берннингера обратно в Монстеррос.

Это верно, –

Этот праздник.

Брендель почувствовал, как по его спине побежали мурашки. Внезапно он вспомнил причину этого праздника. Юла и Эйккель разгромили армию Мадары при Мановейре, а союзные войска Ауина и игроков, казалось, отдышались. Принцесса Гриффин пригласила представителей Священного Собора Огня на праздник в надежде, что Киррлуц протянет им руку помощи.

Праздник середины лета.

Праздник книг.

Время зафиксировалось на этом этапе истории. Брендель вдруг понял, что это память не Харуза, а его собственная. Он был там, когда принцесса Гриффин была убита.

Брендель вдруг стиснул зубы.

История повторялась перед ним.

Учитель? – Харуз посмотрел на лицо Бренделя, то бледное, то раскрасневшееся, и был озадачен.

Брендель глубоко вздохнул и ответил: – Ничего, Харуз, – Он уже собирался сказать, что им нужно найти путь в город, как вдруг почувствовал, как лист бумаги нагрелся в его руке.

Он поспешно вынул этот лист бумаги.

Бумага преобразилась. Он обнаружил, что это была буква размером с его ладонь. Он открыл письмо, и оттуда выпало приглашение. Слова в приглашении были размыты, но одна фраза выделялась: – Мы приглашаем виконта Колделла и его невесту мисс Бессидин присоединиться к нам на праздновании, –

Облака в сердце Бренделя рассеялись. Так вот как память безымянного человека соединилась с его собственной. Этот парень шел на вечеринку, когда его убили. Но он все еще не понимал, какое отношение это имеет к остальной части его памяти, почему парня убили и о чем он сожалеет?

Плюс возник еще вопрос. Виконт Колделл был единственным человеком в экипаже, но приглашение было направлено ему и его невесте на торжество. Так где же его невеста?

— Подожди, невеста?

Брендель внезапно замер на месте.

Учитель? – Маленький принц явно заметил поведение Бренделя. Он увидел, как бумага в руке Бренделя превратилась в письмо, и, естественно, связал это с тем, что Брендель сказал раньше. – Учитель, он снова вспомнил что-то новое? –

Брендель промолчал и передал письмо своему ученику. Харуз взял легкую как перышко бумагу, внимательно изучил ее, а затем ошеломленно спросил: – Учитель, мы собираемся присутствовать на вечеринке вместо виконта Колделла? –

Теоретически именно этого и хотела миссия. Брендель тщательно обдумал детали прохождения и пришел в основном к такому же выводу.

— А как же невеста виконта? Должны ли мы сначала найти ее? — спросил Маленький принц.

Это было возможно, размышлял Брендель. Но он думал, что это не вероятный исход. Как невеста виконта, он подозревал, что она была одним из основных участников этой миссии. Но важно было то, что, согласно характеристикам рушащегося сна безымянного, в первую очередь должны появиться самые запомнившиеся вещи.

Как лист бумаги в руке.

Но до сих пор от невесты не осталось и следа. Либо эта так называемая невеста была неважной, либо она умерла, как и виконт.

Но независимо от того, было ли это первое или второе, обнаружить во сне эту так называемую мисс Бессидину было бы в принципе невозможно.

— Боюсь, нам будет трудно ее выследить. Брендель ответил.

А? Тогда мы собираемся на вечеринку, как это? Но, но церемониальные чиновники сказали мне, что если дворяне Лонгривер прибудут без партнерши, это вызовет