Белочка (СИ) - Грин Хелена

Тони хмыкнул вслед убегающей ведьме. И, резко посерьезнев, понадеялся, что его подарок на прощание ей все же не пригодится. Над пластинкой, на самом деле представляющей собой саморазвертывающийся при выраженной угрозе щит, испещренный рунами (цепочки вытребовал у Макгарден, под честное слово не рассказывать о готовящемся сюрпризе подруге), он работал уже давно.

Он более-менее представлял, на что способны волшебники. И конечно отдавал себе отчет, что его жена — далеко не из слабых. Но даже самого могущественного мага можно застать врасплох, а вот как раз этого для своей супруги Тони хотел избежать всеми силами.

Если что-то пойдет не так — а мужчина нутром чуял, что эта внезапная поездка на родину не так проста, как Ри ее описывает — его изобретение сможет помочь в ключевой момент.

По крайней мере, Старк на это надеялся.

Очень сильно.

***

До аэропорта Хэппи домчал ведьму в миг. На регистрацию она успела вовремя. И уже сидя в мягком сидении в бизнес-классе (об общем Тони даже слышать не хотел) и наблюдая за стюардессами, которые рассказывали о действиях пассажиров в случае чрезвычайной ситуации, девушка стерла с лица маску спокойствия и напряженно поджала губы.

Она до последнего старалась держаться, чтобы Тони не заподозрил неладное, но сейчас…

В памяти снова вспыхнули воспоминания о битве с Альтроном и последующее пребывание на Грани.

Там было темно и на удивление пустынно. Хотя, чего она ожидала от границы с Царством Мертвых? Однако несмотря на то, что вокруг никого не было, до волшебницы периодически долетали еле-слышные отголоски слов и песен. По инерции она попыталась прислушаться, но тут же одернула себя.

Нельзя слушать.

Чем больше прислушиваешься, чем громче звучат голоса, тем дальше ты заходишь в Мир Мертвых. Даже если все это время стоишь на месте.

— Мисс Эванс? — удивленно спросил мужской голос.

Девушка удивленно распахнула глаза — сама не поняла, как зажмурила их — и уставилась на полупрозрачного мужчину. Потрепанное, но добротное пальто, трость в руках. Седые волосы и лицо, испещренное морщинами. Она не могла отсюда разглядеть цвет его глаз, но почему-то он казался… знакомым.

— Не узнаете? — по-доброму улыбнулся мужчина. — Я тоже вас не сразу узнал. Я Джон Миллер, дедушка Бетти.

Селвиг? Бетти?

Точно!

Девушку осенило.

Как она могла забыть свою первую пациентку? Девочку направили к диагносту, чтобы проверить организм на возможные отклонения. Кажется, ей собирались делать какую-то незначительную операцию и просто решили перестраховаться. А Ри заметила у Бетти раннюю стадию рака.

На тот момент, его еще можно было вылечить без серьезных последствий. К счастью, родители девочки не стали игнорировать заявление тогда-еще-студентки и спохватились вовремя. Ведьма не следила за жизнью Бетти, но судя по присылаемым каждый год открыткам на рождество, подписанных ее рукой — та о ней помнила.

Удивительно.

Обычно люди быстро забывают тех, кто принес им добро. Помнят только плохое.

Но, постойте…

— Почему вы?..

— Умер? — понятливо закончил за нее мистер Миллер и пожал плечами, словно говорил о досадной случайности: — Попал в автокатастрофу. Ехал ночью домой, когда навстречу вылетел пьяный водитель. Жаль, не успел отвезти дочери подарок на день рождение.

— Соболезную, — склонила голову Ри.

Джон рассмеялся.

— Не стоит. Здесь… здесь мне хорошо и спокойно. И никаких волнений о налогах, сумасбродном работодателе и будущих ухажерах Бетти.

— Но почему вы здесь? — неопределенно махнула рукой девушка. — Разве вы не должны быть…

— С той стороны? Да. Я частенько прихожу сюда, — мужчина огляделся. — Жду своих. Думаю, им будет приятно встретить знакомое лицо. К тому же, я уже присмотрел для наш неплохой уголок, там всем будет комфортно. А вот почему вы здесь? Насколько я вижу, ваше время еще не окончено.

— Я… — Ри опустила взгляд.

За время разговора она успела забыть, что предшествовало появлению в Мире Мертвых. Но сейчас это не важно. Она не жалеет.

— Так получилось.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Понятно, — кивнул Джон и вдруг подметил: — А вы изменились. Нет, конечно, что-то подобное от вас и раньше чувствовалось, но сейчас… Вы словно расцвели вовсю.

Волшебница грустно улыбнулась.

Она представляла, что имел в виду мужчина. Да и мог ли призрак не заметить одну из «поцелованных Смертью»? Вроде бы, так в древних трактатах называли некромантов.

— Боитесь меня? — вскинула брови девушка.

— Нет. С чего бы? — развел руками Миллер. — Я не сделал ничего плохого ни вам, ни вашим близким. Бояться нужно вашим врагам.

— Считаете, у меня они есть?

— Вы необычный человек. У таких врагов всегда в достатке.

— Забавно, — хмыкнула ведьма и на недоумевающий взгляд пояснила: — Забавно, что вы не боитесь. Обычно я вызываю у людей только страх. По мнению некоторых из них, я настоящий монстр.

— А что вы сами думаете по этому поводу?

— Что они правы, — пожала плечами Ри.

— Вас это огорчает?

— Не знаю… Думаю, мне все равно. Это самое страшное — безразличие.

— Вы не безразличны, — улыбнулся Джон. — Я видел это тогда. Вижу сейчас. Вы все чувствуете, только немножечко по-другому. Просто настолько привыкли скрывать свои настоящие эмоции, что те спрятались даже от вас.

— Интересная точка зрения, — дернула уголком губ ведьма. — Но я действительно ничего не чувствую. Даже когда совершаю не самые приятные с точки зрения этики вещи.

— Ой, вы об этом… Знаете, я знаком здесь со многими людьми, — Джон обернулся в ту сторону, откуда пришел. — Среди них встречаются и лжецы, и отпетые убийцы. Никто из них теперь ничего не чувствует к совершенным ими преступлениям. Все грустят об одном: о том, что не успели сказать болеющим матерям, как они любят их и как те для них важны. О том, что не ответили добром тем, кто помог им. Мисс Эванс, я… думаю, вам стоит больше открываться дорогим для себя людям, когда вы вернетесь.

— Вы так говорите, словно я и правда отсюда уйду.

Как будто бы она сможет…

— Конечно, — подтвердил свои слова мистер Миллер. — Вас ведь уже зовут.

Ри с опаской прислушалась и среди хора чужих голосов различила один, на удивление четкий.

— Белка моя рыжая, как же я без тебя с Пеппер справлюсь?

Неправильный вопрос, Тони. Как она одна с тобой справится?

— А кто за здоровьем следить будет и вытаскивать из мастерской, когда переборщу?

Действительно, промашка. Пятница с Джарвисом подневольные, сами не справятся.

Ри сделала шаг к голосу. Может, Джон Миллер прав, и ее время еще не истекло?

— Кто с невозмутимостью айсберга выслушает очередную авантюру и предложит помощь?

Нет, не просто может. Она обязана. Он же опять куда-нибудь влезет!

Девушка пошла уже увереннее.

— В конце концов, куда я орехи дену? Килограммы фундука по всей Башне рассованы!

Вот теперь, вот прям обязана!

Шаг.

Еще один.

Свет.

И она оказывается в объятиях Тони. С лютым холодом внутри, частично не ощущаемыми конечностями, но с четкой уверенностью:

Жива…

***

— Уважаемые пассажиры! Наш самолет произвел посадку в аэропорту города Лондон. Температура в городе +15 градусов по Цельсию. Просьба оставаться на местах до полной остановки двигателя. Наш полет окончен.

Ри распахнула глаза и проморгалась. Погрузившись в воспоминания, она, незаметно для себя, задремала. Это не очень хорошо. В Англии ей нужно быть собранной и готовой ко всему двадцать четыре часа в сутки. Хотя короткий отдых все же помог восстановить душевное равновесие.

Как бы девушка ни старалась затолкнуть чувства поглубже, она волновалась.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Сильно.

В зале ее уже ждали. Том в строгом костюме и с тростью с набалдашником из синего камня (и нет, ей до сих пор не стыдно, что она прикарманила Камень Разума; кто знает, что мог бы сотворить Альтрон, если б в его загребущие лапки попала такая сила?) стоял в стороне от основного скопления людей.