Предания, сказки и мифы западных славян - Автор Неизвестен -- Народные сказки

бы его внимание. Долго ходил он и долго разглядывал, но все напрасно, пока вдруг не заметил прекрасную статую, такую же утонченную, как принцесса. К тому же она была очень и очень на принцессу похожа.

Сердце у Франты забилось часто-часто, и он понял, что не ошибается. Но что делать, чтобы статуя ожила?

Тем временем конь открыл двери конюшни, птица вылетела, полетела в сад, села на статую и запела:

– Поцелуй ее, поцелуй ее!

– Я убью твою птицу! – закричал чернокнижник. – И коня твоего убью!

– А почему ты мне не позволил запереть птицу в клетку? И коня почему не разрешил привязать в конюшне? – сказал Франта спокойно и прежде, чем чернокнижник смог ему помешать, подскочил к статуе и поцеловал ее. И она тут же превратилась в принцессу.

Чернокнижник страшно завопил и схватился за живот: у него лопнул последний обруч. И он немедленно превратился в черного ворона, взмыл в воздух и улетел.

И в тот же миг замок стал белым и ожил, на лугах и в саду появилось много рыцарей на конях. Принцесса оставалась в объятиях Франты и благодарила его за освобождение. Прибежали король с королевой и увидели, как обнимаются молодые, принялись благодарить Франту и спросили, когда будет свадьба.

– Сначала я должен отправиться домой, к родителям, – сказал Франта, – они думают обо мне днем и ночью и дождаться не могут. К тому же я должен им представить свою невесту.

Ни король, ни королева не возражали, чтобы молодые поехали к родителям Франты, и быстро стали готовить достойных коней. Но Франта пошел за своим конем и спросил его, не отнесет ли тот его с принцессой к старому купцу в его родной дом.

– Отнесу, – сказал конь, но потом ты должен будешь сослужить службу, и не только мне, но и золотой птице.

– Почему ты говоришь так грустно? – погладил коня Франта. – Вы хорошо мне служили, почему бы и мне вам не послужить?

– Только бы ты не забыл о своих словах! – сказал конь.

И они поехали. Да не ехали, летели. За ними следовала целая процессия, чтобы потом привезти родителей жениха на свадьбу. Свидание с сыном было очень радостным. Купец и купчиха сразу простили сыну его упрямство, так они были рады, что все хорошо кончилось. Только одно тяготило родителей жениха: какое приданое дать сыну, раз у него и так все будет.

Наконец среброголовый купец вспомнил.

– Коня и птицу сын может насовсем оставить себе. Мы живем в покое, я уже никуда не езжу, а после нашей смерти все завещаем бедным.

Франта с принцессой, конечно, были рады, потому что хорошо знали, что это за конь и птица. Они хорошо отдохнули, а потом вместе с родителями жениха вернулись в замок.

И была прекрасная свадьба, какой еще свет не видел и, возможно, больше никогда не увидит. А когда свадьба закончилась, счастливы были и молодые, и старые, а с ними и все королевство.

А Франта ни о чем не думал и ни о ком не заботился, кроме как о своей жене и королевстве. Обо всем остальном он совершенно забыл. Забыл он и о своем коне, и о золотой птице.

Однажды Франта спал, и приснилась ему голубка:

– Помощь принимал, а сам никому не помогаешь!

И так несколько раз.

Проснулся он и увидел, что из комнаты вылетает белая голубка. Он ничего не сказал принцессе, но все думал и думал, кому же он не помог, но вспомнить не мог. Наконец он уснул и спокойно спал до утра, а утром ни о чем не помнил.

Следующей ночью ему опять приснилось, что он слышит, как поет голубка:

– Помощь принимал, а сам никому не помогаешь!

И снова это повторилось несколько раз.

Франта пытался проснуться, но когда открыл глаза, увидел только, как серебряная голубка вылетает из окна комнаты. Он не разбудил принцессу и снова думал и думал, как в прошлую ночь, и тут вспомнил, что вчера ночью голубка была белой. И очень он этому удивился. Встал он и завязал узлом рукав своей рубашки, чтобы обо всем вспомнить, когда наступит утро.

Утром он и правда обо всем вспомнил и размышлял об этом целый день. Напрасно расспрашивали его жена и родители, что с ним, – он ничего не говорил, потому что не мог вспомнить, кому задолжал помощь. Вечером он решил, что не заснет, а будет ждать голубку, если, конечно, она прилетит, и что спросит у нее обо всем.

Он лежал и не спал, а все ждал голубку. И вот когда настала глубокая ночь и все спало, влетела в комнату золотая голубка, уселась в голове его постели и запела:

– Помощь принимал, а сам никому не помогаешь! Помощь принимал, а сам никому не помогаешь!

Он осторожно открыл глаза и зашептал ей, чтобы не испугать:

– Голубка золотая, горячо тебя прошу, смилуйся и посоветуй мне хотя бы ты, раз твои подружки улетели, как только пропели свои песенки. Я хочу быть хорошим королем. Я правда не знаю, кому причинил вред.

– Ты хорошо правишь, – сказала голубка, – но надо помнить и о тех, кто больше всех тебе помог: о коне и птице.

Вскочил король Франта с постели и так напугал голубку, что она окно не могла найти, но он об этом уже не думал. Он знал, что голубке его помощь не понадобится, и думал сейчас только о верном коне и золотой птице. Где они, что с ними? Он запретил камердинерам идти за ним, велел только принести ему лампу и быстро пошел вниз на двор и в конюшню.

И вот где-то в дальнем углу конюшни, где раньше вообще ничего не бывало, стоял до костей исхудавший конь, а над ним висела клетка с птицей, которая уже не выглядела золотой. Когда Франта нашел своих верных помощников в таком плачевном состоянии, он наконец-то понял, что никто их не кормил золотым зерном и не выпускал из конюшни, чтобы они насобирали звезд. И стало ему их страшно жалко. Он заплакал, обнял коня за шею и просил простить его.

– Я знаю, – сказал конь грустно, – в счастье легко обо всем забыть. Но хорошо, что ты пришел.

– Я накормлю вас, и вы никогда больше не будете привязанными, – пообещал Франта, плача.

– Выполни свое обещание, – едва слышно запищала птица, – больше нам от тебя ничего не нужно.

– Конечно, и с удовольствием! – воскликнул Франта. – Что я должен сделать?

– Возьми меч и отсеки нам головы, – попросил конь и жалобно посмотрел на своего