Потерянные в Зазеркалье. Четыре книги в одной - Людмила Романова

Виктору не терпелось скорее выйти из самолета и оказаться в аэропорту Дакара, чтобы уже материально ощутить, что это не иллюзия, а двери в город его мечты, приключений и прекрасных воспоминаний. Он вспоминал отдельные эпизоды из своей тогдашней жизни. Эту встречу в кафе с Кларой и Летисией, этот его балдеж от прикосновения к их роскошной жизни. Очень ярко он снова вспомнил и ощутил… О, он даже покраснел, и похолодел разом, когда вспомнил свои безумства на пляже. Виктор посмотрел на Ивет, боясь, что она видит его мысленные переживания, но она сидела с закрытыми глазами, и казалось, тоже ушла в свои воспоминания, где ему совершенно не было места. Это он чувствовал. Ивет была влюблена в этого офицера, вернее в его тень и возможно, сейчас она думала о нем. Виктору было немного обидно, что он, живой, и очень даже интересующий женщин, не произвел на нее впечатления.

– Наверное, ты показался ей гораздо проще, элементарнее и грубее, чем этот ее невидимый друг, – провещевал внутренний голос.

– Да! Приведение и Я! – хотел съехидничать Виктор. – Странно, – подумал он. – Хотя, что здесь странного? Я сам любил и желал женщину, которой в жизни то не было! Но воспринимал ее совершенно, материально. Вероятно, Ивет чувствует также как я, только привержена другому человеку, вот и все! Но тогда! Она тоже умеет и имеет возможность путешествовать по мирам, и прилетает в тот, в котором ее офицер вполне реален? Или наоборот он вкусив все тайны ухода из жизни, пробился к ней сюда и приходит к ней в снах? И если это часто и последовательно, то не мудрено принять все это за действительность.

Виктор вздохнул и решил, что в его жизни не должно быть места не доверию и неверию. Все, что с ним происходило в его жизни, с этими петлями во времени, бросками и возвращениями в свое пространство, вряд ли поддавалось обычной логике и общепринятым законам. И потом, он же сам догадался до всего этого и до закона бесконечности, который рождает бесконечное число импровизаций и до закона параллельных миров существующих и видимых нами как отражение. Мало того, он стал путешественником и по этим мирам, он стал очевидцем воплощения своей теории в жизнь. Но при этом, до сих пор, не привык не удивляться и не воспринимать все это как естественные варианты событий.

– Почему же не удивляться, – вдруг влез в его мысли его внутренний голос. Если брать в общем, да! Это система, не поддающаяся удивлению. Но в частном, в отдельной параллели жизни, люди также живут по вычисленным ими законам. Здесь также падает яблоко на голову, а бутерброд маслом вниз. И когда эти законы нарушаются, это удивительно и чудесно, как явление в небе девы Марии, как чтение мыслей на расстоянии, как предсказывание будущего… Такие моменты и события вполне могут вызвать удивление.

– Ты еще не можешь привыкнуть, что у тебя все смешалось и параллели и одна единственная твоя жизнь. Удивляйся. Это не дает мозгу закостенеть. Но знай и будь уверен, что чудеса существуют, – закончил торжественно внутренний голос.

– Согласен, – ответил Виктор. Он хотел еще поразмыслить над некоторыми событиями, но тут стюардесса принесла напитки.

– Кстати, Виктор, вы хотели передать мне на хранение некоторые вещи, – сказал профессор, глядя со странной улыбкой на Виктора. Вы их оставили в достаточно надежном месте? Вы упоминали о некоторой старинной рукописи, она тоже осталась там?

– Да… – промямлил Виктор. Я переместил их в надежное убежище.

– Но когда вы успели это сделать? – воскликнул профессор. Вы же очень рано приехали ко мне, а потом мы уже готовились к отлету.

Виктор замялся, не зная, что ответить.

– Зачем я распустил язык про сокровища? – заклеймил он сам себя. Трепло! Подошел бы момент, сказал, зачем делать это заранее?

– Я вам потом все объясню, – сказал он. – Пока все это хранится у Ивана, и я надеюсь, что в его дом не заберутся воры.

– Я надеюсь, вы хотя бы закрыли это надежно в сейфе? Хотя Ивана же нет. Куда же вы положили это сокровище?

– Я положил его у себя в комнате в шкафу. Я надеюсь, никто не будет рыться среди моих вещей, зачем? – очень натурально ответил Виктор.

– Вы рискуете мой друг, – поднял палец профессор.

– Кстати, а когда Иван собирался вернуться в Париж. Он так внезапно уехал! – вступила в разговор Ивет.

– Не знаю, он просто сорвался и полетел, не удосужившись мне что-то рассказать. Но это Иван, он всегда такой, и годы его не меняют. Сто проблем, сто новостей, и сто планов. Он чересчур, как сейчас говорят гипер активный. Поэтому я не удивился, когда он, сказав мне, что едет по неотложным делам в Испанию, а остальное потом. Но я оставил ему записку, – снова выкрутился Виктор.

– Ну конечно, конечно, – проговорил профессор, Иван действительно такой. И Жак, он не позволит, пробраться в дом посторонним. Он отличный слуга, как вы находите? – снова, странно улыбнувшись, спросил профессор.

– Я с вами полностью согласен, – сказал уклончиво Виктор. Он не хотел больше говорить на эту тему.

– Мы пробудем в Дакаре около месяца, так, что Иван и Роз-Мари смогут к нам присоединиться, если захотят, и если это позволят дела, – сказала Ивет.

– Да! – махнул головой Виктор, и выпил немного коньяка, приготовившись к обеду.

– Пронесло, – сказал с облегчением внутренний голос.

Самолет приземлился и пассажиры уже толпились возле паспортного контроля.

– Надо же, кто же меня нашел здесь? – удивленно сказал профессор, поднимая трубку мобильника.

– Дядя, что случилось? – с беспокойством посмотрела на него Ивет, увидев, неоднозначную реакцию профессора.

– Боже, я не выдержу второго полета. – воскликнул он. Но такой случай!

– Куда вы собираетесь лететь? – спросила его Ивет, выйдя вслед за ним через пропускной коридор.

– Скончалась тетя Марта, – ответил грустным и в то же время патетическим тоном профессор.

– Кто это? – удивилась Ивет.

– Это подруга моей бабушки. Она очень любила меня, потому что у нее не было детей, и общаясь с моей бабушкой, она очень много времени уделяла мне. Со мной она немного успокаивалась и забывала свое горе, ведь ее сын с семьей попал в катастрофу. И вот теперь она умерла, и я должен быть на оглашении завещания.

– Дядя я не пущу вас одного! Я лечу с вами. – воскликнула Ивет.

– А как же я? – хотел вскликнуть Виктор, но вовремя сдержался, понимая, что такой вопль был бы не достоен этого момента и его звания серьезного мужчины.

– Виктор, вы сообщите нам, где вы остановитесь, мы прилетим дня через…

– Я думаю неделю, дядя. Нотариальные дела, не терпят суеты. Нужно оформить все как положено. Я вспомнила тетю Марту. Бабушка рассказывала мне о ней. Она очень богата, и неужели теперь это все будет принадлежать тебе дядя? – спросила восхищенно Ивет. Ведь это дома, в провинции Эльзас, я обожаю эти места! Горы, озера, свежесть! И что у нее совсем нет родственников?