Артефактор - Николай Александрович Воронков

знает, но у меня нет никакой информации о том что творится наверху, и что-то планировать просто бесполезно. Ну и ладно. Королевский дворец мне нахрен не сдался, и я буду, как и раньше, просто учиться. Захотят следить и ждать непонятно чего - флаг им в руки. Думаю, через пару месяцев королеве всё это надоест, и меня будут отслеживать только по журналу посещаемости группы. Надеюсь.

До Нового года оставалась неделя, и пришлось подналечь на учёбу. Ещё одной проблемой мог стать сам праздник - больно уж много стало вокруг разговоров про то кто, как и кем будет его встречать, куда пойти отмечать. Самые нормальные разговоры для студентов, но не в моём же присутствии! А ещё взгляды такие многозначительные. Минимум пять девчонок готовы были составить мне компанию или хотя бы потерпеть меня в своей компании. Выбор большой, и это не считая самого бала, где вообще будет настоящая выставка красоток. Но я ещё прошлый праздник не забыл, и заново проходить такое испытание не собирался.

В итоге, сделал просто и элегантно - прогулялся по ближайшим кварталам и снял на неделю небольшой флигель в одной из усадеб. Да и флигель - это слишком громко. Так, флигилёк, больше похожий на маленький домик, которые у нас на Земле строят на садовых участках. Да и здесь он, судя по всему, служил пристанищем садовника. Домик четыре на четыре. Одна комната, в которой только кровать, стол и печка. Даже табуретки не было, лишь лавка, намертво прибитая к стене под окном.

А мне больше и не надо. В последний день предупредил Тотела, что пару дней меня не будет, и комната в его распоряжении. Тотел, скотина, даже не стал изображать расстроенный вид от такого известия. А я зашёл в хорошую таверну и устроил себе праздничный ужин. Ел неспешно, изредка прикладываясь к бокалу, и наблюдал за начинающимся разгулом. Чуть самого не затащили в одну из компаний, и я счёл за благо уйти пораньше. Хозяин приготовил мне большую корзину с продуктами, пару бутылок хорошего вина, и я отправился в свою берлогу. Не таился, не оглядывался через плечо. Плевать! Кому надо, тот и так и отследит, и найдёт.

Стыдно признаться, но это были, наверно, мои лучшие два дня за последний год. На улицах шумели, орали, пели песни, хохотали, но до моего домика доносились только слабые отголоски.

А хорошо-то как - налить вина, сесть на улице на лавочку и неспешно потягивать вино, заедая всякими вкусняшками. Никто не врывается в комнату, никто не хохочет за дверью, и на соседней кровати никто не сосётся, потому что соседней кровати просто нет. А потом спать, пока бока не начнут болеть от лежания. Никуда идти не надо, ни с кем разговаривать не надо.

Может, это усталость накопилась, и мне нужно было именно вот так, в тишине и одиночестве, поваляться на кровати и прийти в себя? Может быть, потому что ни малейшего сожаления о пропущенных гулянках я не испытывал. Да и о чём жалеть, если в любой момент можно взять горсть монет, зайти в приличную таверну и сказать хозяину, что весь вечер гуляем за мой счёт. После этого будет и загул, и пьянка, и компания какая хочешь, и девчонки какие захочешь. А сейчас мне гораздо больше удовольствия доставляет именно тишина и одиночество.

Рассказать кому - не поверят, что студент так встретил Новый год, но на экзамены я пришёл бодрый, отдохнувший и в хорошем настроении. И экзамены, блин, какие-то чересчур лёгкие оказались. Преподы даже и не слушали толком что я говорю. Несколько предложений, и сразу "следующий вопрос". Бац-бац, четвёрка, свободен. Дурдом какой-то. А на артефакторике вообще мрак. Зашёл, как обычно, в третьей пятёрке. В билете три простеньких вопроса, а в качестве практического задания нужно было наложить укрепляющее заклинание на нож. Препод, глянув в билет, молча достал из коробки, стоявшей на столе, самый обычный ножик. Лезвие сантиметров десять, даже ручку толком не оформили. Таким хорошо картошку чистить, если наточить, конечно. А это учебное пособие, похоже, делали такие же ученики, только у кузнеца. И лезвие грубое, неровное, и ручка только-только обозначена. Вот же... криворукие. Я б таким "мастерам" в ближайший год ничего не доверил, разве что меха качать.

Можно было просто наложить укрепляющее заклинание, но мне что-то обидно стало за ножик. Такой прям несчастный, никому не нужный.

Для начала на несколько раз прошёлся простеньким заклинанием, по действию похожим на наждак. Железо сырое, так что искр почти не было, разве что лёгкая пыль, но на уроках артефакторики это обычное дело. Да и остальные студенты что-то творили за своими столами, так что на меня никто не обратил внимания. Подправил форму лезвия, почистил ручку. Сделал небольшие спуски, чуть заточил. Стало хоть немного похоже на нож. А вот потом я немного перестарался. Обмотав ручку несколькими слоями бумаги, чтобы не обжечься, опустил нож под стол, создал вокруг лезвия защитную сферу, которую подсмотрел у Килары, и запустил разогрев, подсмотренный у неё же. И почти сразу резкое охлаждение. По уму, надо точно контролировать температуру, скорость прогрева, использовать определённые материалы для охлаждения и закалки, но и так получилось неплохо, хотя пальцы чуть не обжёг, а бумага побурела от нагрева. В теории, идеальным считается закалка маслом (охлаждение 150 гр/с), но можно использовать подогретую воду или воздух с соответствующей температурой). Никаких приборов у меня не было, всё на глазок, но что мог, я сделал. Снова подточил лезвие, прошёлся полировкой, и лишь после этого наложил укрепляюще заклинание. А что, симпатично получилось. Ну и, как все ножеделы, тут же решил проверить качество заточки. Взял лист бумаги, и, держа его на весу, начал медленно резать на ленточки. И тихо порадовался своей работе - бумага не рвалась, не лохматилась, а с тихим шорохом, словно сама собой, делилась на ленточки. Ну, будем считать, что сделал нормально.

Отложив нож в сторону, быстренько набросал ответы на теорию. Закончив, огляделся по сторонам. Все что-то пишут, что-то творят со своими заготовками. Один из группы уже отвечает, но народу что-то многовато. Блин, если такими темпами будут сдавать, то моя очередь дойдёт только к вечеру. Заняться бы чем-нибудь, но я уже обжёгся на этом, и больше подставляться не хочется. Облокотившись на руку, приготовился ждать, и вдруг голос препода.

-Жаклин, ты уже готов?

Я медленно выпрямился,