Там, где оживают пески (СИ) - Ольга Андреева

Не в силах оторвать глаз от ужасного зрелища, Тия какое-то время просто наблюдала, как облако превратилось в молодую женщину, которая, обретя ноги, стала тихо подходить к их лагерю. Маленькая воровка заверещала и принялась расталкивать спутников, однако те не просыпались. Женщина усмехнулась, и тут Тия снова услышала страшное шипение сразу с нескольких сторон. Она затравленно огляделась по сторонам и увидела, что еще четыре подобных создания появляются у дальних стен. Проснувшись, беспокойно заржал Ветер, и девочка с удвоенной силой принялась будить друзей, но те лишь сонно ворчали, не открывая глаз, и отмахивались. Бестии, тем временем, обступили защитный круг со всех сторон и стали пытаться преодолеть границу защитного контура, чтобы добраться к путникам. Тия, в отчаянии пнув Гюрзу, поняла что им пришел конец и принялась размазывать по лицу испуганно-злые слезы, неотрывно наблюдая, как невидимое ранее ей заклинание на мгновение вспыхнуло зеленоватым светом и рассыпалось, словно стекло.

Внезапно ледяная рука одного из духов схватила ее за спину. Тия испуганно закричала и в этот момент случилось что-то странное: столп золотистого света ударил с небес прямо в то место, где сидела маленькая воровка. Воздух зазвенел, в глазах у нее поплыли разноцветные круги, раздался резкий звук, и свет иссяк. Зато разом проснулись ее друзья.

Сид помотал головой, отгоняя от себя остатки сна, и, увидев искаженные бессильной злобой лица духов, стал плести заклинание. В это время с неба снова упал столб света, на этот раз он попав одного из бестий, и тот с тихим шорохом растворился. Та же участь постигла всех его собратьев, не успел маг дочитать наговор.

— Сид! — позвал его испуганный Змеелов. Тот обернулся и увидел, что бледная Тия лежит без сознания, а по ее подбородку стекает ручеек крови. Около нее уже сидел Гюрза и бил по щекам, пытаясь привести в чувства. Волшебник бросился к девочке, схватил за руки и стал над ней что-то шептать. Через несколько минут непрерывного бормотания она слабо пошевелилась и открыла глаза.

— Что? Что это было? — испуганно спросила она Сида.

— Фолиоты… Зловредные джинны, плетущие рядом с местом своего обитания сети сонного заклинания, и когда жертва уснет, высасывающие из нее жизненные силы, а если повезет, и магию…

— А свет? — маленькая воровка приподнялась и посмотрела на волшебника.

— Это была твоя магическая сила, которая в этот раз чуть тебе не сожгла. Так что будь с ней осторожнее. — нахмурился Сидус.

— Я ничего не делала. — обессилено прикрыла глаза Тия. — Просто смертельно перепугалась…

— Значит, чтобы разбудить в тебе магию, мне каждый раз придется тебя пугать? — рассмеялся он.

— Не надо, а то я стану магом-заикой! — замахала на него руками та.

— О, да ты совсем оправилась… — Гюрза осторожно опустил ее на плащ. — Уже шутишь.

— Хороши же шуточки! Я думала, что вы уже не проснетесь… — поморщилась та. — Так что не вздумайте меня так пугать впредь.

— Да, ты была права… — хмуро кивнул Змеелов. — Лучше уж под открытым небом, чем в компании с такими тварями.

— А я вам говорила! — со значительным видом подняла Тия указательный палец вверх. — Но кто же меня послушает.

— Да, моя госпожа — поклонился Сид под всеобщий смех. — В следующий раз будем слушать мудрую девочку.

Поспешив покинуть опасное место, путники отправились дальше. Чахлые кустарники вокруг дороги сменились небольшими кривыми деревцами, что стремились пригнуть к земле свои ветви, а тропа стала извилистой змеей петлять меж подножия гор. В этих местах ветер, лишь налетавший до того временами на друзей, стал дуть постоянно и Сид сильно пожалел, что не догадался купить каждому из них еще по одному теплому плащу. Теперь каждый из них во время перехода мечтал лишь поскорее оказаться на привале у костра. Однако и костер мало спасал: уж слишком холодно было в этих местах. Измотанные к вечеру путники даже не могли отдохнуть как следует, ворочаясь на плащах, под которыми была холодная земля. На их счастье, проблем с хворостом в этих местах не было, так что огонь в их лагере горел всю ночь, поддерживаемый к тому же, магией Сида.

Друзья шли вдоль хребта Рух несколько дней, и Тия уже не помнила точно, когда они в последний раз ночевали под крышей. Впереди, насколько хватало глаз, тянулись громадные вершины, успевшие порядком ей надоесть. Маленькая воровка уже не раз пообещала себе, что больше ни разу в жизни не отправится ни в одно путешествие, особенно — в горы. Сидус только посмеивался над ее горестными причитаниями на каждой стоянке и не уставал напоминать, что она, де, напросилась сама. На что Тия лишь упрямо выпячивала нижнюю губу. Наконец, однажды утром, маг, посмотрев на дорогу, объявил им, что они начинают подъем на горный перевал.

— А за ним схрон? — с надеждой в голосе спросила Тия.

— За ним, о моя прекрасная пери, продолжается наш путь, не более того — усмехнулся Сид.

— И сколько же еще будет таких вот перевалов?

— Столько, сколько нужно, чтобы добраться до Когтя Дэва. — спокойно ответил тот.

— Боюсь, меня не хватит на обратную дорогу. — Гюрза со вздохом посмотрел на тропу, уходящую вдаль.

— У тебя выбора нет! — довольно недружелюбно посмотрел на него Змеелов.

— И это все по твоей милости! — сжал кулаки вириец.

— А ну-ка прекратили перепалку! — жестко скомандовал Сид. — Нам тут еще драк сейчас не хватало… — наемники разошлись в разные стороны, испепеляя друг друга взглядами. — Лучше шагайте быстрее вперед. Мы начинаем подъем.

Дневной переход был очень труден, и путники едва одолели к ночи расстояние до перевала. Ветер, теперь уже вперемежку со снегом яростно кидался им в лицо, будто цепной пес и злобно завывал. Особенно тяжело пришлось Тии, которая до того даже понятия не имела о снеге. Поначалу она глядела на белоснежное покрывало вершин с восхищением, но когда метель окружила ее со всех сторон, затряслась, бормоча себе под нос, что даже в мире теней теплее.

Добравшись до места, друзья из последних сил добрели до нависшей над тропой скалы, которая укрыла их от от метели. Костер развести удалось лишь со второй попытки и то только для того, чтобы обогреться: им не удалось добыть достаточно дичи в Заповедных землях, а потому приходилось довольствоваться лишь скудным завтраком, состоявшим из жидкой чечевичной похлебки. Едва устроившись на ночлег, путники крепко уснули и проспали до самого утра, несмотря на беснование ледяного ветра — уж очень вымотал их подъем.

Следующие несколько дней слились для путников в непрерывные подъемы и спуски. Ноги то и дело скользили по тропе, грозя оступиться и слететь вниз. По счастью, у Гюрзы нашлась в запасе длинная веревка, которой они и обвязались в одну цепочку. Наконец, настал день, когда Коготь Дэва приблизился настолько, что довольный Сид, потирая замерзшие руки объявил: еще один переход и они окажутся почти на месте. Однако, новость не вызвала у путников никакой радости: изможденные голодом, холодом и усталостью, они лишь расселись у костра и протянули к огню закоченевшие руки.