Барьер Ориона - Макс Алексеевич Глебов

скроют от меня стены оврага, но перед тем, как начать спуск, лихие люди окажутся у меня как на ладони, а обойти это место можно только сделав изрядный крюк по не самым приятным в плане проходимости местам.

Конечно, я не питаю иллюзий, что смогу перестрелять здесь всех лихих людей, как в тире. С двух сотен метров ещё попасть надо. Я, конечно, к «Валу» уже начинаю привыкать, но стрелковой практики у меня по-прежнему мало. Впрочем, задачу нанести врагу большие потери я перед собой и не ставлю. Извести всех бандитов в округе у меня цели нет, пусть этим баронская стража занимается.

Головной дозор лихих людей появляется буквально через минуту после того, как я занимаю позицию. Обнаружить меня эти головорезы вряд ли смогли бы и до того, как я обзавелся шаром тайкунов, а теперь, когда я прикрыт маскировочной сферой, о таком даже и говорить смешно. По разведчикам я стрелять не собираюсь, мне нужны не они.

Проверив низину и ближайшие окрестности перехода через овраг, конный дозор разворачивается и возвращается к своим доложить о результатах разведки, и через несколько минут в моем поле зрения появляются основные силы банды. Искаженное шаром пространство позволяет мне рассмотреть врагов в деталях.

— Скажи-ка, демон, — я задумчиво тру переносицу согнутым указательным пальцем, — если шар позволяет видеть вблизи то, что реально происходит на большом расстоянии, так может он и звук способен так же приближать? Мне было бы полезно узнать, о чем говорят мои противники.

— Конструкты, способные собирать и усиливать звук, действительно существуют, — голосом скучающего школьного учителя отвечает мой бесплотный справочник, — но школа книжников Тетфи на них не специализируется. У вашего конструкта этой функции нет. Для таких целей у командиров разведывательных манипул обычно имеются штатные амулеты, изготовленные книжниками школы Сги́ра.

— Ладно, обойдемся своими силами, — киваю я сам себе и пытаюсь войти в режим обостренного восприятия. Увы, на этот раз ничего не выходит. Что ж, значит не судьба. Отбрасываю посторонние мысли и навожу «Вал» на цель.

Сейчас начнется самое интересное. Попав под обстрел, враги окажутся в экстремальной ситуации, и я сразу увижу, кто из лихих людей отдает приказы, а кто их выполняет. Ну, или не выполняет, это уж как у них получится… Выстрел!

Промаху я даже не удивляюсь. Пуля, нацеленная Гарпуну в голову, пролетает мимо и попадает в ногу едущему рядом с ним на лошади бандиту. Выстрел! Беглый лазутчик начинает реагировать очень быстро. Пуля попала бы в цель, но заоравший от боли раненый заставляет Гарпуна отшатнуться, и на этот раз ему опять везет. Выстрел!

Враг пытается скатиться с телеги и спрятаться за ней, но не успевает. Пуля бьет ему под правую лопатку и сбрасывает на землю. Собственно, туда он и стремился. Правда, сомневаюсь, что он хотел оказаться там с лишними шестнадцатью граммами металла в организме.

Временно прекращаю огонь, боезапас у меня дорогой и вне города невосполнимый. Впрочем, сейчас мне намного интереснее наблюдать за быстро впадающими в панику бандитами, чем продолжать по ним стрелять. Моя задача — выявить главарей, а не отстреливать рядовой состав банды. И главарь не заставляет себя ждать. Его резкие команды я слышу без всяких магических ухищрений, но толком рассмотреть лицо врага не успеваю, как, впрочем, и открыть по нему огонь. Ориентируется в обстановке вожак лихих людей практически мгновенно. Он бросается вниз по склону, понимая, что в овраге мне его недостать, и уже оттуда руководит действиями банды.

К сожалению, грамотные действия командира способны практически творить чудеса, и даже не слишком стойкие бойцы, легко поддающиеся панике, зачастую быстро приходят в себя, слыша четкие и понятные команды и видя перед собой человека, знающего, что нужно делать в сложившейся ситуации.

Колонна приходит в движение и быстро исчезает в овраге. Всё, что я успеваю сделать, это добавить паники удирающим бандитам, истратив на них ещё три патрона. Тяжелораненого, а может, уже и мертвого Гарпуна лихие люди утаскивают с собой. На земле, в моем поле зрения, остаются только два мертвых тела. Какими бы талантами ни обладал главарь ватаги, уйти удалось не всем. Тем не менее свою задачу я выполнил лишь частично, ведь надежно идентифицировать второго главаря банды у меня так и не получилось, а ведь, судя по всему, именно он на данный момент и является моим самым опасным врагом.

Глава 6

Птер доживал последние минуты, если, конечно, его существование можно было назвать жизнью. Летающий голем получил слишком большие повреждения, и немногих оставшихся у него сил хватило лишь на то, чтобы слегка смягчить удар о поверхность планеты. Все четыре демона, до последних секунд управлявших действиями птера, потеряли стабильность и развоплотились, превратившись в быстро рассеивающиеся эманации скрытой силы, а без них голем стал бесполезной грудой инертной материи. Его остов ещё мог служить какой-то защитой и укрытием, но, увы, не слишком долго.

Книжник Тапа́р, с трудом преодолев охвативший его страх, осторожно выбрался из внутренней полости голема и обвел настороженным взглядом место падения птера. Перед ним лежала выжженная и продолжающая дымиться проплешина в густом лесу. К просеке, проделанной упавшим големом, добавились черные пятна, оставленные огненной магией. Все трое уцелевших при крушении кейров из отряда Саддала встретили здесь свою смерть в схватке с древним, но очень мощным конструктом, отказавшимся признать их новыми хозяевами.

Те, кто готовил группу к операции, предупреждали, что многие из старых конструктов времен войны с варварами из-за барьера будут проявлять агрессию и не станут никому подчиняться. Их потому и не удалось вывезти с планеты, что внешний контроль над ними был полностью снят. Только так удалось защититься от нового оружия кибов, заставлявшего големов атаковать своих же хозяев. Чуть позже были найдены более эффективные способы защиты, но обширные пространства на поверхности планеты к тому времени уже оказались под контролем никем не управляемых стай големов и стационарных боевых конструктов, которым противостояли такие же никому не подчиняющиеся группы боевых механизмов варваров.

Глядя вокруг, Тапар всё больше погружался в черное отчаяние. Все, кто должен был его защищать на этой дикой планете, погибли. В своем последнем бою кейры всё-таки смогли добить атаковавший их конструкт, но и сами попали под мощнейший удар редкой и сложной в применении стихии вакуума, очень неудобной для бойцов школы огня.

Тапар остался один. Да, далеко не с пустыми руками, но в полном одиночестве и во враждебном окружении. Книжник очень