На шипах - Алексей Александрович Нескородов

Лежу на спине, тело ломит от боли. Яркое солнце слепит глаза. Отчаянно пытаюсь встать, но плечи словно прилипли к газону. Беспомощно барахтаюсь. Тяжесть сдавила грудь. Чья-то нога грязным ботинком прижала меня к земле. Солнце слепит, приходится щуриться. Блекло вижу черты лица. Голова, темные волосы, снующие желваки. Хмурю брови в попытки сфокусировать взор. Свет рассеивается. Это Пегас. Младший Сафонов вытирает об меня ноги. Нависая надо мной с пистолетом в руке, он хладнокровно взводит затвор. Бездонное дуло вновь уставилось мне в лоб.

Не знаю, что делать. Отчаянно смотрю по сторонам, в надежде получить поддержку. Взор застывает на трибуне, где возвышаясь над остальными, стоит Марина. В желтом платье, с вьющимися на ветру белыми волосами она внимательно смотрит на нас. Заплаканное лицо не выражает особых эмоций, а тонкая ручка медленно поднимается вверх. Мы с Пегасом смотрим на нее, ожидая команды. Она продолжает стоять. На вытянутой вперед руке трясется сжатый кулак. Большой палец вытаращился в сторону. Замер параллельно земле и, словно стрелка часов ждет рокового поворота.

Мы, не сводя с нее глаз, следим за пальчиком руки, который медленно опускается вниз.

– Понятно! – Сказал Пегас. В его взгляде сверкнул убийственный холод. Палец впился в курок. Я зажмурился и скорчил лицо. Раздался убийственный выстрел.

Я вскочил с пропитанной потом постели. Придя в себя, понял, что это лишь сон. Страшный кошмарный сон, сотканный из желаний и страхов, окутавших мою жизнь.

– Что с тобой, милый? – Спросила Татьяна, прижимая голову к моему плечу.

– Да так, ничего. – Прошептал я, вдыхая запах ее волос. – Мне просто приснилось, что я выиграю этот чертов трофей!

Глава 4. Правильные акценты

Кубковый матч требует особой подготовки. Это в регулярном чемпионате достаточно усидчивости и мастерства, где планомерно, методом проб и ошибок за счет невероятно длинной дистанции можно уверенно финишировать первым, даже проиграв несколько матчей подряд. В погоне за кубком все гораздо сложней. Если чемпионат похож на длинный марафон, где первым к финишу приходит самый опытный и выносливый, то кубок, скорее, ближе к восхождению в гору, где каждая ступень может стать фатальной. Именно в кубке цена ошибки настолько высока, что победу в нем одерживает не тот, кто сильнее, а тот, кто больше этого хочет. В чемпионате ты можешь оступиться и проиграть, затем встать, стряхнуть лепнину неудач, разогнаться и все равно занять первое место. В кубке ты просто не имеешь права на поражение.

Фатальность поражения создает особую ауру кубковым турнирам и дает возможность для сказки. Ведь даже самый слабый соперник, сумевший поймать нужный настрой может один раз в году выложиться и на все двести процентов, прыгнув выше своей головы. А записной фаворит, может недооценить скромного оппонента и, играя спустя рукава, сенсационно вылететь из турнира. Такое бывало и не раз. Всем известна важность каждой кубковой игры. Особенно, когда речь идет о финале. Волшебным образом, взобравшись на самый верх турнирной лестницы, ты находишься так высоко, что при оглядке может закружиться голова. Столько всего пройдено и остался последний рывок, последняя игра, на которой ты получаешь все или остаешься ни с чем.

Тренеры знают об этом, поэтому не жалеют сил и лезут из кожи вон, чтобы достучаться до каждого игрока, пытаясь залезть в их головы и души, найти нужные ниточки, дернуть за них и разжечь пламя, которого хватит на все девяносто, а может быть и сто двадцать минут игрового времени. И здесь, главное, не перегореть. Важно, чтобы пламя пылало прямо во время игры, а не угасло задолго до ее начала. В этом и проявляется талант хорошего наставника, который может настроить команду на один конкретный матч.

Финал – особый день, когда каждый имеет право на чудо. Когда триумф кажется таким близким, особенно обидно его упускать. Финальный матч – отличная проверка для каждого, ведь когда, как не в таких играх вскрываются все маски и выглядывает истинное лицо. Слишком много пройдено, чтобы безболезненно отнестись к потере. Каждый шаг на пути к финалу был невероятно труден. По скользким ступеням, оставляя на них кровь и пот, мы подбирались к вершине, и осталось сделать последний решающий шаг. Кубок уже здесь, стоит, переливается на солнце и ждет теплых рук своих обладателей. Но достанется он лишь одним, другие же, соскользнув на последнем шаге, с грохотом покатятся вниз, так и оставшись, ни с чем.

Финал кубка России это не только шанс заполучить престижный трофей, это еще и путевка в Европу. Возможность показать себя всему футбольному миру, сыграть против европейских звезд и побороться за кубок УЕФА. Финальный матч – это билет в сказку. Зная об этом, игроки и тренеры готовы молиться любым богам, призывая на помощь высшие силы, лишь бы добиться желаемого. И мы не были исключением. С раннего утра отец Тихон проводил молебен, освещал раздевалку и совершал другие, известные только ему ритуалы, которые должны навлечь удачу и внести сомнения в плотные ряды соперника. Спортсмены – люди суеверные, еще с матча с Динамо Суббота, Кривоножко и я, напрочь отказались от бритвы. За пару месяцев гладкие лица покрылись густой бородой. Словно три дровосека сидели мы в раздевалке, слушая наставления тренера. Густой мох на лице колол и чесался, в нем застревали крошки еды, а на жаре щеки постоянно прели. Мы были готовы с этим мириться, лишь бы не спугнуть удачу.

Настал день игры. Мы, взбудораженные и заведенные, сидим в раздевалке, ощущая над головами шаги тысяч людей. На лицах улыбки, а в глазах огонь, толи от волнения, толи от гордости, что мы, скромная команда с Урала, сумели взобраться так высоко и сейчас сидим у вершины Олимпа, готовые на него взойти. Легкий холодок сковывает колени. Для многих из нас выход на поле в окружении десятков тысяч болельщиков, под прицелом объективов центральных телеканалов – настоящий стресс. Но мы держимся. Я заправляю под гетры щитки, пытаясь их выставить так, чтобы они не мешали нанести точный удар в самый важный момент. Субботин, натягивает на огромную ладонь вратарскую перчатку. Кривоножко, растянул ноги, с закрытыми глазами откинулся на спинку шкафчика и что-то бубнит, будто читая молитву. В углу сидит Кандауров. Наш тофгай так и остался дровосеком, с поленьями вместо ног, от которых мяч отскакивает в самом непредсказуемом направлении. Вряд ли он появится сегодня на поле. Уж больно высока цена матча. Но даже сам факт присутствия непосредственно рядом с финальной