Полное собрание сочинений в трех томах. Том 3 - Мольер Жан-Батист

Белиза.

На рабство гнусное восстать должны мы разом, Чтоб показать, на что способен женский разум.

Триссотен.

Известно, что весьма я почитаю дам, Я блеску их очей хвалу всегда воздам, Но также рад признать, что ум их полон света.

Филаминта.

Наш пол усердно вас благодарит за это. А тем, что придавать нам не хотят цены, Кичливым умникам, мы показать должны, Что знаньем женщины подчас их всех богаче, Что можем мы решать не меньшие задачи, В ученых обществах сплотясь, подобно им. То, что раздельно там, мы здесь объединим — С изящным стилем слов высокое познанье, Мы в сотнях опытов изучим мирозданье, Все школы к диспуту допустим мы равно, Но думать ни с одной не станем заодно.

Триссотен.

Считаю первенство за перипатетизмом.[102]

Филаминта.

Я — за абстракции пленилась платонизмом.

Арманда.

Мне дорог Эпикур: как мысль его смела!

Белиза.

Мой ум насытили б мельчайшие тела, Но мысль о пустоте лишь смутно мне понятна. Зато в материи тончайшей все приятно.[103]

Триссотен.

Магнит Декарта я принять душой готов.

Арманда.

А я, я — вихри.

Филаминта.

Я — падение миров.

Арманда.

Когда ж в собрании открытом возвестить я Смогу про первое научное открытье?

Триссотен.

Мы ждем, чтó в мир внесут столь светлые умы. Для вас почти уж нет в природе тайн и тьмы.

Филаминта.

Одно открытье есть: себе не льстя нимало, Скажу вам, что людей я на Луне видала.

Белиза.

Людей мне видеть там не удалось как раз, Но колокольни — да, совсем как вижу вас.

Арманда.

С грамматикой бы мы и физикой желали Историю, стихи, ученье о морали, Число, политику — все углубить до дна.

Филаминта.

Ах, вместе с древними в мораль я влюблена! Но стоикам я дам пред всеми предпочтенье, Пред их учителем полна я восхищенья.

Арманда.

По нашим правилам очистится язык; Надеюсь я, что в нем произведем мы сдвиг. Да! К ряду слов горим мы гневом справедливым. Чем ни были б они — глаголом, субстантивом, — Мы, их преследуя смертельною враждой, Распределить хотим взаимно меж собой, И на ученейшем собранье нашем скоро Обрушим мы на них всю тяжесть приговора, Дабы и в будущем заранее пресечь Внедренье этих слов в стихи и в нашу речь.

Филаминта.

Для академии задуманной имеем Еще один мы план, что мной давно лелеем, Славнейший замысел! Он будет вознесен Умами лучшими в потомстве всех времен. Готовит он конец слогам тем неприличным, Что могут грязный смысл придать словам различным, Что тешат всех тупиц в течение веков, Рождая пошлости — отраду остряков, Двусмысленностям всем, чья низкая игривость Стремится женскую в нас оскорбить стыдливость.

Триссотен.

Уверен я: проект отличным все сочтут.

Белиза.

Когда мы завершим, покажем вам статут.

Триссотен.

Конечно, будет он прекрасным и ученым.

Арманда.

Мы станем всех судить по нашим же законам. Все подчинятся нам: прозаик иль поэт — Раз он не наш, то в нем ума, конечно, нет. Мы ко всему всегда найдем предлог придраться, Чтоб мы одни могли талантами считаться.

ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ

Те же и Лепин.

Лепин (Триссотену).

Пришел тут человек, и вас он, сударь, ждет. Он в черное одет и сладко речь ведет. (Уходит.)

Триссотен.

То мой ученый друг — давно он ищет чести Представленным вам быть, придя со мною вместе.

Филаминта.

За вами все права ввести его в наш дом.

Триссотен идет навстречу Вадиусу.

ЯВЛЕНИЕ ПЯТОЕ

Филаминта, Арманда, Белиза, Генриетта.

Филаминта (Арманде и Белизе).

Гостеприимство нам велит блеснуть умом.

Генриетта хочет уйти.

Куда? Не ясно ль? Вам остаться я велела. Вы мне еще нужны.

Генриетта.

Но для какого дела?

Филаминта.

Терпенье! Вскоре все вам скажет ваша мать.

ЯВЛЕНИЕ ШЕСТОЕ

Те же, Триссотен и Вадиус.

Триссотен (представляя Вадиуса).