Алиф-невидимка - Дж. Уилсон

— Мне кажется, они стреляют по демонстрантам, — тихо произнесла Дина и тут же поморщилась при очередной автоматной очереди. Алиф спрятался в оконной нише. Чей-то жалобный крик послышался со стороны площади, а вместе с ним в воздух проник запах горящей резины. Металлический голос полицейского, говорившего в мегафон, потребовал, чтобы мятежники выстроились в шеренгу перед полицией и стояли спокойно.

— Здесь нам оставаться опасно, — забеспокоился Новый Квартал, нервно расхаживая по мраморному полу своей гостиной, время от времени поднимая перевернутые стулья и прочие мелкие предметы обстановки. Внезапно он остановился у разбитых каминных часов с золотым слоном наверху, и тут его накрыла новая волна горя и растерянности. — Я-то понадеялся на то, что мы сможем остаться на некоторое время тут, пока ты будешь работать над кодами, — продолжал он чуть позже и немного успокоившись. — Но все мои компьютеры испорчены… дверь взломана, замок искорежен. В общем, мы снова очутились по уши в дерьме.

В этот момент где-то неподалеку, как бы в подтверждение его слов, раздался сильный треск и послышались чьи-то шаркающие шаги. Алиф застыл на месте, он смотрел на Дину, которая только дрожала и тоже не шевелилась. Новый Квартал прекратил свое бесполезное исследование разграбленной комнаты и, остановившись, затаил дыхание, пока его лицо не раскраснелось. Шум затих.

— Даже эта проклятая летающая женщина — и та бросила нас, — пожаловался Новый Квартал. — Теперь из Города нам не выбраться.

— Ты же сам сказал, что никогда больше не позволишь джинну переносить тебя по воздуху, — прошипела Дина. — Вот она и приняла это как оскорбление.

— Кажется, я слышу глас разума, мать твою!

— Заткнись, — нахмурился Алиф.

Шум возобновился. Со стороны могло показаться, будто там, внизу, бьется в силках какое-то некрупное животное, только звук этот был какой-то необычный, жесткий, как будто трутся куски очень грубой материи. У Алифа внутри все сжалось, и он нервно задышал.

— Я знаю, что это такое, — прошептал молодой человек. — Боже мой! Нельзя допустить, чтобы эта тварь приблизилась к нам. Нельзя пускать ее сюда. Дина, прошу тебя… — взмолился он, не обращая внимания на то, что просит помощи у женщины. Он как будто снова очутился в темноте и был сейчас совершенно один, без поддержки. Ему даже показалось, что в комнате почему-то сразу стало темней и холодней, а шум толпы на улице затих окончательно. Стало слышно, как по лестнице поднимаются какие-то люди, шлепая по ступенькам босыми ногами.

— Что случилось с освещением? — жалобно заскулил Новый Квартал. Алиф понял: еще немного этого кошмара, и у него начнется истерика.

— Ты тоже заметил?

— Что значит «тоже»? Что тут происходит, черт побери?

Часто дыша, Дина приблизилась к разбитой двери.

— Дина! — прикрикнул на нее Алиф, уже ругая себя за то, что позволил себе проявить слабость в ее присутствии. — Осторожней! Не ходи туда!

Но она проигнорировала его предупреждение и негромко, но достаточно уверенно прочитала последние строки из Корана:

— Скажи: «Прибегаю к защите Господа рассвета, от зла того, что Он сотворил, от зла мрака, когда он наступает, от зла колдуний и от зла завистника, когда он завидует».

Шаги замерли, но затем раздались снова, на этот раз кто-то спешил наверх уже с чудовищной скоростью.

— Что это за тварь?! — пронзительно закричал Новый Квартал.

И тут они поняли, что воздух как будто стал покидать комнату. Алиф упал на колени и принялся раскачиваться взад-вперед, словно потерял рассудок.

— Скажи: «Я обращаюсь за защитой к Господу людей, — продолжала Дина. — Правителю людей, Богу людей от зла внушающего, который внушает злое в грудях людей, из джиннов и людей».

Через остатки двери послышался гул, потом кто-то злорадно произнес:

— Да, именно эти слова. Именно эти слова, да.

Алиф съежился, сжался в комочек. Где-то позади него жалобно пискнул Новый Квартал, готовый расплакаться, как ребенок, проснувшийся от ночного кошмара. Дина оставалась на своем месте черным пятном на фоне сгущавшегося мрака, ее худая фигура сейчас служила единственной преградой к Алифу на пути страшной твари, намеревавшейся втянуться в комнату через испорченную дверь. Чудище без глаз смотрело на молодого человека. Они сразу узнали друг друга. Алиф застонал, зажав уши ладонями. Он сразу вспомнил все: и камеру, и темноту, и эти страшные шаги, которые будто проделывали круги, которые с каждым разом становились все у́же и у́же.

— Прибегаю к защите Господа, — громче проговорила Дина. — Пожалуйста, повторяй эти слова вместе со мной.

Алиф осознал, что она сейчас обращается к нему, и послушно приготовился повторять за девушкой, но из его горла не донеслось ни звука, несмотря на то что он усердно шевелил губами.

— Пожалуйста, — повторила Дина. Голос ее чуть заметно дрожал.

— Прибегаю… прибегаю к защите… — Он силой заставлял себя произносить слова, стоя на четвереньках. Когда Алиф поднял голову, он увидел, что Дина отступила к окну, стекло которого оказалось разбитым, но зато сюда проникал свет с улицы. На какой-то момент из черного пятна она превратилась в золотое, словно в складках ее одежды собрались солнечные лучи.

Чудище замерло на месте.

— Прибегаю к защите Господа от зла, — твердо проговорил Алиф. И тут страх, который владел им всего минуту назад, куда-то исчез, растворился, и его место заняло какое-то яростное и светлое чувство. Темная тварь поползла вперед и тоже оказалась на солнце вместе с Диной. Своим безразличием она словно пыталась доказать ему, что за невидимыми стояли еще более невидимые силы, если такое, конечно, вообще было возможно.

— Прибегаю к защите Господа, — повторила Дина, — от зла мрака, когда он наступает.

Тварь затряслась, собралась в комок и пружинистым прыжком рванулась на девушку, в полете разевая зубастую пасть на бесформенной морде. Новый Квартал принялся истерично визжать. Алиф бросился вперед и, вцепившись в резиновые конечности адского существа, попытался оторвать его от Дины. Она в ужасе отшатнулась, стараясь удержать равновесие, а Алиф продолжал ловко отделять тварь от ее тела, крепко впиваясь пальцами в скользкую массу. Чудище запищало и повернулось к нему, снова разверзая отверстие-пасть, которое начало увеличиваться в размерах до тех пор, пока, как показалось Алифу, не стало больше самой твари. Сейчас она явно нацелилась на горло юноши.

И Дина не выдержала. Она начала звать Алифа, выкрикивая его настоящее имя, и в ее голосе звучало столько ужаса, что он перекрыл всю напускную храбрость юноши. Тварь повалила его на пол, и Алиф, падая, больно ударился затылком о мраморные плитки. Перед закрытыми глазами сверкнул огонь, он быстро заморгал и чуть не задохнулся от неожиданности, стараясь поскорей прийти в себя и сосредоточиться на противнике. Но тело уже не повиновалось ему. Веки почему-то сразу стали тяжелыми, а мышцы разом обмякли.