С.М. КИРOB Избранные статьи и речи 1916 - 1934 - Д. Чугаева и Л. Петерсон.

А очереди стоят не только потому, что в бане места нет, но и потому, что шаек меньше, чем мест. Попал в баню — и сиди, мыться не можешь, шайки нет, а если и есть, — она дырявая. Вот это явление, товарищи, оно тоже имеет свои причины, и причины отнюдь не объективные, а причины, имя которым — глупость, халатность и разгильдяйство. Я это, товарищи, говорю к тому, что нужно не только построить новые бани, нужно решительным образом улучшить существующее банное хозяйство. Нужно, товарищи, чтобы у нас не было таких фактов, какие мы имеем сейчас, что в бане на 370 мест 150 шаек, большинство дырявых; вода из шаек течет, а на стенах, повсюду плакаты: «Экономьте воду». Это, товарищи, не придумано, это факт. Решение ЦК специально ставит вопрос о прачечных. У нас, в Ленинграде, имеется, оказывается, завод, который снабжает оборудованием прачечные всего СССР, выпускает 600 комплектов в год, а с маленькой задачей — открыть в этом году 38 механизированных прачечных — мы справиться не могли. Это безобразие, товарищи, но это факт, и на этот участок мы сейчас должны навалиться.

Последнее, на чем я хотел остановиться, — это вопрос о газовом хозяйстве. Имеющийся в Ленинграде газовый завод бездействовал за все время революции. Сейчас постановление ЦК и Совнаркома предлагает форсировать работы по восстановлению газового хозяйства, с тем чтобы к началу 1933 года обеспечить производство 60 миллионов кубометров газа, т. е. значительно больше того, что давал этот завод при царе.

Большое место уделено в постановлении ЦК вопросу об обслуживании культурных потребностей рабочих и благоустройстве города. ЦК и Совнарком признали необходимым увеличить площадь зеленых насаждений, усилить освещение, укрепить пожарное дело и т. д. Нам предложено в ускоренном порядке провести мероприятия по созданию Парка культуры и отдыха на Островах, по расширению сети пляжей, купален, лодочных станций и т. д. Одновременно с этим ЦК и Совнарком обратили наше внимание на необходимость улучшения работы существующих клубов и домов культуры и лучшего использования пригородных парков и дворцов для отдыха рабочих.

И вот, товарищи, если мы взглянем на все эти цифры, на все эти объекты работы, если попробуем все это оценить и сравнить с тем, что мы делали до сих пор, то станет видно, что перед нами поставлена действительно грандиозная программа.

Я хочу сказать еще пару слов о самой цифре в 290 миллионов рублей. Эта цифра утверждена постановлением ЦК и Совнаркома, но было бы ошибкой думать, что эти 290 миллионов рублей уже находятся в кармане Исполкома. Надо сказать и подчеркнуть, что эти 290 миллионов рублей мы пока имеем, в известном смысле слова, условно, иными словами, получение их будет зависеть от нашей работы.

Если мы будем, скажем, работать дальше по линии нашего коммунального хозяйства теми же темпами, не торопясь, то мы этих 290 миллионов иметь не будем. Их должны нам дать не от американского дядюшки, — львиная доля их должна быть получена прежде всего в результате работы нашего коммунального хозяйства. Это важнейшее обстоятельство, которого нельзя забывать.

«ПО-НОВОМУ РАБОТАТЬ, ПО-НОВОМУ РУКОВОДИТЬ»

Я думаю, товарищи, что для того, чтобы действительно по-настоящему перейти на новые рельсы в нашем коммунальном хозяйстве, нам нужно проделать большую работу по перестройке не только органов, непосредственно ведающих коммунально-жилищными вопросами, настала пора вообще поставить в порядок дня и разрешить вопрос о более глубокой и более широкой реорганизации всей системы нашей работы. Вы знаете, что большевики, в отличие от других партий, вопросам организационным придают, согласно заветам Ленина, исключительное значение.

Я уже говорил, товарищи, о тех достижениях, которые мы имеем после XVI съезда нашей партии. Разрешите вам одновременно с этим напомнить, что этим успехам социалистической стройки со времени XVI партсъезда содействовала коренная перестройка целого ряда наших органов. Возьмите управление нашей промышленностью — все, начиная от завода и кончая BСHX, организовано теперь иначе, чем полтора-два года тому назад. Возьмите транспорт. Вы помните, мы недавно занимались этим вопросом и провели огромную перестройку транспорта. Мы проделали колоссальную реформу советской работы в нашей деревне, упразднили округа, приблизив тем самым власть к районам, к селу. Мы перестраиваем наши профсоюзы по линии обеспечения наиболее диференцированного и наиболее детального руководства всей работой, и эта перестройка еще до сих пор не закончена.

Возьмем нашу партийную работу, — каждый, имеющий то или другое отношение к ней, знает, какая глубокая перестройка произошла на этом участке. Торговля наша, кооперация, общественное питание, наша школа, — какой бы области нашего строительства вы ни коснулись, особенно за последние полтора года, вы везде и всюду видите коренное переустройство наших органов. Это делается не потому, что у большевиков мода от времени до времени перестраиваться, а потому, что на данном отрезке нашей социалистической стройки нам необходимо по-новому работать, по-новому руководить. Это положение товарища Сталина, под которым решительно все подписываются, за которое все голосуют, но которое, к сожалению, далеко не всегда проводится в жизнь. Я могу привести ряд примеров безобразного, головотяпского, никудышного руководства. Вот мне, например, говорили, что по Стругокрасненскому леспромхозу за одну только декаду — с 21 по 30 ноября — получено от Леспромтреста 129 бумаг, по 13 бумаг в день. Вы скажете, что лесозаготовки — это неудачный пример, что в нашей городской ленинградской промышленности дело обстоит иначе. Но я могу привести примеры и из области нашей городской работы. Есть у нас в Ленинграде один квалифицированный завод, где с внешней стороны по-новому работают, по-новому руководят, а на деле получается другое. Несколько времени тому назад сделали штамп в 8–9 тонн весом, обработали, потом положили, потом об этом штампе забыли. Отковали новую болванку, снова хотели обрабатывать новый штамп, и только случайно один из рабочих подсказал им, что уже есть сделанный, обработанный штамп.

Вы скажете — это пустяки? Нет, это далеко не мелочь и не пустяк, когда на заводе 8–9 тонн стали валяются, и никто не хочет об этом знать и только случайно об этом вспоминают.

Я мог бы привести целый ряд других, буквально возмутительных фактов. Я вам приводил пример с банями без шаек.

Я мог бы вам привести завод, где выстроили новые корпуса, оборудовали их по всем правилам техники, но забыли… об уборных. Я мог бы вам рассказать, как летом возили рыбу в обыкновенных вагонах и она портилась, но зато в вагонах-ледниках возили помидоры. Я мог бы вам рассказать, как в одной из наших транспортных организаций (управление Октябрьской железной дороги) рабочего-ударника, старика, премировали… лыжами. Это не анекдоты, товарищи, это факты. Почему они происходят? Они происходят потому, что целый ряд наших работников не умеет, а кое-кто и не хочет «по-новому работать, по-новому руководить». Потому что люди любят руководить «вообще», руководить на бумаге, а конкретное, живое дело забывают, а от этого и происходят всякие безобразия.

Вы читали в газетах о суровых мерах, которые приняли ЦК и Совнарком по отношению к дезорганизаторам рабочего снабжения, к людям, которые отправляли печение без тары, затоваривали консервы, махорку и т. д. Вы знаете, что ряд из них исключен из партии, отдан под суд и т. д. Правильно ли поступил ЦК? Совершенно правильно. Если ты сидишь на каком-либо участке работы и руководишь этим участком, а в результате получаются безобразия, и от этих безобразий страдает рабочий, — неси строжайшую ответственность.

Партия и Советская власть за такие дела гладить по головке не будут.

Что значит «по-новому работать, по-новому руководить»? Это значит — уделять внимание тем «мелочам» нашей конкретной социалистической действительности, о которых нам товарищ Сталин так много говорил.

Из кабинета делать это невозможно. Сейчас руководить, не бывая непосредственно на местах, в цеху, в жакте, в столовой, — будь ты откомхозник, директор завода, профсоюзник, партработник, кто угодно, — становится невозможным. Во-первых, там ты кое-чему научишь, а во-вторых, что бывает чаще, тебя там кое-чему научат, потому что из кабинета тебе дело представляется одним, а на месте, когда посмотришь, может представиться совсем иным. По этой линии нужно вести реорганизацию наших органов, чтобы действительно по-новому работать, по-новому руководить.

Товарищ Сталин чрезвычайно ярко формулировал задачу организации руководства по-новому: «Что требуется для того, чтобы наладить руководство по-новому?

Для этого требуется прежде всего, чтобы наши хозяйственные руководители поняли новую обстановку, изучили конкретно новые условия развития промышленности и перестроили свою работу сообразно с требованиями новой обстановки.