Ужас. Иллюстрированное повествование о нечистой силе - Игорь Винокуров

Привидения проявляют себя не только в случаях беспокойных домов и в полтергейстах, но и сами по себе. Однако эта тема выходит за рамки моей книги.

Привидения в роддоме

Вечером 11 июня 1990 года я вышел на одной из станций московского метро и присоединился к ожидавшим меня В.Мохову, О.Ефимову и к ещё двум участницам нашей группы. Одна из них, обозначу её инициалами Ж.В., обладала, как мне было известно, опытом изгнания нечистой силы народными средствами. Мы направлялись в расположенный недалеко от этой станции метро родильный дом. Что же заставило нас идти туда?

За несколько месяцев до того ночные няни, дежурившие в холле коридора третьего этажа родильного дома, стали встречаться с сильно испугавшим их явлением. Случалось это обычно от двух до четырёх часов ночи, когда они входили в тамбур одной из палат, где в каждом из трёх боксов лежало в кроватках около дюжины новорожденных. Двери тамбура были стеклянными. В левом боксе и в боксе напротив входа в палату всё было в норме. Но в правом углу правого бокса у медицинского столика иногда стояла женщина в халате и шлёпанцах, выдаваемых роженицам.

Ночная няня, думая, что это какая-то слишком чадолюбивая родительница незаметно пробралась к своему ребёнку, входила, открыв дверь правого бокса, вовнутрь и сердито приказывала мамаше немедленно удалиться. Та это незамедлительно же и делала — пятилась в угол и… исчезала там! Не привыкшая к такому «сильному» зрелищу няня потом очень долго приходила в себя…

Какое-то время ночные няни никому не решались говорить об увиденном. Мало ли кто что подумает! Но, поскольку это продолжалось, пожаловались администрации. 31 мая 1990 года пригласили Ж.В., и она, проведя некий ритуал в правом боксе, прекратила там это явление. Но вскоре оказалось, что привидение лишь сменило местожительство — оно «переехало» в помещение операционной, расположенной в конце коридора того же третьего этажа. А обнаружилось это так. Операционная — наиболее тщательно охраняемое помещение. Ведь не дай Бог занести туда какую-нибудь инфекцию! Поэтому операционная бригада, простерилизовав операционную перед очередной операцией, закрыла на ключ дверь в неё и осталась на время в предоперационной. А дело шло к ночи. Вспомнили, что вроде что-то не положили на столик в операционной. Глянули туда сквозь герметическое стеклянное окошко, а там какая-то женщина в белом! Что за безобразие, быть того не может! Открыли дверь в операционную, а там пусто…

2 июня одну из рожениц оставили в операционной после операции на ночь. Около трёх часов ночи в операционную вошла дежурная акушерка, проверить, всё ли в порядке. Ничто не вызвало её беспокойства. Некоторое время она постояла, присматриваясь к спящей и ещё не отошедшей от наркоза прооперированной. Вдруг где-то за её спиной раздался дикий, громкий, какой-то нечеловеческий вой!

Акушерка в панике выскочила оттуда, понеслась по коридору. Навстречу — дежурный врач, назову его Ф.М. Он поинтересовался, почему такая паника. Акушерка пояснила. Врач решил проверить, так ли это.

Войдя в операционную, он тоже постоял там некоторое время. И вновь — тот же нечеловеческий вой за спиной! Врач, которому попался на глаза выбежавший тогда из операционной Ф.М., позже рассказывал, что у Ф.М. стояли дыбом не только волосы, но и усы…

Но Ф.М. оказался очень мужественным человеком. Он посчитал невозможным оставить больную в той ужасной палате. Взяв кровать-каталку, он бегом повёз её в операционную, там быстро переложил больную на каталку и так же бегом выкатил каталку вон из операционной.

Рис. 97. Это самое «нечто» сидело в верхнем углу операционной, прямо под потолком.

Естественно, что пришлось вновь обращаться за помощью к нашей милой Ж.В. Она пригласила Володю и Олега, а они вызвали меня. Так мы и собрались вместе 11 июня 1990 года.

Мы вошли в роддом, облачились в халаты. Правда, нам с Олегом достались цветные, так сказать, с плеча рожениц. Прошли на третий этаж. В виде исключения нас допустили в саму операционную.

Володя ходил по ней со своим прибором, «выщупывая» зондом аномальные зоны. То же самое делал и Олег, но только с помощью биолокационной рамки. Иногда брал рамку в руку и Володя. Они хорошо владели этим искусством. Показания рамок и прибора совпадали, но показания прибора в целом были значительно выше среднего, как бы откалиброванного, уровня. Володя поставил штатив, укрепил на нём фотоаппарат. Да и Ж.В. была уже почти готова начать ритуал изгнания.

По общему мнению, это самое нечто «сидело» в одном из углов операционной, под самым потолком. Об этом свидетельствовали и показания зонда, и показания биолокационных рамок.

Вскоре Ж.В. начала действовать. Она как бы запирала «это» в операционной, переходя от двери, открывающейся из операционной в коридор, к двери в операционную и всё больше приближаясь к тому самому углу. В наиболее напряжённый момент ритуала «взбесился» прибор Володи: его показания в 70–80 раз превышали те, что были зафиксированы перед началом ритуальных действий!

Вскоре всё было кончено. Мы собрались в ординаторской и ответили на многочисленные вопросы врачей и персонала роддома. Всех волновало, не появится ли «это» вновь. Мы посоветовали понаблюдать, оставили на всякий случай свои телефоны, попрощались и покинули этот беспокойный во всех отношениях дом.

Через несколько дней мне стало известно, что Ж.В., несмотря на принятые ею предосторожности, всё же «занесла» что-то в свою квартиру. Странные проявления там длились не больше полутора суток. Она сама же прекратила их.

А из родильного дома нам больше не звонили.

В отличие от явно склонного к семейному уюту полтергейста феномены беспокойных домов предпочитают давать знать о себе в помещениях, используемых в производственных и вообще в общественных целях (хотя и тут и там бывают исключения). Например, весной 1990 года стала «беспокойной» больница города Хрутфонтейна в Намибии. Вот что сообщила об этом 18 марта 1990 года газета «Советская Россия»:

— Две сиделки утверждают, что, проходя ночью по территории больницы, заслышали позади себя шаги. Обернувшись, они остолбенели: за ними следовала… их коллега, погибшая в октябре в автокатастрофе. Мы в ужасе вбежали в помещение, в один голос говорят женщины, и оттуда из окна ещё трижды видели покойную. Более того, на следующий день одна из них обнаружила на шее небольшой ожог. По её словам, он появился как раз в том месте, к которому прикоснулось привидение. Масла в огонь подлил один из пациентов больницы, неожиданно впавший в истерику. Успокоившись, он сообщил, что якобы лицезрел привидение и при этом назвал имя погибшей в автокатастрофе женщины. Чудеса продолжались. Неведомая сила включила водопроводные краны и устроила в больнице небольшое наводнение.