Твин Пикс: Расследование убийства. Книга 1 - Джон Томпсон

Эд прикоснулся указательным пальцем к своей переносице, подавая условный знак Куперу, что перед ними человек, которого они ищут — Жак Рено.

Купер выждал минуту, посмотрел две карты, сданные Жаком, и обратился к крупье:

— Слушай, тебя зовут Жак? Жак Рено?

— Да, меня зовут Жак, а что, — сказал крупье, бросая Куперу третью карту.

— А дело в том, Жак Рено, что я опять выиграл. У меня, как видишь, двадцать одно.

И действительно, на зеленом сукне лежали туз, девятка и валет.

Жак Рено от неожиданности поморщился.

— Извините, господин, но у вас двадцать два, — сказал Жак Рено и сгреб карты.

Но в этот вечер не только специальный агент ФБР Дэйл Купер выбирал одежду, в которой ему появиться в казино. С таким же пристрастием думала о своем гардеробе Одри Хорн.

Она была девушкой сообразительной и вспомнила, какое платье выбрал для ее подружки управляющий магазином, мистер Беттис.

Девушка подошла к прилавку и взяла себе в универмаге своего отца черное платье с глубоким декольте и с полуоткрытой спиной. Она приложила его к своей фигуре и сразу же решила, что это именно то, в чем стоит появиться в заведении «Одноглазый валет».

Ни Эд, который проигрывал за зеленым столом, ни Купер, который опустошал кассу казино, не заметили, как туда вошла Одри Хорн.

Переговорив с девушками, которые обслуживали клиентов, она поднялась на второй этаж и вошла в шикарно обставленный кабинет управляющей казино, кучерявой брюнетке, назвавшейся Дэйлу и Эду Блэкки.

Интерьер кабинета, куда провела полуобнаженная девушка Одри, напоминал шелковую обивку очень шикарного гроба, так много в нем было всевозможных рюшек, сборок, складок, так много тканей свисало со стен.

За ореховым полированным столом сидела в своем черном платье миссис Блэкки, которую все в этом заведении называли Черной Розой. Она скептично взглянула на Одри. Та, вихляющей походкой, покачивая бедрами, мусмерть раскрашенная самой лучшей косметикой, которая только была в магазине мистера Хорна, смело направилась к столу.

Она сжимала в руках небольшой, сложенный вдвое листок бумаги.

Но ни один мускул на лице Блэкки не дрогнул. Она видела еще и не таких развязных девушек.

Одри остановилась, не дойдя до стола всего полшага, и, медленно подняв руку, подала Черной Розе сложенный листок бумаги.

— Что это?

— Мой послужной список, — сказала Одри и вскинула голову.

Пока Черная Роза разворачивала сложенную бумагу, Одри кокетливо передернула плечами, поправила челку, упавшую на глаза и стала ждать. Блэкки принялась читать бумагу.

— Надеюсь, ты не скромница, дорогая, — на мгновенье оторвалась от чтения Блэкки.

— Ну конечно, — сказала Одри и еще сильнее закрутила бедрами.

— Хэстер Прин, — прочитала Блэкки, — неплохое имя для девушки.

— Ну конечно же, — сказала Одри и улыбнулась как можно более развязно и ей это удалось.

— «Мэттл Хауз» в Ванкувере, — принялась читать список заведений Черная Роза, в которых, якобы, работала Одри. — «Роял» в Чикаго, Калгари — целых два года, — удивленно сказала Блэкки. — Послушай, дорогая, а где именно ты работала в Калгари?

— Ну, понимаете, за два года я поработала во многих местах, — задумалась Одри.

Она, чтобы как-то выиграть время, принялась устраиваться поудобнее в большом мягком кресле, стоящем у письменного стола.

— Назови хотя бы одно из этих мест.

Одри тут же придумала название:

— «Ранчо затерянных душ».

— А, ну конечно же, это знаменитое место, — сказала Черная Роза, — и как там поживает Эмми?

— Эмми? Отлично! — сказала Одри.

Ей этот разговор начинал не нравиться. Она понимала, что Черная Роза сможет ее словить на неточности. Но в то же время Одри радовалась, что пока она вполне благополучно выпутывается из этого сложного разговора.

— Так вот, девочка, — Блэкки скомкала лист бумаги и бросила его на середину стола, — Эмми — это кличка моей собаки. Ясно? И никакого «Ранчо затерянных душ» в Калгари не существует. Я-то эти места знаю отлично.

Одри испуганно взялась за спинку кресла. Но тут же подумала, что ничего страшного в том, что ее словили на вранье нет. В конце концов, она могла быть и начинающей проституткой, которая просто для вящей убедительности составила себе ложный послужной список. Она как смогла смело посмотрела прямо в глаза Черной Розе.

Та продолжала:

— Я как и ты, детка, когда-то училась в школе. Как и ты на уроках литературы я проходила роман «Алая буква».

— Не знаю, как в ваше время, но у нас роман «Алая буква» по программе не проходят. Его мы читали тайком, под столами.

— Ну конечно, я тоже читала этот роман. И оттуда, дорогая, ты и взяла название ранчо. И что ты, красавица, умеешь делать? — спросила Черная Роза.

Одри, не спеша, встала с кресла, вынула из стоявшего на столе Блэкки стакана соломинку, засунула ее себе в рот. Затем заложила руки за спину и, глядя прямо в глаза управляющей казино, завязала пластиковую соломинку на узел лишь одним языком.

Двумя пальцами Одри взяла завязанную на узел соломинку и покрутила перед самым лицом Блэкки.

— Ну что ж, неплохо, — не скрывая своего восхищения, сказала Черная Роза, выдвинула шуфлядку стола и достала бланк анкеты.

— Такие девушки нам подойдут. Мне неважно, где ты работала до этого, но явно в хороших местах, раз тебя там научили таким штукам. Подпиши, это — контракт. С этого дня ты работаешь в заведении «Одноглазый валет». Успеха!

— Спасибо вам, — сказала Одри, поставила неразборчивую подпись внизу контракта.

А в это время в одном из каминных залов гостиницы Хорна шло веселье.

Сам Бенжамин Хорн веселил гостей. Это были не обычные посетители-туристы, прибывшие полюбоваться живописными окрестностями Твин Пикса. Это была группа норвежцев, которые хотели вложить в туристический бизнес в Твин Пиксе свои капиталы.

И Бенжамин Хорн делал все от него возможное, чтобы угодить им. Сейчас норвежские бизнесмены с большими кружками пива в руках распевали одну из своих национальных песен.

Бенжамин, если бы ему не нужно было поддерживать хорошие отношения с этими людьми, давно бы состроил недовольную мину. Но сейчас он прямо-таки расплывался в блаженной лучезарной улыбке и дирижировал нестройным хором подвыпивших бизнесменов. Как и водится в таких компаниях, среди мужчин крутилось уже несколько молодых девушек, которые не знали ни слова по-норвежски, но старались попасть в мелодию и подхватить припев.

Брат Бена Хорна, худощавый Джерри, в спортивной кепочке с большим козырьком и в длиннополом плаще, сновал между гостями, подливая в их бокалы пиво.