Чужая тень - Ярослав Маратович Васильев

– Всё нормально, всё в порядке. Продолжайте.

Когда Софья села теперь совсем близко к сестре и взяла её ладонь в свою, вырывать руку или отодвигаться на другой край дивана Соня не стала.

– Подозрение у меня возникло уже тогда, когда я смотрел бумаги. Да, Софья оказалась права. Ошибка, и, похоже, ошибка непреднамеренная. Две девушки с идентичными именами и на родство с полными тёзками – вместо отчества во внутренних бумагах ставили инициал. Возраст тринадцать и девятнадцать, кто-то неразборчиво написал – тройку приняли за девятку, ну а вторую бумагу автоматом отдали другому заказчику.

– При этом пели и плясали, – нервно пошутила Софья. – Это Марина про того фальшивого папочку, который ко мне клеился, сказала. Он такие жалостливые истории про свою жизнь на уши вешал, что если бы ещё попутно пел и плясал, было бы индийское кино.

– Как оказалось, в жизни случаются вещи позаковыристее любого сценария, – развёл руками Медянский-старший. – Но в них никто не верит. Хозяин этого Константина охотился за одной вещью, которая, как он знал, обязана была храниться у моей дочери, Сони Медянской. Но никто даже не подозревал, что в городе есть ещё одна Соня Медянская, которая тоже моя дочь. Я немного сумбурно говорю, да? Да, пожалуй. Лучше я начну с начала. Началась эта история давно до твоего рождения, Соня. Больше двадцати лет назад. Но… Извини, Соня, я вынужден буду говорить очень плохие вещи про твою маму. Очень неприятные.

– Да говорите уж, – вяло махнула девушка. – Тем более она меня бросила и сбежала. Она всегда такая была. Ей хорошо и везёт – это главное, а я как приложение.

– Галю ты очень хорошо охарактеризовала, – поморщился Андрей Викторович. – Я неладное почуял, ещё когда имя увидел в твоих документах. Двадцать лет назад она числилась секретаршей при одном довольно богатом «новом русском», а на деле была у него элитной эскортницей для сопровождения клиентов. Был в те годы в городе один олигарх первой волны, Комолов. Я тогда был при нём, и хотя был он бизнесменом, а не главой ОПГ, принципы у него были схожие. Исполняешь его приказы – или вынесут вперёд ногами. Про ведьмаков ты уже знаешь, так вот был при нём личный ведьмак по прозвищу Князь. И получил я довольно странный тогда приказ, спать с Галей, попутно её вербуя передавать о клиентах хозяина информацию Комолову. Впрочем, почему странный? В тогдашнем бизнесе методы были те ещё, и вот так через постель завербовать шпионку – легко. Потом этого «нового русского» грохнули, он стал моему шефу неинтересен. Вскоре убили и Комолова, в общем, наши дороги с твоей матерью разошлись. Для меня это был эпизод бурных девяностых, что она забеременела – я и не подозревал, а Галина молчала.

– А мой п… Андрей Валерьевич? – осторожно спросила Соня. – Он ведь знал, что я ему не родная? Он потому и был тогда очень рассержен экспертизой.

– Вот тут и начинается вторая часть интриги, скрытая от всех. Оказывается, как быка-производителя тут использовали меня. Галина на самом деле спала со мной, поскольку ей очень хорошо заплатили за беременность и рождение дочери. Как и её будущему мужу, который, кстати, на самом деле Сусликов, а Медянским стал незадолго до свадьбы. Князь знал, что если у меня родится дочь, я обязательно хочу назвать её Софьей. Как меня уже просветили, он же устроил так, что у меня могла родиться только дочь. Соня должна была стать для него живым ключом… к хранилищу. Софья же – обманкой, прикрытием, – Медянский невольно сжал кулак. – Если кто будет искать ключ, первым делом ударит по Софье, она-то на виду. Но тут сначала Комолова убили, потом и Князя не стало. Наследство Князя – сохранилось. И нет, хранилище вчера нашли и открыли, нет там никаких тайных знаний как в кино. Просто много чего такого, за что можно присесть до конца жизни и за распространением чего очень следят. Хранилище, кстати, как раз уникально. Аристарх Данилович так и сказал – поселится там, пока не разберётся. Оно позволяло под носом Совета и Стражей хранить невидимыми очень нехорошие вещи, а никто и не подозревал. То есть мы про хранилище не знали, а наш враг, убивший Валерию и охотившийся за Софьей, наоборот был уверен – там лаборатория по изготовлению живых амулетов. Он точно знал и про существование ключа, и что ключ завязан на генотип моей дочери, а также на её имя. Есть там какой-то хитрый закон природы, не ведун и не очень понял объяснение. Не знал он одного – хранится материальный носитель ключа в доме или на теле Софьи. А Соню мы все просто потеряли. Никто не ожидал, что у моей жены возникнут проблемы со здоровьем, ей придётся лечиться, и в итоге вторая Соня у нас родится на шесть лет позже.

Софья, общавшаяся с Митей, многое у него выспросила про ведунов – это было нужно ей и чтобы понимать особенности своих превращений. Услышав про ключ, лихорадочно вспоминала всё, чего знала. И потому обратила внимание на нестыковку.

– Папа, стой. Митя говорил, что люди, которых в вещи превращают – как роботы становятся. Программа сработала, они больше не нужны – и отключаются. Ты сказал – Соня у нас ключ, но ведь неделю назад её осматривали и сказали, что всё в порядке. Ладно, Митя рассказывал, что амулетами хозяин и на расстоянии может пользоваться. Но если хранилище открыли посторонние или вообще распечатали – ключ на это реагировать должен, а с Соней всё хорошо. И как вы хранилище нашли, если неделю назад про него и не подозревали?

– Ух, сколько вопросов, – улыбнулся Андрей Викторович. – Начну с самого главного. Алчность – это самое плохое качество в человеке, не зря считается смертным грехом. Галина же была очень жадной. Она получила столько денег, что хватило на двадцать лет, правда по условиям она их получала не сразу – но ей