Архи-Vr. Том 02 - Анна Владимировна Завадская

— Чем ближе, тем меньше. Я бы тебе советовал опуститься в кратер и осмотреть развалины. Я присмотрелся тут, по спутниковым снимкам… По очертаниям очень похоже на одну из подводных лабораторий какого-нибудь НИИ. Я в подобной работал, кстати.

Это… Как-то слишком… Работал в подобной? Подводных лабораторий ещё не существовало! Даже если это был сверхсекретный проект, о котором никто нигде не проговорился, то в этом районе в последнее время никакой движухи не было. Уж Слэш-бы точно знал, если бы кто-то угробил здесь какую-то научную лабораторию. О чём они говорят⁈ Стоит внимательно записать и потом проанализировать.

— Так. А что её тогда могло уничтожить? — насторожился Лёха.

— Ставлю на метеорит, — пожал плечами Тех. — Воронка характерная. Хотя… Нет, надо твоим Добытчиком сканировать, чтобы понять. Есть некоторые характерные признаки, что это было. Но вот так, по картинке со спутника, не поймёшь.

— Ладно, значит, спуститься и исследовать, так? — загорелся идеей Лёха.

— Именно, — сказал Тех. — Но если это был метеорит во время Катастрофы — то это не то, что мы ищем. Разрушенную станцию не станут охранять такой базой.

Метеорит во время Катастрофы⁈ То есть они предполагают, что здесь была исследовательская лаборатория Архов! Но как тогда Тех мог на подобной работать⁈ Только если… Да быть того не может! Стоп. Следующий вопрос. Если подводная лаборатория Архов — это не то, то что именно они ищут⁈

— Всё, я пошёл. Татьяна Николаевна, вы не хотите совершить прогулку по дну северного моря? — спросил Лёха у оператора малой боевой машины.

— Не хочу, — тяжело вздохнула она. — Но придётся. Побежала я к своей машинке.

И тут же внимание лидера группы переключилось на вторую девушку в группе.

— Лана, а ты как, хочешь осмотреть развалины научной станции?

— Лёха, мы в реале. Можешь называть меня Милой, если тяжело по полному имени. И да, я хочу посмотреть.

Так. То есть их имена, которые значатся в группе, это всего лишь ники в какой-то игре? Странная игра, странная группа, странные навыки и возможности. Любопытство, проснувшееся в Слэше, заставило страх отступить и он, неожиданно даже для себя, сказал:

— Я с вами.

— Ну а я тут один не останусь, — фыркнул Митька.

— Команда камикадзе, — недовольно буркнул Петя-Лид в наушнике. — Подобрал же себе напарничков.

— Себя в молодости вспомни, Камень, — с неожиданной теплотой сказала Ингрид. — Да и я не лучше была. Ладно, спуск разрешаю. Но быстрый и осторожный.

* * *

Как оказалось, места в батискафе после установки там модифицированного передатчика и энергоблока, осталось лишь на двоих. И этими двумя стали Слэш и Митька. Первый — потому что узел охраняет, а второй — потому что охраняет первого. Да и вообще, самый миниатюрный из нас. Милана не в счёт, у неё внешнего обвеса много. Одно ружьё чего стоит. А уж рюкзак, так вообще. И ведь большая часть веса — именно препараты и меднаниты. Меньшая — устройства Исследователя, не уместившиеся на перчатку и пояс.

Не поместившиеся внутри решили плыть сверху. То есть прицепиться к обшивке батискафа и на ней спуститься на дно морское. Таня единственная намеревалась идти своим ходом с самого начала. Всё же боевая машина, даже малая, изначально универсальное средство передвижения без всяких оговорок, а доспех, каким бы он ни был, прежде всего всё же средство защиты, а не перемещения. Так что она стартовала первой, а за ней начали спуск и остальные. На батискафе.

Что я могу сказать… Да ничего хорошего. Песчаное дно, невзрачные водоросли, редкие косяки рыб и ни одного крупного представителя фауны. Ни китов, ни касаток, ни-ко-го. Здесь слишком холодно. Слишком мало света. Здесь даже люди не живут, что уж говорить о более требовательных к ресурсам видах? Но вот в толще воды, которую пронзали косые лучи солнца, была своя прелесть. И эта самая пустынность окружающего пейзажа — она лишь добавляла нереальности происходящему. Столько простора и отсутствия людей я не видел никогда. Даже на берегу моря, всегда есть кто-то. Корабли на рейде, отдыхающие на пляже, летящие в вышине аэрокары. А здесь… Полное ощущение одиночества и покоя. Так хорошо… Так…

— Здесь оставлены следящие устройства, — сухо сказал Слэш, возвращая меня в беспощадную реальность.

— Плохо, но ожидаемо, — сказал на это Петя. — Всем приготовится к появлению гостей. Слэш, гаси их. Быстро и аккуратно.

— Я могу их взломать, — предложил вдруг Слэш. — И если на них пассивное слежение, то никто ничего и не заметит.

— Нет, просто гаси, — сказал я. — Не будем просить удачи там, где она не нужна. Полковник Райконнен, какие у нас права в этих водах?

И тишина в ответ. То ли думает, то ли узнаёт. Ну, связь с Лидом не прерывалась, так что вряд ли она не услышала вопрос. Петя же при ней шлем не активировал.

— Данная территория принадлежит правительству. Так что можете действовать спокойно, как вам заблагорассудится. Только первыми не атакуйте.

Я улыбнулся. Хорошо быть под крылом у СЧС. Хорошо, что мой кланлид оказался не последним человеком там. И очень хорошо, что он смог договориться с таким же не простым человеком из этого сектора. Боюсь даже представить, что было бы, если бы не Петя со своими ребятами. Наверное, уже давно был бы в застенках ордена. Хотя… С технологиями Архов я бы мог устроить и их геноцид в стиле Рона Краста. Но этот вариант мне не нравится. Лучше уж так.

— Погасил, — слегка разочарованно сказал наш хакер.

— Тогда всем вниз. Постараемся закончить побыстрее.

Опустившись на дно, я прижал перчатку к грунту в центре кратера и запустил сканирование Добытчика.

— Ну-ка, дай мне доступ к результатам, — сказал Тех, появляясь рядом со мной. — Ну да, так и есть. Это была подводная исследовательская лаборатория на одного учёного. Вот только это не метеоритный кратер. Это кратер от плазменной ракеты. И, как мне подсказывает Спец, ракета была класса «космос-земля». Или что-то вроде этого. А, самое интересное. Судя по отложениям внутри самого кратера, произошло всё это тысяч семь назад максимум. Минимум — пять.

Моя паранойя заставила меня тут же посмотреть на небо. И плевать, что над нами было чуть больше, чем полкилометра непрозрачной воды. Катастрофа произошла десять тысяч