Коронованный на кресте - Николай Ходаковский

Легенда об Иуде (Быт. 38). Это довольно неприличная история о том, как сноха патриарха Иуды Фамарь притворилась проституткой, завлекла Иуду и родила от него двух близнецов. Оказывается, рождение близнецов астрально интерпретируется как солнечное затмение (т. 2, с. 398–401, 581–586).

Интересно, что от этих близнецов ведут свое происхождение современные евреи-иудаисты; в частности, и генеалогия Иисуса Христа производится от легкомысленного приключения Иуды с вдовой собственных детей. Несмотря на все, библейский ловелас оценивается в Библии необычайно высоко и сравнивается с «молодым львом» (см. Быт. 2:9). Примечательно, что имя евангельского Иуды Искариота тоже значит «Муж как Лев» (АЙШ-К-АРИЕ). Два евангельских Иуды — Иуда, брат Иисуса, и Иуда-предатель — являются раздвоением одной и той же личности. Теперь к ним прибавляется и Иуда Иаковлев.

«Но как же этот самый «Иуда-предатель»… мог попасть, хотя бы и символически, в родоначальники самого евангельского Христа, и притом таким недостойным даже и с точки зрения древнего человека способом: обещанием за это козленка вдове собственного сына — онаниста, которую он принял за проститутку?

Здесь мы видим результат древних разноречий о происхождении христианского бога, отголосок того, что мы находим и в Талмуде, где мать Иисуса тоже выставляется продажной женщиной» (т. 2, с. 585).

Гибель Содома и Гоморры (Быт. 19). Все описание гибели этих городов говорит о том, что это гибель от вулканического извержения. Это подтверждает даже такой штрих, как превращение жены Лота в соляной столб. Спасли Лота два вестника-ангела, которые легко интерпретируются как кометы. Возникает вопрос, было ли когда-нибудь совпадение трех событий: извержения Везувия и появления двух комет? Такого рода совпадение настолько исключительно, что наличие его однозначно покажет время гибели Содома и Гоморры.

Спасение Измаила (Быт. 21). По наущению своей жены Сарры (в переводе «Царицы») Авраам (в переводе «Отец Рима») выгнал свою наложницу Агарь (по-еврейски ХРГ) с сыном Исмаилом. Исмаил считается прародителем мусульман, в связи с чем особое значение приобретает имя его матери, являющееся фонетическим вариантом слова «хиджра», означающего бегство Магомета, якобы произошедшее в 622 году н. э. Эта дата считается начальной эрой мусульманского календаря и вообще началом ислама.

Агарь заблудилась в пустыне Вирсавия и вместе с сыном чуть не погибла от жажды, но в последнюю минуту Бог (АЛЕ-ИМ) сотворил чудо и создал колодец, из которого Агарь напилась сама и напоила сына.

Н. А. Морозов замечает, что топоним Вирсавия, по-еврейски БАР-ШБЕ, означает «Колодец Семи», и толкует весь эпизод астрально. По его мнению, Агарь — основательница ислама — заблудилась в небе около Урны Водолея, где как раз собрались все семь планет. По вычислениям Н. А. Морозова, такого рода событие осуществилось без натяжек только 1 февраля 610 года, за 12 лет до хиджры, когда Магомету (согласно легенде о его жизни) было 40 лет и он уже начал свою проповедь. Это в точности накладывает Исмаила на Магомета и позволяет трактовать Агарь не только чисто аллегорически, а указывает для нее реального (в рамках легенды) прототипа — первую жену Магомета Хадиджу, которая была старше его на 30 лет.

В той же гл. 21 о колодце семи говорится еще раз в связи с неким договором, заключенным «Отцом Рима».

Это, по-видимому, следует понимать как сообщение о каком-то соглашении, заключенном в 610 году римскими христианами с какой-то другой сектой. Интересно выяснить, нет ли информации об этом договоре в других источниках (т. 2, с. 498–506).

Впрочем, всему эпизоду с колодцем можно дать и другое толкование, считая, что внезапное появление колодца в пустыне обязано падению метеорита, выбившему в почве яму, наполнившуюся водой. Это подкрепляется тем, что, по Библии, перед появлением колодца Бог говорил с Агарью (грохотом падающего метеорита?). Возможно, что именно этот метеорит, положивший, таким образом, начало мусульманской религии, и хранится до сих пор в Каабе (т. 2, с. 506–518).

Жертвоприношение Исаака (Быт. 21, 22). От «Царицы» у «Отца Рима» был сын Исаак (по-еврейски ИЦ-ХК): по Библии это имя переводят как «Она засмеялась» — от ЦХК — хохотать, но это, конечно, пример наивной, так называемой народной этимологии, хотя и освященной авторитетом Библии. Н. А. Морозов считает, что оно означает «Распространитель Письмен», от ИЦА-ХК, что, во всяком случае, больше подходит для сына «Отца Рима» и «Царицы», то есть, в средневековой символике, Господствующей Церкви. Бог (АЛЕИМ) приказал «Отцу Рима» принести Исаака в жертву. Дальнейшие события несут на себе яркий отпечаток астральной символики: «Отец Рима» (Солнце) встал утром, оседлал осла (снова звезда из Рака), взял с собой двух отроков (в созвездии Близнецов) и пошел в указанное Богом место (созвездие Жертвенника). Он взял в руку нож (комету) и огонь (зарю) и пришел с сыном (символизированным Луной). Он связал сына (созвездием Змеедержца) и поднял нож, но вестник Громовержца его остановил. «Отец Рима» поднял глаза и увидел (созвездие) Овна, которого и принес в жертву (Овен ушел за горизонт). Вся эта небесная обстановка (вместе с кометой) в точности осуществилась в 607 году (что, кстати сказать, сходится с предыдущей, «колодезной» датировкой, относящейся, по Библии, к тому же времени). Таким образом, весь этот эпизод есть отражение волнения, которое принесла замечательно яркая комета 607 года. По-видимому, «Исаак» является персонификацией Византийской империи (законного отпрыска Рима и Церкви), а комета была расценена как приказание уже вознесшемуся на небо «Отцу Рима» принести ее в жертву. В последнюю минуту приказание это было отменено, и посланник Бога-Громовержца удержал уже занесенный меч. Стоит отметить, что это действительно было очень тяжелое для империи время, когда у власти стоял узурпатор Фока (т. 2, с. 525–528).

Женитьба Исаака (Быт. 25). Длительная и путаная история женитьбы Исаака на Ревекке (по Крудену, «Утешительнице спора» — от РИВ — пререкаться и КЕЕ — слабость) делается прозрачно ясной при аллегорически-астральном толковании. Время соответствующих небесных событий (кольцеобразного затмения Солнца перед Девой) устанавливается однозначно — 1 сентября 536 года (т. 2, с. 525–533).

Легенда о первородстве (Быт. 25: 20–34). От Исаака у Ревекки родилось два сына — первый, Исав (ЭСУ, то есть ессей-христианин), и второй, Иаков (ИЕ-ЭКБ — Богоискатель).

Когда Исав и Иаков выросли, старший, Исав, продал свое первородство младшему, Иакову, за тарелку чечевичной похлебки. Н. А. Морозов находит в легенде о чечевичной похлебке астральные мотивы и связывает ее с солнечным затмением 24 ноября 550 года (т. 2, с. 533–537).

Легенда о родительском благословении (Быт. 27). Перед смертью Исаак хотел благословить Исава, но Иаков перехватил отцовское благословение (снова яковитская направленность). Н. А. Морозов связывает эту легенду с солнечным затмением (символизирующем перехват Месяцем первенства у Солнца) и предлагает затмение 2 мая 394 года (т. 2, с. 550–556).

Легенда о лестнице (Быт. 28: 10–19). Эта легенда, всегда обращавшая на себя особенное внимание истолкователей библейских книг, рассказывает, как во сне Иаков увидел лестницу, ведущую на небо. Н. А. Морозов дает краткий обзор многочисленных толкований этой легенды и приходит к выводу, что поводом для ее создания явилось открытие эклиптики с ее 12 ступеньками — знаками Зодиака. Это важнейшее открытие и запечатлелось в истории человеческой мысли в рассказе о сне Иакова Богоборца — человека, стремившегося отнять тайну мироздания у богов. Рассказ этот вписан в Библии едва ли ранее VII века, но само астрономическое открытие заведомо сделано не позднее начала IV века (т. 2, с. 556–565).

Легенда о борьбе с Богом (Быт. 32: 24–32). Эта легенда рассказывает, как Иаков боролся с Богом и, несмотря на то, что Бог повредил Иакову бедро и сделал его хромым, Иаков победил Его, испросил благословение и получил новое имя: Богоборец (Израиль). Таким образом, эта легенда имеет своей целью дать объяснение имени Богоборец. Следовательно, первоначальный смысл имени уже потерялся, и, значит, эта легенда является довольно поздней.

Н. А. Морозов обращает внимание, что имя Клавдий означает «Хромой», а имя Птоломей — «Состязавшийся с Богом». Поскольку предыдущая легенда о лестнице явно характеризует Иакова Богоборца как выдающегося астронома, то, таким образом, в легендах об Иакове Богоборце виден источник легенды о Клавдии Птоломее.

Н. А. Морозов считает, что в рассматриваемой легенде, кроме воспоминаний о каком-то выдающемся астрологе (быть может, опять о самом Великом Царе), имеется и астральная подоплека лунных затмений 3–4 мая 505 года и 5–6 мая 570 года (т. 2, с. 570–572).

Возвращение Исаака (Быт. 33). После многолетнего отсутствия Исаак вернулся к Исаву и был по-братски принят. В этом примирении братьев явно отражено какое-то временное примирение между ессеями и яковитами. Астрально ему отвечает кольцеобразное затмение 8 января 596 года (т. 2, с. 572–573).