Положительная нота - Ольга Дервиш

- Ну конечно! Все такие жалостливые, аж тошно!

- Тошно, так я тебя не держу!

Илья оцепенел. Понимал, что перегибает палку. Где-то на задворках сознания бил тревожный молоточек, предупреждая, что пора остановиться. Но это ее пренебрежение… он не мог с этим смириться…

Он направил на нее указательный палец и надменно произнес:

- Подумай еще раз, что ты сейчас сказала. И возьми слова обратно.

- Не собираюсь, - прищурилась Лесина.

Илья кивнул и, быстро схватив одежду, вылетел из спальни и, затем, из дома.

Ксения вздрогнула от хлопнувшей двери, сжала дрожащие губы, опустилась на ковер…

Почему так? У них всё было хорошо, нежно, мило… Она начала уже привыкать к такому новому Илье, который заглядывал в глаза и предугадывал ее потребности. И вдруг вспыхнул, словно спичка, на ровном месте. Ну, что она такого сделала? Что не так сказала? Откуда в нем эта нетерпимость, ревность, даже к подругам и к работе. Уж к работе-то! Несерьезно…

Нет, всё. Решено. Сегодня она увидится со Светкой, а завтра выставляет дом на продажу. Или даже до завтра можно не ждать… Зачем? Она все равно собиралась это сделать, только не могла решиться, расслабилась, разомлела в этом розовом облаке романтики и заботы. Но после такого «волшебного пенделя» сам Бог велел принимать меры!

Только вот, кому она сделает хуже…

Смахнув непрошенные слезы, которые только еще больше злили, она погладила животик, пообещав малышке, что всё будет хорошо, поднялась и пошла в душ. Чтобы скрыть эту соленую тоску от самой себя за потоком пресных капель.

На работе Светка почти задушила ее в объятиях. Ксю вымученно, но искренне улыбнулась подруге, шмыгнув носом: всю дорогу до работы так и не смогла успокоиться.

- Наконец-то, родная! – Калугина заглянула в глаза и нахмурилась. – Что случилось?

- Ничего, - отвернулась Ксюша, - всё нормально. Как всегда.

- Ничего не нормально. Я же вижу! Ты кого хочешь обмануть? Рассказывай давай!

Ксю не выдержала и разрыдалась. Позволив усадить себя на тахту для посетителей около окна, она уткнулась Светке в плечо и судорожно всхлипывала. Плач грозил перерасти в истерику.

- Ну, ну, всё… хватит, Ксень. Хватит. Перестань. Что бы ни случилось, пошло оно всё! Но я думаю, - приговаривала она, гладя по светлым кудрям, - всё можно исправить, так? Кто тебя обидел, скажи, и я… веником по сраке!

Лесина фыркнула, не поднимая головы от мягкой кофточки, куда впитывались все ее соленые проблемы.

- Поможешь мне с домом? – спросила между вздохами.

- Помогу. А что с ним? – тут же согласилась Света. Она, наверное, сейчас с чем угодно согласилась бы!

- Продать. Хочу.

- Раз хочешь, значит продадим…Все-таки решила? Я, честно говоря, думала, ты не соберешься.

- Надоело всё! – Ксю подняла взгляд заплаканных глаз, размазывая остатки слез по щекам.

- Ну… если ты честно считаешь, что тебе после этого станет легче, давай. Я ж не отговариваю. Просто хочу убедиться, что ты понимаешь, что делаешь.

- Не понимаю, - помотала головой Лесина, - но и так тоже больше не хочу.

- Так, а что случилось то? Утром же всё вроде нормально было. А час спустя ты сопли на кулак наматываешь тут у меня! Что могло произойти за час? Кто-то умер?

Ксюша посмотрела на подругу с упреком.

- Ой, ну, прости. Не подумала, - постучала себя пальцами по губам. – Прости!

- Хочу уехать подальше от Речинских, - озвучила причину.

- Ммм, - понимающе, - ну, и? Подальше, это насколько? В другой город? Страну?

- Нет, всего лишь на другую улицу. Их слишком много, и они постоянно рядом. Я устала.

- Так, подруга, давай подробности. Я, похоже, много пропустила!

- Ты отдыхала, - возразила Ксю, - я не хотела тебя тревожить.

Калугина притворно надулась:

- Мы подруги или где? Я ж за тебя переживаю!

- Ну, вот, а так отдыхала и не переживала особо.

- Я всегда переживаю! Рассказывай!

И Ксения поведала всё, что произошло, начиная неожиданным Новым Годом, сеансом УЗИ, знакомством с мамой-бывшей-женой Речинских, романтическими нежданчиками, ужином и подписанными документами, и заканчивая утренней ссорой, когда Ксю даже не поняла до конца, что произошло. Светка хмуро слушала, почти не перебивая и не комментируя.

Потом долго мочала. И всё, что смогла сказать, было:

- Мда. Пойду сделаю кофе.

А вернувшись, молча включила свой компьютер, стуча ручкой по столу в ожидании конца загрузки, что-то пощелкала «мышкой», пробежалась пальцами по клавиатуре, хмыкнула пару раз и спросила:

- За сколько продаем?

Лесина встрепенулась:

- Что, уже?

- А чего тянуть? Надо только сфоткать пару раз его, чтоб быстрее ушел. Я тут посмотрела, цены разные, но, думаю, дешевить не стоит. Поселок у вас достроен, коммуникации все есть, от города совсем недалеко, транспорт ходит, дом новый почти… Продаем? – и хитро так посмотрела, словно спрашивая, уверена, что «такая корова не нужна самому»?

- Да… Да, продаем! – решительно.

- Жму! – И Светка демонстративно громко щелкнула «мышкой».

- А… а куда я поеду жить?

- За те деньги, что ты получишь с дома, у тебя не возникнет проблем с покупкой, я думаю. Как только начнут интересоваться, можешь начать искать. Но можем что-нибудь уже сейчас посмотреть…

Лесина как-то сникла, ощущая давление затеянного дела. Неожиданно оказалось всё это, хоть и казалось простым и решенным. Уехать из собственного дома, который строил Димка, в котором родилась и всю свою короткую жизнь жила Ева…

Из глаз снова покатились слезы.

Илья вернулся домой еще до того, как все встали, и заперся у себя в комнате. У них опять всё испортилось и это мешало думать о чем-то еще. А стоило бы готовиться к завтрашнему экзамену. Такими темпами эту сессию можно будет считать самой провальной, хорошо хоть без долгов… пока. Впереди еще два экзамена, не самых сложных, но стоило бы кое-что повторить. А когда? Последнее время он с головой ушел в личную жизнь: завоевание Ксю, борьбу с отцом, мама еще… Если она узнает, что они снова поругались… Но в конце концов! Он ее сын, а она, почему-то, всегда на ее стороне! Где справедливость? И отец, если узнает он… будет еще хуже! Все против него! Даже родные родители! Будто бы он вселенское зло! Но как же надоело! Почему это так сложно, понять его? Он для нее всё, а она отмахивается, будто он пустое место! Обидно. Пусть подумает теперь! Он первым не пойдет! Хватит! Может, сходить развеяться вечерком? Завтра-послезавтра работа, а сегодня – он свободен, как птица! Наверное, надо позвонить Макару, и если он не занят…