Русские разборки - Джеки Коллинз

Соня лежала рядом с ним и внутренне содрогалась: что, если это он убил Марину?

Потом она решила, что это не мог быть он: Алекс не стал бы резать ножом, он просто задушил бы ее своим огромным членом.

Переварив услышанное, Соня пришла к выводу, что тут пахнет деньгами. Большими деньгами. Убита Марина Даймонд, женщина со связями в обществе, и далеко не последним являлось то обстоятельство, что она когда-то была женой строительного магната Максвелла Даймонда, сына того самого миллиардера Реда Даймонда, которого они с Надей ублажали не далее как в прошлые выходные.

В то же время, если верить Игорю, Владимиру, а теперь еще и Алексу Пинчуку, Марина Даймонд была раньше Полиной Кочетовой — московской проституткой и женой Владимира, с которым так и не оформила развод. Теперь к этому коктейлю добавился еще и Алекс — хотя Соня понимала, что его имя лучше не упоминать.

Соня была достаточно умна, чтобы учуять безграничные возможности для обогащения. Убийство Марины Даймонд и так уже не сходит с газетных полос. Что же будет, когда станет известна истинная подоплека дела?

Это был взрывоопасный материал, а сидит на этой бомбе она, Соня Сивариус. Но это продлится недолго: если она не решится действовать, кто-то — Владимир, Игорь или Алекс — эту бомбу взорвет.

Приехав домой, она взвесила все варианты. Продать материал в какую-нибудь бульварную газету. Или пощупать Макса Даймонда, готов ли он раскошелиться, чтобы скандал не просочился в прессу и не обрушил его карьеру. Макса она помнила по холостяцкой пирушке. Он был не таким доступным, как его брат Крис или ненасытный папаша, сквернослов и пожиратель виагры.

Сколько, интересно, готов ей отвалить Макс Даймонд за молчание? Достаточно, чтобы она могла бросить работу, забрать деньги и уехать куда подальше, где ее не найдут никакие Алексы, Владимиры и Игори? Потому что рано или поздно до них тоже дойдет, что на этой истории можно сделать бабки. Но будет уже поздно, она их опередит.

Все упирается в быстроту действий. Надо поторапливаться, не то она останется ни с чем. А то Владимир объявит себя законным наследником Марины и заграбастает все. Или Алекс поймет, что сидит на жареных фактах о своих грязных отношениях со светской львицей. Пока Игорь, по своему обыкновению, все не испортит.

К середине среды Соня приняла решение. Она пойдет к Реду Даймонду, расскажет ему все, что знает, и назначит цену. Ред наверняка встанет на защиту доброго имени семьи, собственной репутации и своей маленькой внучки, чья фотография уже красуется во всех газетах. У нее есть преимущество, и заключается оно в том, что она знает номер его мобильного телефона — когда они с Надей торчали у него в выходные, она его записала.

А если старик откажется платить — тем хуже для него, она пойдет к газетчикам.

Это не проблема. За такой скандальный материал любая газета отвалит кучу денег.

— Привет, — сказал Крис в микрофон мобильника. — Верди, ты меня извили, но я не смогу сегодня лететь, так что отправляйся без меня. — Его машина уже развернулась и мчалась обратно в город.»

— Дерьмо! — рассердилась Верди. — Ты не представляешь, насколько мне с тобой спокойнее, Крис. Ты мой самый верный друг, хоть и старенький.

Старенький? Это в его-то тридцать два? С каких, интересно, пор тридцатидвухлетних стали причислять к старикам?

— Верди, неожиданные дела, — объяснил он. — Увидимся в Вегасе. Да, бумаги вам с Роки на подпись пришлют. Убедись, что он их подписал, иначе никакой свадьбы не будет.

— Ты многое теряешь, Крис, — проворковала Верди. — Со мной летят две классные девчонки, причем одна просто тащится от…

— От старичков? — рассмеялся Крис.

— Нет, глупый! От адвокатов!

Этого ему только не хватало — связаться с какой-нибудь из ее чокнутых малолетних подружек.

— Что ж, придется ей до Вегаса подождать, — сказал он, гадая, что еще удумал его деспотический папаша.

— Так и передам, — пообещала Верди. — Но она будет о-о-очень разочарована.

— Уверен, она переживет.

Как его ни тянуло в Лос-Анджелес, а сила, зовущая на Манхэттен на встречу с ненавистным отцом, брала верх. «Особенно если хочешь узнать правду о смерти своей матери», — сказал Ред.

Да. Он жаждал услышать правду. Информация о гибели его матери в авиакатастрофе была довольно скудной — точно так же, как и о кончине матери Макса от сердечной недостаточности в расцвете лет.

Неужели обе смерти тем или иным образом инспирировал Ред?

Ну, нет. На такое злодейство даже Ред Даймонд не способен.

Или способен?

— Вы хотели меня видеть? — Дайан мялась в дверях комнаты леди Джейн.

— Да. — Леди Джейн царственным жестом пригласила ее войти.

Дайан шагнула внутрь. Она слышала скандал между леди Бэнтли и Редом Даймондом. Слышала, как он осыпал ее проклятиями и велел выметаться. Вся прислуга тут же перекрестилась: может, удастся наконец вздохнуть без этой леди Бэнтли и ее бесконечных претензий.

Однако прошло уже несколько дней, а та по-прежнему жила в доме, как и раньше, прочно обосновавшись в своей изысканно обставленной спальне. Она и не думала паковать вещи.

— Чем могу служить, леди Бэнтли? — спросила Дайан, решив сохранять спокойствие, что бы ни сказала строптивая хозяйка.

Леди Бэнтли смерила ее внимательным взглядом.

— Сколько вам лет? — спросила она.

— Простите?

— Сколько вам лет? — повысила голос леди Бэнтли. — Вы что, не расслышали вопроса?

Дайан захотелось огрызнуться, что это никого не касается, и покинуть комнату. В конце концов, что она ей сделает? Уволить ее она не может: она работает на мистера Даймонда, а тот ее никуда не отпустит.

Но что-то ее удержало, и она ответила:

— Тридцать восемь. — Ей страшно хотелось добавить что-то вроде: «Да уж помоложе вашего», — но она сдержалась.

— Тридцать восемь, — повторила леди Бэнтли. — А как давно вы тут работаете?

— Почти десять лет.

— Значит, вы были совсем молодой женщиной, когда решили бросить музыкальную карьеру — какой бы она ни была — и пойти работать к мистеру Даймонду — точнее, к Реду, как вы его наверняка называли, когда еще спали с ним.

Дайан охватила паника. О ее отношениях с Редом Даймондом — а они начались задолго до того, как она стала его экономкой, — никто не знал. Они касались только их двоих, и у обоих были причины помалкивать.

— Прошу прощения? — спросила Дайан, стараясь сохранять хладнокровие.

— Ну, еще бы, — усмехнулась леди Джейн, злорадно сверкнув глазами. — Еще бы вам не просить у меня прощения! Я-то все думала, Ред шляется на стороне, а теперь выходит, у него и дома имелась шлюха, только черномазая. Зато как удобно — все под рукой, в любой момент…