Жизнь - только держись! (Шаг второй) - Happalo

одновременно не хохотать в голос. Что у девчонки никак не получалось сделать, и она покраснела аж до самых кончиков ушей. Лалиса некоторое время молча продолжила смотреть на ВиЧана, а затем, уронив опустевшую тару на пол, заржала так, что в какой-то момент потеряла равновесие и, всплеснув руками, брякнулась за диван. Народ только и успел заметить, как её кроссовки мелькнули в воздухе.

- Бам! – Звук падения тела был довольно громким.

- Ой! – Долетело до присутствующих из-за дивана, когда многие уже рефлекторно повскакивали со своих мест, чтобы прийти на помощь пострадавшей, но их остановил возобновившийся и кажется даже усилившийся хохот. Да, такой заливистый.

- Лали-кха-са! – Попыталась что-то вякнуть ЧэЁн, но так и не смогла. У неё даже подняться с дивана не получилось, так её скрутил смех на пару с кашлем.

- Ай! – Взвизгнула СонМи и, подскочив, заглянула за спинку, где продолжила ржать её младшая сестра, держась при этом за живот.

Девочка кое-как смогла выдавить из себя одно слово:

- В порядке, - и согнулась ещё больше от непрекращающегося хохота, очевидно накрывшего её с головой.

У ВиЧана вытянулось лицо от того, что он никак не мог понять, что не так. К нему всё же наклонился ДжэДжун и разъяснил товарищу на ухо, всю глубину его падения. Парень моргнул, пытаясь осмыслить сказанное другом, затем моргнул ещё раз и наконец до него дошло, что только что было сказано им вслух, да ещё и при девчонках, которые очевидно всё поняли.

- Ааа! – Простонал ВиЧан и, откинувшись назад, буквально лёг на пол. Он замотал головой, прикрыв лицо руками, и сквозь пальцы произнёс. – Я не это хотел сказать. Я хотел сказать saxophonistus.

ДжэДжун скривился, а начавший было утихать смех возродился от нового взрыва хохота. Сейчас, поняв, что произошло, ржали уже все.

- Saxophonist, ВиЧан. Ты хотел сказать saxophonist, - всё же поправил своего друга лидер.

Неоспоримый лингвист от бога - ВиЧан в этот момент сравнялся цветом лица с откашлявшейся, но всё ещё продолжающей смеяться ЧэЁн.

Вечер удался на славу! Говорить о продолжении работы над треком смысла не было. Никто просто не смог бы ничего делать. Отчасти из-за того, что как только взгляды почти всех находящихся в студии натыкались на ВиЧана, тут же начинался смех. Бедный парень не знал, что ему делать и куда деваться. Было принято решение что на сегодня хватит и все начали расходиться по домам. Первыми ушли ХоВон с сестрой. Потом ребята посадили в вызванное такси Лалису с сестрой и подругой. Пока оставшиеся парни прощались с теми, кому в другую сторону, ВиЧан провожал взглядом только что отъехавшую машину с тремя пассажирами.

- Не расстраивайся, - обхватив за шею друга, сказал ДжэДжун. – С кем не бывает?

- Я хочу умереть, - вдруг сказал парень, и тут же получил подзатыльник от старшего товарища.

- С ума сошёл, такое говорить?! – Возмутился ДжэДжун.

- Да, хён, я это так… не всерьёз, - пробормотал ВиЧан, почесав место куда пришёлся удар.

- Даже не всерьёз… Никогда так не говори!

- Это был такой позор, - мотнув головой, продолжил тем временем ВиЧан. – Мне ещё никогда не было так стыдно.

- Муа-ха-ха! – Гоготнул, подошедший ДжинСу и мгновенно заткнулся, натолкнувшись на взгляд лидера группы, а потом уже спокойно произнёс, обращаясь к ВиЧану. – Ну, в жизни всякое случается… Просто забудь об этом!

Глава 31

Место действия: Сеул. Международный аэропорт Инчхон

Время действия: двадцать седьмое сентября 2009 года. Восемь часов утра

За прошедшие дни как-то резко упала температура на улице и мне пришлось сегодня залезть в более плотные джинсы, а сверху нацепить подарок сестры – куртку с блёстками, потому что другого просто ничего не было. Надо бы кстати озаботиться… Зима уже близко!

(Примерный образ Лалисы.)

- «Какая гадость», - подумал я тогда, когда СонМи вручила мне этот подарок. Однако, ничего. Вот сейчас гарцую в ней и даже норм. Выглядит она довольно тонкой, но тепло держит хорошо.

Нет, температура на улице не ушла в минус, до минуса ещё далеко. Тут дело в другом. После двадцати пяти градусов быстрый переход к четырнадцати – это сильно! Впрочем, неважно! Мой единственный выходной в неделю был безжалостно испорчен. Виновником, хоть и косвенным, является наш с сестрой дед, который сегодня прилетает в Сеул. Разумеется, мы всем, здесь надо подчеркнуть, семейством отправились его встречать. Ну как же? Это же самый старший член семьи! Гадство! Не дали нормально выспаться, подняв ни свет не заря.

Стоим с СонМи, прихлёбывая кофе из стаканчиков, у одного из больших табло с расписанием международных рейсов. Самолёт, на котором летит Ким СуХён, должен прибыть через двадцать минут. Пробежавшись глазами вниз по списку рейсов, выругался про себя:

- «Вашу мамА, дедуля! Ну, что вам стоили сесть на рейс, который прибывает в десять пятьдесят? Издевательство какое-то!» - Глянув ещё ниже, проворчал уже вслух. – Садисты!

- Угу, - грустно кивнув, подтвердила мои слова СонМи. – Лучше бы он в десять вечера прилетел.

Оказывается, был и такой рейс, что не добавило мне настроения. Онни, так же, как и я, не была окрылена тем фактом, что пришлось вставать в шестом часу утра. Сейчас её лицо скрывали большие солнцезащитные очки, а всё потому, что некоторые особы женского полу, не будем показывать пальцем, загуляли с подругами допоздна. Припёрлась домой к полуночи и, как мне поведала утром бабуля, завалилась спать, даже не приняв душа. Вот сейчас и мучается.

Меланхолично попялившись на электронное табло ещё некоторое время, мы, не сговариваясь, развернулись и потопали обратно к местам, где ожидали прибытия рейса остальные члены семьи Ким.

Вообще надо сказать, что эта неделя у меня выдалась неплохая. Всплыл правда один нелицеприятный момент лично для меня, но это можно сказать мелочь. В пятницу утром бабуле позвонил её старый знакомый, ну тот, который директор больницы, и поведал ей о том, что желает встретиться со мной лично. Ясен пень, что сразу после школы я отправился в больницу. Как не уговаривал бабулю остаться дома – всё без толку! Она