Невесты Тумана - Надежда Орлова

— Ясно… Эй, девицы! А ну, помогите! — Юджи пошла к раненым, пытаясь вспомнить хоть что-нибудь из того, чему пыталась (но, похоже, безрезультатно) научить её Габриэла. Девушки пошли за ней и стали рвать свои нижние юбки на полосы, перевязывать раны. Несколько парней помогали снять с раненых доспехи. Вскоре все раненые были перевязаны. Больше девушки сделать ничего не могли.

Парни поразбирали девиц к себе на лошадей. Человек-дракон сел на коня Танваира, но конь захрапел и стал извиваться ужом, что для флегматичного мерина было проявлением панического ужаса. Коня схватили под уздцы и успокоили, но тот продолжал храпеть, бешено косить глазами на страшного всадника и плеваться пеной.

— Он вас не сбросит? — спросила Юджи, подъехав ближе.

— Он меня чувствует. Лошади… да и вообще животные, знают, что скрывается за человечьим обликом. Не бойся, малыш! — Дракон потрепал коня по шее, — конина, конечно, вкусная вещь, но сейчас, после такой голодовки, мне нужно нечто более… диетическое.

Несколько парней поскакали в поселения за телегами. Кроме пленных, на телеги предстояло уложить тела тех семнадцати, кто навсегда остался Желторотиком…

— Куда вы теперь? — спросила у Дэна Юджи.

— Честно? Не знаю, — пожал плечами Дэн. — Можем в Нэмэтар, можем в Леверквинн. И там, и там нас встретят достойно. Теперь уже достойно.

— Знаешь, давай к нам… то есть, к Эльфам!

— Здорово! Честно говоря, другого повода побывать во дворце нам может и не представиться.

— Думаешь? Хм… — Юджи обернулась к ближайшим парням. — Слышали? Что скажете?

— Дэн прав, когда-когда ещё во дворец к эльфам сможем попасть, — парни улыбнулись. Зэлтан тоже обрадовался — он попадет домой раньше.

— Ну тогда — на Нэмэтар?!

И ей ответом был рев молодых глоток:

— На Нэмэта-а-а-а-ар!!!

Желторотики свернули в сторону кордона. Юджи, Дэн, Зэлтан, Кенош и Эдлэртэ ехали чуть впереди.

— Так, парни. Теперь обсудим наши ошибки.

— Юджи, да ты что, мы же победили!

— Кенош, признайся, что нам просто повезло, как никому и никогда не везло! Нас могли покрошить в капусту, будь их там на полсотни больше!

— Это точно, — кивнул Эдлэртэ, — мы просто везунчики. Из семидесяти солдат потерять семнадцать… Зэлтан, помнишь, как в Войне За Море… было восемьсот, и потеряли триста, почти половину…

— А ты откуда помнишь? — спросила Юджи.

— Так я ж постарше буду… — улыбнулся Зэлтан.

— Ах, да! Никак не могу привыкнуть, что у вас возраст сотнями лет меряется…

— Забудь! — махнул рукой Зэлтан. — Ты себя тоже хорошо вела. Могу поспорить, что у менестрелей обоих народов любимая тема для песен ближайшие несколько лет будет одна. Что-нибудь в духе: " О Бесстрашной Деве, Восставшей Против Дракона…" или же, "О Благородной Деве, Которая…"

— Которая — что? Насчёт бесстрашной ты явно погорячился, иначе меня бы сейчас не трясло, как в лихорадке. И о каком там благородстве идёт речь, если меня мама, извиняюсь, не с той стороны одеяла родила? Нет, скорее уж это будет баллада "О Чокнутой Бастардке-Полуэльфийке, Которая Из Любопытства Полезла В Пыточную Камеру И Нашла Там Дракона, Умиравшего От Жажды"…

— Юджи, если какой-нибудь сумасшедший менестрель осмелиться написать балладу с таким названием и текстом, он рискует остаться без работы. Или, что ещё вероятнее, без головы!

— Хорош трепаться, Зэл. И без тебя тошно. Верите, ребята… сейчас еду и думаю, какая муха меня укусила, и в какое место? Мне что, больше всех тот дракон мешал? И вы тоже за мной попёрлись… делать вам было нечего, что ли?

За спиной Юджи переглянулись парни. Эдлэртэ приблизился к Дэну и негромко сказал:

— Девчонка, она и есть девчонка! Утром мечом махала, как все, а сейчас раскисла.

— Это пройдёт! — махнул рукой Дэн. — Ей просто надо выплакаться. Веришь, я и сам сейчас в подобном состоянии. Плакать, конечно не буду, но всё равно… Когда всё позади, можно и раскиснуть.

Дэн, незаметно для самого себя, оказался в хвосте кавалькады. Он смотрел на единственную девушку в отряде, одетую не в лёгкое платьишко, а в железную кирасу, которая, наверное, так давит на её плечи… нежную покатость которых он не мог забыть после того, как увидел её в ослепительно-жёлтом платье. Она тогда въехала под тень веток, как солнце, затмив своими волосами огонь костра… Дэн усмехнулся своим нежным воспоминаниям… а больше у него ничего и нет! Юджи не выделяла его среди всех остальных Желторотиков, они все для неё были просто друзьями… и пусть бы оно так и дальше оставалось. Признаться ей? Да он скорее себе язык откусит! Она видит в нём только друга. И невдомёк ей, что он уже давно назвал её именем звезду, на которую смотрит из окна… и луну, которая светит на его стол, сидя за которым он рисует её…

— ТЫ ЕЁ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ТАК СИЛЬНО ЛЮБИШЬ? — раздался сбоку от него присвистывающе-шипящий шёпот. Дэн вздрогнул: неужели он увлёкся и стал бормотать вслух, как тихопомешаный?! Он в испуге обернулся и встретился с кроваво-красным взглядом Дракона.

— А… я… э-э-э…

— Да нет, парень, не бойся! Это не ты сошёл с ума. Это просто я умею читать мысли.

Дэн готов был провалиться сквозь землю. Дракон же, ничуть не смутившись, заговорчески подмигнул алым глазом:

— Так почему бы тебе ей об этом самому не сказать?

— Вот ещё чего!

— Ты боишься, что она тебя оттолкнёт? Или… или что?

— Да ничего. Сам не знаю. Не могу я подойти вот так и сказать…

Дракон усмехнулся.

— Ладно, помогу вам обоим. Потому что знаю, что она уже который день злится на одного нерешительного болвана, который ездит с ней по лесам, из лука стреляет, разговоры умные ведёт… и это вместо того чтобы поцеловать. Хотя бы поцеловать!

Дэн посмотрел на своего необычного собеседника. Похоже, что тот процитировал ему мысли Юджи. Особенно насчёт "нерешительного болвана" — в самом деле, вполне её выраженьице! Дракон хитро смотрел на небо, словно это и не он вовсе, "и я не я, и кобыла не моя!"…

— Спасибо вам, Дракон… можно вас так называть? — Дэн повертел головой в разные стороны: — Вот уж ни за что бы не поверил, если бы вчера мне кто-то сказал, что у меня Дракон будет за сваху!

А во главе отряда Желторотиков ехала Юджи в окружении ребят.

— Вот, самое обидное, что даже страшно не было. С Армией Дракона было азартно, "ты или тебя?"; в подвалах была игра в прятки, а потом в догонялки; в пыточной было противно чуть не до рвоты; и Дракон тоже не страшный, а, скорее, завораживающий, так что и взгляд не отведёшь, даже если и захочешь. Нет, тогда страшно не было. А вот сейчас… Сейчас просто дрожу, как собака под дождём.