Разлом - Рия Альв

– Ура, мне не придется призывать нового избранного!

– Ты только об этом беспокоилась, да? – я сделал вид, что обиделся.

– Конечно, мне ведь уже нравится нынешний избранный, хоть он такой бестолковый. Зато какой героический!

– Все избранные такие, – сказал я. Девиз большинства избранных – слабоумие и отвага. Я обычно ограничиваюсь первым.

– Тебе лучше знать.

– Как Анс? – осторожно спросил я. – Не очнулся?

– Пока нет. – Аин старалась выглядеть спокойной, но нервно накручивала на палец белую прядь. – Но я бы на твоем месте уже думала, как буду вымаливать прощение.

– Я готовлю речь, – заверил я.

– А я бы готовилась бежать.

Я невесело усмехнулся. В моем нынешнем состоянии бежать я мог разве что с отрицательной скоростью.

Воздух в саду был свежим и влажным, пропитанным недавно прошедшим дождем. Уже третьим за день. Даже в Рейнгарде не должно быть так дождливо и холодно, все же лето еще не кончилось. И будто в память об этом на вечер обещали грозу.

Медленно шагая по саду, Аин сбивала с травы капли носками высоких сапог. Сегодня она решила не то что не разгуливать босиком, а даже сменить юбку на брюки и заправить штанины в сапоги. Она бы вовсе не выходила на улицу, но от долгого пребывания в замке неминуемо начинала болеть голова, появлялось чувство, будто кто-то вечно следит за ней, куда бы она ни пошла, и магическое зрение притуплялось. С потоками энергии в замке точно творилось нечто странное.

Но в саду было лучше. Всегда. Сад – это будто бы уже не замок, тут и дышится, и думается легче. И то невидимое, что следовало за Аин в замке, боится сюда соваться, оставаясь в коридоре, ожидая, когда сможет вновь продолжить свою слежку.

Самое неприятное состояло в том, что Аин, даже обойдя весь замок, так и не смогла понять, откуда исходит эта мерзкая энергия. Она была везде и нигде одновременно. Словно залетала в окна вместе с ветром и расползалась туманом по коридорам. Бороться с ней, не найдя источник, все равно что отсекать стебель сорняка, не выдергивая при этом корень. И то, что Аин, мастерски умеющая читать энергию, не может справиться с этой, было ударом по ее гордости. Ей нужен был Анс, чтобы во всем разобраться. Ей очень нужен был Анс.

Хотя почему ее вообще должна волновать эта энергия? В конце концов – это проблемы Рейнгарда.

Глубоко уйдя в мысли, Аин и не заметила, как вышла к лабиринту, протянувшемуся вдоль одного из берегов пруда. Только упершись в зеленую стену, за которой не так давно пряталась от Райна, она поняла, где оказалась. Ноги сами понесли ее дальше, уводя вглубь переплетающихся коридоров.

Когда-то они играли здесь в прятки. Аин не нравилось заходить в лабиринт, слишком неприятные воспоминания он вызывал, поэтому она почти не пряталась, и ее находили первой. Сложнее всех было найти Райна. Ловко пролезая прямо сквозь зеленые стены, он прятался в таких местах, куда не то что не подумаешь, не сможешь заглянуть. Частенько приходилось сдаваться и просто кричать ему, чтобы выходил уже. Но однажды даже после этого Райн не вышел, и пришлось искать больше часа. Оказалось, он просто уснул прямо на земле под одним из кустов.

Но это было давно. Даже представить теперешнего Райна спящим не то что на земле, а хотя бы на траве было достаточно сложно. Он руки-то боится замарать, пряча их под перчатками.

За очередным поворотом Аин сбилась с шага, ее будто обдало волной смрадного гнилостного запаха. Тьма, именно та, что преследовала ее в коридорах замка, змеилась и по лабиринту. Она была немного слабее, но все же раньше в саду не было и намека на что-то подобное. Одолеваемая любопытством вперемешку с тревогой, Аин, словно ищейка, взявшая след, устремилась туда, где тьма становилась гуще.

Один поворот сменялся другим. Аин ступала по мягкой земле почти беззвучно, но ей все равно казалось, что незримое нечто знает о ее приближении. Знает и ждет.

Снова проснулся детский страх. А что, если тьма заведет ее куда-то туда, где никто никогда не спасет?

Тогда она спалит весь этот проклятый лабиринт дотла и спасет себя сама, так решила Аин, ускоряя шаг.

Миновав еще два коридора, она услышала голоса, которые даже показались знакомыми. Двое явно разговаривали в одном из потайных «карманов» в стенах, и понять, где они находятся, было бы сложно, если бы не тьма, сгущавшаяся как раз вокруг.

Двигаясь по коридору, в котором и был вход в потайной карман, Аин приложила все усилия, чтобы быть абсолютно беззвучной, хотя ей казалось, будто сердце колотится так сильно, что его, вероятно, слышно даже через стену. У самого входа она не замедлила шаг: стоит говорящим выйти, и они тут же наткнутся на нее. Проследовав дальше и повернув в смежный коридор, Аин замерла, прислонившись к стене, которая должна была практически соприкасаться со стеной кармана. Ей стоило большого труда заставить себя не обращать внимания на пропитавшую воздух тьму и сконцентрироваться только на диалоге.

– Ты что-то упускаешь. Или умышленно недоговариваешь, – в звучании этого голоса звенел лед. Аин поняла, что уже слышала его однажды, тогда, в коридоре замка, когда так же, притаившись, подслушивала. И до этого тоже она слышала его много раз, но кому он принадлежал? Эта странная магия так умело путала мысли.

– Н-нет, что вы, миледи, я ничего от вас не утаиваю. Я рассказала вам все, что видела, готова хоть перед самой Эрной поклясться! – воскликнул тонкий, звенящий от нервов голос очень молодой девушки.

– Значит, ты просто не видишь всего, – отрезала невидимая «миледи». – Ты должна смотреть внимательнее.

– Простите, но я… я не слишком хорошо контролирую это и… – пролепетала девушка.

– Но все-таки контролируешь? – отчего-то показалось, что Леди сейчас хищно сощурила глаза, словно вцепившись взглядом в свою жертву. Аин давно приметила подобную манеру у…

И тут она наконец-то вспомнила, где слышала этот голос раньше – на многочисленных приемах. Это был голос, задававший ей множество не самых удобных и не самых легких вопросов, словно его обладательница экзаменовала ее при каждой встрече. Взгляд холодных светло-серых глаз с характерным прищуром вцеплялся в нее, внимательно изучал платье и прическу, словно отыскивая изъяны. Тонкие губы изгибались в едва заметной ледяной насмешке. Она всегда носила строгие платья темных холодных оттенков, собирала темные волосы в простые, но идеальные прически. Такой была Леди