Лучший киноактер в Голливуде - Номер 13 Белый

раздумывал, какой вариант выбрать, он заметил, что на другой стороне парковки установлена камера наблюдения — первая, которую он увидел в огромном аэропорту Хэтфилд.

Камера выглядела грязной, пыльной, как будто ее не чистили несколько лет и она была давно заброшена и забыта всеми, но Мэтью не хотел рисковать, отказался от грязных мыслей и покинул стоянку.

«Лучше не рисковать». — Он пробормотал, уходя.

Мэтью отошел на значительное расстояние и снова оглянулся на «Лэнд Ровер» — в конце концов, его тошнило именно от той стервы, а не от машины.

На обратном пути Мэтью позвонил Бритни, но трубку взяла её ассистентка, которая сообщила, что Бритни только что ушла в студию и не могла говорить.

Ему ничего не оставалось, как повесить трубку, найти место, где можно купить три чашки кофе, и вернуться в ресторан.

«Почему так долго?». — Майкл небрежно спросил, увидев вернувшегося Мэтью: «Тебя не смущает холод на улице?».

Мэтью жестом указал на свой телефон: «Звонил своей девушке».

Он выдвинул стул и сел, поставив перед ними две чашки кофе: «Пейте, пока горячий».

Они поболтали вместе и допили кофе, уже почти наступило время дневной тренировки, и хотя Майкл и Эйон Бэйли устали, они должны были прийти вовремя.

После обеда предстояло пробежать три мили, а чтобы усилить чувство коллективного сотрудничества, каждые три человека были разделены на группы, естественно Мэтью объединился с Майклом и Эйоном Бэйли. По словам Тома, каждая группа должна была прийти к финишу вместе, иначе их результаты не засчитывались, а три группы с худшими результатами должны были сделать дополнительно пятьдесят отжиманий.

Возраст актеров, принимавших участие в тренировке, варьировался от 40 до 18 лет, если бы он бежал один, Мэтью был уверен, что всё было бы лёгкой пробежкой. Бэйли не отстаёт, будучи 1976 года рождения, но Майкл, который выглядел довольно сильным, был в плохом состоянии, его собственный размер и рождение в 1964 году сделали его самым тянущим из трех.

Примерно через две трети дистанции он начал задыхаться, а Мэтью и Бэйли тянули его за собой и подбадривали.

После очередного круга по тренировочной площадке Майкл согнулся и задыхался: «Дьявол, ха… ха… если бы я знал, ха… я бы не пришёл сюда».

Мэтью практически тащил его за собой: «Ты не читал расписание тренировок заранее? Сейчас все легко, но через некоторое время мы начнём страдать».

Майкл вспотел: «О боже, Мэтью, я умру».

Слова были преувеличены, но с помощью Мэтью и Бэйли Майклу удалось преодолеть трехмильную финишную черту, и с преобладанием плохо бегущих актеров их группа выступила не так уж плохо и оказалась в первых рядах.

Последние три группы, которые прибыли последними, были, что неудивительно, наказаны пятьюдесятью отжиманиями, им не разрешили уйти, пока они не закончат.

В самый первый день Том дал всем фору.

Казалось, что он взял ту же самую рутину из армии и переложил ее на них.

Но он упустил из виду одну вещь: многие из этих актеров происходили из хорошей среды, так как же они могли быть такими послушными, как военные? Было естественно, что они были недовольны им, но никто не посмел бы что-то сказать.

…

В конце дня тренировок большинство актеров практически тащили свои тела обратно в гримерку, а те, кто был расслаблен, как Мэтью, были в меньшинстве.

В последующие дни Мэтью тренировался усердно, но постепенно он заметил, что что-то не совсем так. Каждый раз, когда Кейт приходила на тренировочную площадку, Том пристально смотрел на него, как будто ждал, что он совершит ошибку.

Но он хорошо справился, пожалуй, лучше всех из актеров, принимавших участие в тренинге.

Возможно, он был человеком, который видел все в более мрачном свете, но он всегда чувствовал, что Кейт и Том что-то замышляют.

Мэтью догадался, что, вероятно, Кейт хотела выгнать его из актерского состава.

К сожалению, он принадлежал к тому актерскому составу, который Том Хэнкс лично утвердил, и изменить его без достаточно веской причины было невозможно.

Кейт является помощником продюсера и должна быть хорошо осведомлена об этом, поэтому она приходит каждый день, чтобы проверить его, но пока ничего не делает, но она следит за Мэтью, а Мэтью следит за ней, только Мэтью не так откровенен, как она, все делается тайно и скрытно.

Когда начался четвертый день тренировок, Мэтью, как и в предыдущие три дня, сказал, что позвонит своей девушке после обеда, и снова пошел в укромный уголок склада и посмотрел на небольшое офисное здание на севере.

Вскоре он заметил Кейт, выходящую из офисного здания и направляющуюся к складу.

Мэтью сменил позицию и продолжал смотреть, пока Кейт открывала боковую дверь и входила в склад.

Как помощнику продюсера на съемочной площадке, было бы нормально войти на склад, где хранился реквизит и костюмы, и он хотел немного подождать, но Кейт была всего в двух или трех минутах внутри, когда Том подошел и тоже вошел в эту боковую дверь.

Глава 77

Увидев, как Том открыл боковую дверь и вошел внутрь, Мэтью тихо подошел к деревянной двери, некоторое время внимательно смотрел на нее, а затем прислушался. Внутри не было никакого движения, поэтому он не удержался, взялся за дверную ручку и медленно потянул дверь на себя.

Это был склад, где хранились некоторые костюмы и реквизит, и еще не пришло время приступать к съемкам.

В последние два дня Кейт и Том говорили о чем-то, глядя на него, что уже заставляло Мэтью беспокоиться, думая, что они могут что-то замышлять.

Он подумал, что это вполне вероятно.

Эти двое, Том, инструктор, отвечающий за обучение, и Кейт, помощница продюсера, были лишь на ступеньку выше него в съемочной группе.

Мэтью почувствовал, что существует большая вероятность того, что ему попытаются вставить палки в колеса.

Поэтому он скрылся на складе, готовый увидеть и услышать, что именно задумали Кейт и Том.

За боковой дверью находился длинный коридор, по бокам которого располагался разделенный на две части склад, каждая с двумя противоположными дверями, которые были не заперты и закреплены только большими металлическими штырями из-за старого оборудования и того факта, что съемочная площадка была закрыта, а внешние двери склада имели замки.

Оказавшись внутри, Мэтью пригнулся к ближайшей двери, спрятав свое тело за стеной коридора, и навострил уши, чтобы различить звук, хотя, казалось, не было никакого звука, кроме слабого жужжания осушителя.

Постояв здесь некоторое время, он пошел вперед более легкими шагами, оглядываясь по сторонам,