Весенние заморозки (СИ) - Александр Хомяков

-Высокая гостья владеет знанием настоящего и грядущего, барон. Я пришла, чтобы помочь тебе советом.

Он недовольно дернул плечом. Верховный Прорицатель спас его, это верно. Но всякая благодарность должна иметь свои пределы. Уивер ЭахТислари послал ему в помощь одну женщину - что ж, намек был более чем прозрачен. Рагон ЭахНодер проглотит это оскорбление. Он не дурак, и не станет ссориться с Кругом прорицателей. Но и воли сверх того, чего требуют правила гостеприимства, прорицательница не получит.

-Назови свое имя, пришедшая от Верховного прорицателя.

Она несколько дольше, чем он ожидал, помедлила с ответом.

-Эалит ЭахКиннер, - услышали воины замка Нодер. Опустился на плечи капюшон, открывая до сих пор памятное многим из них лицо. И не сдержал крика несгибаемый барон Рагон.

Ветер не нравился барону Рагону. Ветер был не злым - нет, скорее ехидным. Дергался порывами, швырял воду в лицо стоящим в гавани, уносил самые нужные слова. Мешал прощанью, каким оно должно было быть.

Ветер не нравился никому, но воины Нодера привычно держались под его порывами. Иными не могли быть вассалы несгибаемого барона Рагона. По сходням быстро перемещались скупые на слова и движения долговязые белобрысые фигуры с мешками, свертками, бочонками... иногда кто-нибудь ронял короткое ругательство на Старшей речи.

Мелгеру, носителю имени, некогда проклятого, ветер тоже не нравился, но мальчик не смел показать и тени слабости. Он стоял рядом со своим отцом, внимательно слушая его наставления. Мелгер уже знал, что его путь лежит на юг, вместе с остатками гарнизона замка Нодер, в то время как отец его останется здесь, защищать родовой замок. Мелгер не спорил. Никто не спорил с бароном Рагоном.

Ветер выдирал из-под капюшона светлые локоны прорицательницы. Капюшон скрывал ее лицо, фигура спорила неподвижностью с суровой повадкой воинов Нодера. Но нет-нет, да и поднималась нервно тонкая кисть, поправляя волосы, заталкивая непослушные пряди обратно под капюшон плаща...

-Мы остановимся во фиорде Тислари, и там дождемся тебя, господин мой.

-Нет, - ответил барон. - вы отправитесь в Окбери и встанете под знамена Аэлевит. Вы пойдете за ней на великую битву, и с вами будет мой сын.

Воин, которому были адресованы эти слова, замер неподвижно, склонив голову. Вот только неподвижная поза эта чем-то выдавала беспокойство.

Он знал свое право на пояснения. Суровый владыка Нодера не мог это право не уважить.

-Я буду ждать вас здесь. Я дождусь тех из вас, кто вернется. Я должен защитить наш дом от врагов - зачем еще нужен сеньор?

Сбился на миг ровный скупой шаг воина на сходнях. Едва заметно изменилась осанка склонившего голову воина. Кивнул своим мыслям стоявший чуть в стороне человек в поношенном сером плаще.

И только ветер унес вздох прорицательницы, тяжелый, как время. Рука ее ухватила очередную выбившуюся прядь, но не заправила обратно, а стала теребить, мять маленькими тонкими пальцами.

-Папа... - неуверенно произнес Мелгер. Барон даже вздрогнул от неожиданности, так непривычно было ему услышать от сына такое обращение. - Папа, мы еще встретимся?

Барон на миг опешил, не нашел, что ответить.

-Конечно, встретитесь, Мелгер, - прозвучал из-под капюшона негромкий уверенный голос. - Ну что за глупости?

Мальчик дернулся на этот голос, сделал шаг к прорицательнице. Помотал головой, отгоняя наваждение. Шмыгнул носом, но сдержался и отступил назад, глядя теперь на отца и больше ни на кого. В глазах его было ожидание ответа.

-Да, Мелгер, - кивнул барон. - я буду ждать тебя здесь.

Воин, склонивший голову, коротко кивнул и посмотрел на сына барона.

-Мы отчаливаем, Мелгер.

Мальчик, не сказав ни слова, сорвался с места и легко взбежал по сходням на палубу флагманского драккара. Воин стукнул себя кулаком в грудь и последовал за ним. Слились в один два ответных удара, и с палубы драккара послышались радостные возгласы: барон удостоил своих воинов высшей чести, отсалютовав им на прощанье. Скрипнули весла, уводя драккар от каменного пирса.

И ветер гнал рябь по поверхности воды, мелкую и неприятную. Трепетал в его порывах плащ прорицательницы.

-Мелгер! - позвал барон Нодер.

Драккар уже проходил устье гавани. Воин в сером плаще удивленно вздернул брови.

-Мелгер ушел на корабле, господин мой Рагон, - негромко сказал он.

-Да? - барон обернулся к прорицательнице. - Лит, Мелгер точно ушел?

-Он всегда будет с нами, Рагон, - был ответ. - Мы защитим его, любовь моя.

-Защитим...

-Укрытие, господин мой Рагон? Здесь, в гавани?

Барон дернул плечом - это движение однозначно выдавало его недовольство.

-Ищи, Халбер. Если здесь нет места, где может спрятаться один человек, то такое место надо создать.

Халбер удивленно вздернул брови. Он не понимал замысла барона, а тот, как назло, не спешил посвящать его в детали своего плана. Барон с недавнего времени стал излишне задумчив и немногословен. Как вроде знал что-то, иным неведомое.

Гавань и в самом деле не радовала обилием укромных мест. О, если бы они с Рагоном в детстве играли в прятки именно здесь! Но нет. Старый барон не любил, когда дети шумели и резвились под ногами воинов, и они предпочитали выбираться за стены замка, лазать по отвесным скалам, исследовать темные сырые ущелья, ловить руками форель в горных ручьях... Халбер в очередной раз беспомощно оглянулся по сторонам, и его взгляд вновь задержался на маленькой фигурке в плаще, стоявшей на пирсе.

Капюшон плаща был откинут, светлые волосы развевались на ветру - маленькое белобрысое знамя. Прорицательница смотрела на море.

Неотрывно.

-Госпожа Эалит может простудиться, если будет стоять на ветру так долго, - высказал предположение Халбер, неуверенно оглядываясь на барона.

Халбер уже давно не чувствовал такой неуверенности, как в эти дни. Барон, чей решительный и жесткий голос всегда определял ритм жизни замка Нодер, молчал и был погружен глубоко в себя. Халбер знал, кто тому виной. Но еще не готов был обвинить вслух. Не был до конца уверен.

-Что?... А, понял. Твоя правда, Халбер. Лит, пойдем в замок!

Она безмолвно повиновалась. Халбер смотрел, как движется прорицательница, пока она шла к ним по каменному пирсу, и опять не смог найти отличий от той, чье имя эта гостья присвоила себе. Узурпировала, посягнув при этом на место в сердце барона Рагона, которое ей не принадлежало. Но так и не проявила свое отличие от той, которую помнили самые стены замка Нодер.

И стены ее тоже не отвергли. Лит? Да, барон Рагон быстро понял, как надо звать этот призрак прошлого. Кэралит, Эалит. Он и раньше ее звал только так, ласково - Лит... то есть, не ее, конечно... проклятье!