Серые Пределы - Александра Лисина

Почувствовал несильный толчок в спину, Таррэн мгновенно очнулся и быстро поднял глаза, ища источник беспокойства, но тут же встретился взглядом с самцом хмеры: Карраш сидел на втором ряде каменных зубцов, незаметно прокравшись мимо бдительных Стражей, и смотрел на удивленно обернувшегося эльфа почти в упор. Так пристально, словно хотел что-то сказать. Странно… за прошедший день он ни разу не подошел и не показал вида, что сознает свою вину. Не признался никому, даже хозяину, что совершенно осмысленно дал вчера его вечному противнику нужную подсказку. Но сейчас, пока Белика не было рядом, пока никто ничего не понял, он все-таки пришел и теперь умоляюще смотрел на Темного эльфа, молча прося об огромном одолжении. И это было настолько не по-звериному, настолько ясно, что его понял бы даже идиот.

— Не волнуйся, он не узнает, — тихо пообещал Таррэн.

Карраш слегка приподнялся и вопросительно рыкнул. Словно уточнил, правильно ли он понял, и хозяин никогда не услышит, от кого его кровный враг получил жизненно важную информацию. Кто сидел подле него, ожесточенно раздирая лапой левую сторону своей шеи, и неотрывно глядел на Темного эльфа, страстно надеясь, что до того все-таки дойдет.

Таррэн кивнул и повторил:

— Клянусь.

Хмера довольно прикрыла желтые глаза и тихо заурчала, а затем, к нескрываемому изумлению окружающих, благодарно потерлась мордой о крепкое плечо Темного эльфа. Таррэн, чуть покачнувшись от толчка, машинально ухватился за костяные выступы на загривке и без всякой задней мысли поскреб жесткие чешуйки за ухом. За что, к собственному удивлению, удостоился еще одного благодарного взгляда и ритуального облизывания носа. Дескать, признали. После чего довольный Карраш, наконец, спрыгнул со стены и вихрем умчался прочь, поближе к Воеводе, где снова взлетел на один из зубцов и, вытянув морду в сторону Леса, предупреждающе зарычал.

— Начинается, — вздохнул Муха, кинув быстрый взгляд на Проклятый Лес.

Стражи разом подобрались и дружно проверили колчаны.

— Кажись, и правда…

— Там кто-то бежит, — неожиданно заметил какой-то Страж, имени которого Таррэн так и не узнал. — Похоже, Адвик: только он умеет носиться с такой скоростью.

Муха прищурил глаза, всматриваясь в темноту, но почти сразу кивнул:

— Да. Точно, он.

Темный эльф напряг глаза, высматривая в темноте шуструю Гончую, но приметил далеко не сразу, а когда все-таки поймал стремительно несущуюся к Заставе приземистую тень, то в который раз за сегодняшний день озадаченно присвистнул: кажется, юный напарник Шранка был способен обогнать ветер. Таррэн не видел его лица, старательно вымазанного сажей, не смог уловить всех его движений, но вовсе не ночь была тому виной: молодая Гончая мчалась так, словно ей подпалили пятки. Правда, низко пригнувшись, чтобы не выдать себя оживившемуся Лесу. Но ровно, уверенно и так быстро, что глаз не всегда мог различить мелькание его сильных ног.

Со стены, едва Гончая приблизилась, немедленно сбросили веревки, в несколько рук подняли парнишку наверх, помогли перебраться через усыпанные стальными шипами острые зубцы и плотно обступили.

— Идут… — выдохнул Адвик, сбрасывая с макушки кольчужный капюшон и пытаясь отдышаться. Он выглядел усталым, по лицу безостановочно струился пот, грудная клетка ходила ходуном, руки подрагивали. — Очень много. Просто тьма! С ними три взрослые хмеры — две самки и рослый самец-трехлетка, две пещерные медведицы и прорва всякой мелочи поглупее: ползуны, крысы, змеи… черных питонов не видели, но за пятерку желтохвостов готов поручиться. Богомолов — как во время брачного сезона, большинство — взрослые самцы в полной силе, несколько самок для задора… и много звергов, из стаи пятнистых… плюс две стаи однорогих… может, еще кто, но в основном — эти.

— Плохо, — прикусил губу Воевода. — Кто ведущий?

— Не знаю… пока они идут одни. Вся стая осталась там, чтобы выловить гада, а меня отправили, чтобы предупредить: там будет много летунов. Я от самых Холмов мчался, чтобы успеть до первой волны — там все черно от этих тварей. Просто они пока в воздух не поднялись — хоронятся за травой и кустами, чтобы мы не поняли. Так что тащите стрелы и побольше: сегодня будет жаркая ночь.

Адвик присел на корточки, одновременно растирая ноющие мышцы бедер, пару раз тряхнул головой, будто у него темнело в глазах, а потом прерывисто вздохнул.

— Карраш, Белик велел готовить тебе крылья.

— Что?! — изумленно спросил Велимир.

Хмера вдруг поджала хвост и придушенно пискнула, едва не забившись кому-то в ноги. Желтые глаза испуганно округлились, в них заметался настоящий страх. Он попятился, заскулил и почти шарахнулся прочь, но позабыл, что вокруг слишком тесно, а потому вынужденно замер, дрожа всем телом и явно ужасаясь одной даже мысли: крылья?! Мне?!!

Эльфы озадаченно переглянулись, напрочь перестав что-либо понимать, но от вопросов мудро воздержались: не время.

— Так надо, Карраш, — строго повторила Гончая, вытирая рукавом лицо. — Ты должен. Летунов будет слишком много, и с ними — немало крысюков, против которых обычные стрелы бессильны. Знаю, что ты боишься, знаю, что ты никогда этого не делал, но нам против них больше некого выставить.

— Он еще молод, — покачал головой Урантар. — И если будут крысы… ладно, не трусь, малыш: Белик зря не скажет. Раз он считает, что ты готов, значит, так и есть. Стриж! Вели своим найти для Карраша крылья! И побольше, чтобы вес удержали!

Хмера совсем скисла и, печально понурившись, поплелась на прежнее место, куда и взобралась с несчастным видом, буквально рухнув на подогнувшиеся лапы и окончательно пав духом. Долговязый Сторож, ничуть не удивившись, коротко кивнул и, снова затерявшись в толпе Стражей, принялся отдавать распоряжения.

— Зачем крылья? — недоуменно спросил Таррэн, когда все разбрелись по места, так и не соизволив пояснить происходящее, но Муха невежливо отмахнулся.

— Потом… не чуешь, что ли? Идут!

В этот же самый миг на стене произошло мгновенное замешательство, легкий шелест необычных кольчуг из чешуи каких-то местных тварей, кто-то зашипел, кто-то тихо ругнулся, но суета угасла так же быстро, как и началась. Слегка взбудораженные воины мигом подобрались, Сторожа перехватили поудобнее луки, Волкодавы проверили, как выходят из ножен мечи, Воевода с проворством дикого кота запрыгнул обратно на свой наблюдательный пункт, маг рядом с ним подобрался, а остальные затаили дыхание.

Карраш, приподнявшись на задних лапах, выразительно рыкнул, словно говоря людям: тревога! Но с постамента не сошел. Только подобрался весь и очень напряженно всмотрелся в неподвижные небеса.