Кадавр - Сергей Афанасьев

Охотница неуверенно посмотрела на Игоря.

— Гены цекубы? — вопросительно протянула она.

Он покачал головой.

— Я ей просто рассказывал о вас, — сказал Игорь.

— Что рассказывали? — поразилась она.

— Что вы сильная и смелая, стрелять умеете, драться.

Охотница вдруг смутилась, щечки ее порозовели.

— А вы тоже хороши, — с какой-то детской обидой и горечью сказала она. — Обещали, что недолго.

— Так получилось, — виновато ответил он.

— Вот и вляпались с вашей лапочкой, — продолжала выговариваться маркиза. — Со мной бы наверняка все вышло бы по-другому.

Игорь молчал, давая ей возможность излить наболевшее.

— Влипли, — все с той же горечью продолжала она. — А что самое обидное — и я из-за вас вместе с нею.

— Если я соглашусь работать на них, как вы думаете, может, они вас тогда не тронут? Если я поставлю такое условие? — неуверенно спросил Игорь.

Девушка только усмехнулась.

— Кеша?! Он тоже попал в лапы монахов? — вдруг встрепенулась она.

— Да. Как и все остальные, — грустно ответил он.

— Кто — остальные?

— Магистр… — начал было перечислять Игорь.

— Магистр? — поразилась Охотница. — Значит, он все-таки увязался с нами?

Игорь кивнул. Он не стал вдаваться в подробности, что без мага они бы все погибли в лаборатории.

— А кто еще с нами пошел?

Игорь перечислил.

— Теперь понятно, почему вы не торопились меня возвращать, — с горечью сказала она, услышав имя маркиза де Ландгрена. — Вот и верь вам на слово.

— Простите, — пролепетал он. — Я виноват. Просто, очень сильно хотелось, чтобы и Эйджер порадовалась свету.

— Вы только о ней и думаете, — недовольно пробурчала Охотница. — В ущерб всем остальным. Перешагиваете через своих друзей. А это — безнравственно. Они отвернутся от вас.

Игорь смутился.

— Как вы думаете, что они с ними сделают? — спросил он, меняя тему разговора.

— Ну, с Магистром все понятно — монахи очень не любят магов, — поморщившись, принялась объяснять принцесса. — Маркиза они, конечно же, переплавят в крестоносца. Ребенка вот только жалко. Все равно ведь — маленький он еще. Ну и меня — само собой. Вместе с вашей любовью.

Маленький мальчик стоял перед его глазами. Детская наивная улыбка, и слезы, когда они поссорились. Кеша…

— Я все же поговорю о вас с Епископом, — глухо произнес Игорь, чувствуя, как увлажняются его глаза.

— Поговорите, — совершенно без энтузиазма, как-то даже безучастно промолвила Охотница.

Он дотронулся до ее руки.

— Простите, — сказал он.

Она невесело кивнула головой, погладив его руку своей.

— Ладно, что уж теперь.

Охотница посмотрела в его лицо и вдруг принялась его успокаивать, продолжая свои поглаживания. Он непроизвольно обнял ее. Ее лицо было близко к его лицу. На мгновение ему показалось даже, что он обнимает Эйджер. Девушка говорила мягко, нежно улыбаясь. А губы ее, шепча слова утешения, пододвигались все ближе и ближе. И вот они, уже произнося слова, касаются губ Игоря.

— Эйджер, — только прошептал он, опускаясь вместе с принцессой на деревянное ложе.

49) Подготовка к побегу

Голова Охотницы лежала на груди у Игоря. Ее тонкие пальцы медленно поглаживали его тело.

— Вы не жалеете? — вздохнув, тихо спросила девушка.

— О чем? — удивленно переспросил он, поглаживая ее спину и бедра.

— Обо всем случившемся.

Игорь покачал головой.

— Нет, — ответил он. — Не жалею. А вы? — Несмотря на произошедшую между ними близость, Игорь по привычке обратился на «вы».

Вместо ответа девушка подняла голову, зачем-то внимательно посмотрев в его глаза.

И в этот момент резкий звук чего-то ломаемого отвлек их внимание. Насторожившись, они оба непроизвольно прислушались, присев на топчане. Вот снова — удар. И еще — удар. Где-то неподалеку.

В коридоре послышался топот множества ног, невнятные выкрики, отрывистые команды. Запахло горелым. Пол стал методически сотрясаться — явно где-то ломали стены.

Охотница и Игорь переглянулись, не выпуская друг друга из объятий.

— Напал что ли кто-то? — пробормотала маркиза.

— Вы думаете? — спросил он, холодея от мысли, что уже знает ответ.

— Очень похоже, — ответила девушка. — Вряд ли это какие-то внутренние строительные работы. Только вот кто?

Она задумалась, смешно сморщив носик.

— Кто-нибудь из королей? Но зачем им это? Кадавр? — встрепенулась она. — Только у него из нечисти есть такие силы и наглость.

— А что им может быть надо от монахов? — решил уточнить Игорь. Вдруг он неправ в своих предположениях?

Охотница мягко убрала его руки со своего тела.

— Битва за власть. Либо — за деньги. Разные магические предметы, например, которые монахи собирают у себя, — пожала девушка голыми плечами. — Или своих освободить. А может — даже и за вами?

Она внимательно посмотрела на Игоря, а он вдруг потерял дар речи. Откуда она знает? — растерялся он, боясь, что знает ответ.

Охотница между тем встала, прошлепала босыми ногами к двери, слегка нагнулась, приложив ухо к железу.

— Ничего не понятно, — ответила она на его вопросительный взгляд. — Беготня какая-то в коридоре. О чем кричат — не разобрать.

Она снова присела рядом с Игорем, чуть-чуть облокотившись на него. Игорь обнял ее под грудью. Впрочем, она ведь сама напросилась в поход, — подумал он. — А настоящий профессионал никогда не будет проситься, а сделает, так что его сами позовут, да еще и будут умолять, — успокоил он себя.

— Извините, — вдруг услышали они за своими спинами.

Резко обернулись. Позади них из стены торчало половина Магистра.

— Прошу прощения, что так не вовремя, — извиняясь, пробормотал королевский маг. — Можно войти? А то я и так много сил потратил. Боюсь, второй раз подобный фокус у меня не получится.

— Входите, входите, — Охотница поспешно отодвинулась в сторону, подтягивая коленки к груди и обхватывая их руками, и тем самым прикрывая свою грудь.

Магистр удовлетворенно крякнул, медленно, словно из трясины, втягиваясь в комнату.

— Монахи меня недооценили, — с какой-то детской гордостью проговорил он. — На дверь-то хорошие руны наложили. Но вот стены у них пообветшали. Нашел я слабое место в их защите. А тут — такой случай, напал кто-то. Грех не воспользоваться. Надеюсь, ваши-то двери слабее защищены.

Королевский маг прислонил руки к железу. Закрыл глаза, напрягаясь телом.