Великий поход хомяка и жабы. Часть 1 (СИ) - Стариков Антон

Вообще эти новые на скорую руку состряпанные создания оказались неожиданно хороши и возможно (у Дримма все же не было времени внимательно их посмотреть) даже лучше получившейся когда-то пятерки: неожиданно подвижные, за меньшие деньги и быстрей, а значит проект № 6 жив, и если новорожденные проявят себя сегодня хорошо, можно будет к нему вернуться. Кстати, хитрая и явно долго обсасывавшая проблему Туллиндэ ловко сумела обойти и вторую главную (после запредельной стоимости) проблему подобных существ — нехватку опыта: костяные мечи, вполне стандартное, хоть и высокоуровневое творение некромантии, наделяли своего мертвого владельца (живые, даже адепты магии Смерти не могли им сражаться) опытом хозяев составлявших его костей, а учитывая сколько гоблинов пошло на каждый меч, а так же как придирчиво Королева Мертвых отбирала материал, то даже по теории вероятности каждый меч имел знания хотя бы одного опытного воина, а значит их имел и его владелец-голем.

Башня, не та на которой сейчас находился Дримм, а скрытая туманом, так же не оставила мертвых бойцов своим вниманием, и пусть видеть их маги в башне не могли, но существовали и другие возможности помочь — несколько масштабных заклинаний и ВСЕ немертвые в радиусе их действия получили прибавки к параметрам и характеристикам, и так получилось, что единственными немертвыми в этом радиусе оказались ''детишки'' Туллиндэ.

Дримм дал отмашку, и мертвое усиленное магией войско двинулось вперед мерным не терпящим суеты шагом творений Смерти. Впрочем шли они так не долго и по примеру стремительно надвигавшихся гоблинов перешли на бег.

Первыми начали костяшки-маги, с помощью своих собратьев по несчастью жезлов обрушив на наступающий плотный строй молнии смерти иветер гниения — довольно мощные заклинания против живых. Результат был, но гораздо слабее, чем рассчитывал Дримм или возлагавшая на них надежды Королева Мертвых — в общем и целом, не идеально, но шаманы справились, да и остатки почти истощившихся наложенных до сражения щитовв последний раз, но все же помогли. Больше в этом сражении маги-костяшки не сыграли и сразу же после столкновения полегли, рассыпаясь после первого удара — взявшийся за лук и посылающий стрелу за стрелой Дримм не уследил. Но еще до столкновения двух стремительно сближавшихся масс, буквально в последние секунды, в небо и вперед ударила красная волна — все, абсолютно все, три сотни ''Кровавых стражей Туллиндэ'' оттолкнулись от земли и пролетев над головами первых рядов вражеского войска, красной и когтистой саранчой обрушились сверху в глубину гоблинского строя, а затем в затормозивших и несколько растерявшихся гоблинов передка врезалась тугая и молчаливая зомби-волна — пошла потеха!

То что началось после столкновения живых и мертвых, трудно было назвать боем — не было красивых ударов или финтов, противники не изумляли друг друга фехтовальным искусством и хитрыми приемами, просто жуткая бойня-резня и воины клана в этой бойне оказались сильней своих гораздо более многочисленных и в тоже время неспособных реализовать свое преимущество врагов — мертвые побеждали живых.

Неожиданная тактическая находка Дримма сработала на все сто, и оказавшиеся внутри строя стражи устроили гоблинам кровавый террор: буквально рвали их способными резать камень как масло когтями и не особо обращая внимания на ответные удары, мчались вперед, вертясь жуткими кромсающими плоть, метал и кожу доспехов вентиляторами и оставляя за собой горы трупов и недобитков, а также разряженный взломанный строй, на который со страшной силой давила не знавшая страхов и сомнений и все еще плотная масса зомби. Но вот у зомби возникла неожиданная проблема. Нет, они давили прогибавшийся и отступавший под их давлением строй, но вот потери у гоблинов могли бы быть и больше — в основном зомби добивали раненных стражами бойцов, что итак находились на последнем издыхании после того как по ним прошлись теснимые собратья.

Проблемы зомби и сражавшихся с ними гоблинов первых рядов были похожи: страшная скученность и неспособность нанести по настоящему сильный как рубящий, так и колющий удар, а то что получалось, не могло проколоть, прорезать или прорубить плотную временно измененную магией плоть одних и тяжелые из прочной кожи и металла доспехи других, ну и примерно одинаковое оружие обеих сторон не было приспособлено к такому бою. Противостояние (зомби / тяжелая доспешная пехота) очень сильно напоминало пусть и не бескровную, но и не являвшуюся настоящим боем старинную русскую забаву ''стенка на стенку'', и лишь кровавые стражи Туллиндэ выполняли план по трупам, ударно работая не только за себя, но и за того парня-зомби и поставляли тем же ''забавлявшимся'' зомби беспрерывный поток раненых, которых можно было добить.

Пока безымянные творения Королевы Мертвых и Дримма некоторое время не участвовали в бою, просто не могли протолкаться сквозь плотные ряды мертвяков, но вскоре нашли выход и, прогулявшись по плечам и головам безответных зомби, подобно кровавым стражам впрыгнули в бой и пошли пластать своими белыми, но быстро покрасневшими мечами направо и налево. Этим замечательным, но к сожалению с ограниченным сроком службы (сутки) мечам мало что могло противостоять — сильно заговоренного и усиленного оружия было немного и еще меньше таких же доспехов, а даже очень прочную кожу и метал творения некромантии вспарывали на раз. Создания Туллиндэ оказались очень сильны, умелы (спасибо мечам), а так же удивительно подвижны и быстры, не уступая в этом резвившемся впереди стражам, так что за образовавшей неплотный клин десяткой потянулся след убитых и изувеченных тел. И это стало переломом — как поток устремляется в трещину, так и зомби устремились в проделанный клином их более высокоуровневых собратьев пролом — строй гоблинов был окончательно разрушен, а в начавшейся свалке один на один или все против всех преимущество было на стороне зомби, что не боялись случайных ударов, не страдали от боли и кровопотери, если такой удар проходил, не уставали и были гораздо сильней своих живых собратьев.

И все же гоблины бились и бились, и не думали сдаваться — да, их сотнями и тысячами кромсали кровавые стражи, рубили своими страшными клинками новоделы Туллиндэ, давили, добивали и сталкивали во рвы не знавшие страха и сомнений зомби, но несмотря на все это, гоблины не поддались, и словно в награду за такое упорство воинское счастье снова начало поворачиваться к ним лицом. Причины такого разворота изменчивой фортуны были довольно просты: во-первых, неживые, как часто бывает, стали заложниками своего успеха — слишком далеко они оттеснили своих живых врагов и неполные полторы тысячи уже не могли перекрыть изрядно расширившееся пространство меж рвами, а гоблины наоборот наконец-то получили возможность окружать своих более сильных, но и в то же время малочисленных врагов; во-вторых, зомби слишком отстали от рвущихся вперед стражей — гоблины уже успевали восстановить свой строй, и даже клин в десяток прекрасных бойцов с великолепными мечами не мог изменить ситуацию в корне, а лишь не давал зомби окончательно завязнуть в массе многократно превосходивших их числом воинов; ну и в-третьих, ни стражи, ни зомби, ни новоделы-големы не были неуязвимы и их уничтожали одного за другим — численность немертвых неуклонно снижалась, а количество живых все еще было очень велико.

Тревожным сигналом того что что-то не так стала смерть одного из големов — слишком близко подобравшийся к тому шаман сумел прикончить эту созданную на стыке двух школ магии машину смерти, прежде чем голем успел отхреначить ему башку. Долго радоваться успеху шаману не пришлось — точный удар в спину от другого голема поставил точку в жизни и судьбе явно способного на многое шамана. Дримм понял, что слишком увлекся и что хватит страдать фигней и вместо роли не самого лучшего лучника вернуться к роли командира (все-таки он не эльф-рейнджер, для которого лук — основное оружие и средство заработать на хлеб с маслом). Гоблины не желали быть мальчиками для битья, а были, кем были — опытными тяжело вооруженными пехотинцами, они приспособились даже к такому врагу и начали побеждать.