Королевский Совет - Ричард Швартц

замок. ― Штаб-полковник пожал плечами. ― Он вор и видит всё по-своему.

― Как проходит королевский совет? ― спросил я.

― Он заседает в течении трёх дней. Правители и их советники входят в зал к третьему колоколу, затем дверь запирается и остаётся запертой в течении шести отрезков свечи.

― Либо у всех правителей стальные мочевые пузыри, либо здесь есть аборты, ― заметил я.

Орикес ухмыльнулся.

― За каждой ложей находится небольшая ванная комната и уборная. И правило посещать их в одиночку. Смысл этого зала в том, чтобы не вести тайных переговоров. В первые два дня вносятся и обсуждаются предложения, а в последний день принимаются решения. ― Он оглядел зал. ― Поэтому сейчас основную работу выполняют дипломаты, ведь когда правители проводят здесь совещания, у них остаётся не так много времени. Решения должны быть единогласными. Они не обязательно должны распространяться на все королевства, решения между двумя королевствами также заключаются здесь, и тогда нужны только эти два голоса. Остальные могут воздержаться, но никто из них не должен проголосовать против.

― Перед всеми раскрыть свои карты, ― заметил я. ― Ваш император был мечтателем, если думал, что это будет работать.

― Время от времени они приходят к согласию, ― сказал Орикес. ― Но у совета есть и другая цель. Один член совета может выдвинуть обвинения против другого. Когда это происходит, дверь на третий день остаётся запертой, пока не будет вынесен единогласный вердикт. Однажды случилось так, что на это ушло девять дней. Тот факт, что здесь есть только вода, ускоряет достижение согласия. ― Он ухмыльнулся. ― Я слышал, что все они тогда спали на полу, и решение было принято только потому, что все были разбиты и очень, очень голодны.

― Член совета выдвигает обвинения, и дверь остаётся запертой, пока не примется решение?

― Именно так.

― Никто не может уйти?

― Не может. Дверь запирается с помощью магии императора. Открыть её не смог бы даже таран.

― И все должны прийти к согласию?

― Да. Компромисс ― это хлеб, который не нравится никому, но питает всех. После этих девяти дней они были очень голодными.

― И ведутся все записи?

― Да. ― Он указал на неглубокие железные чаши, которые стояли в каждой ложе. ― Но после в этих чашах сжигается всё, кроме того, что было решено единогласно.

― Всё? Неужели никто не пытался схитрить и забрать записи с собой?

― Это причинило бы боль, ― ответил с улыбкой Орикес. ― Потому что магия зала сжигает их самое позднее тогда, когда покидаешь его.

Я недоверчиво покачал головой.

― Правителям, должно быть, противно, что ими так командуют. Что, если они лгут? Тогда начинают заикаться?

― Нет, ― ответил Орикес. ― Настолько далеко это всё же не заходит. Однако, когда выдвигается обвинение, верховные священники наших богов часто присутствуют на заключительном заседании.

― Как ему удалось заставить правителей согласиться на всё это? ― удивилась Серафина.

― Это прописано в договоре, ― ответил Орикс. ― Он станет недействительным, если они не будут его соблюдать.

Я медленно повернулся к нему.

― Что вы только что сказали? ― недоверчиво спросил я.

― Так бывает с договорами, ― ответил он. ― Если не соблюдать их, они больше недействительны.

― Но что будет действовать в таком случае? ― спросил я.

Серафина посмотрела на трон, и на её лице медленно появилась улыбка, затем она удивлённо перевела взгляд на меня.

― Вот оно, Хавальд! ― сказала она. ― Вот чего боится Коларон! Если договор станет недействительным, в действие снова вступит слово императора! ― Она повернулась к Орикесу. ― Разве нет, штаб-полковник?

― Именно. Силу будет иметь слово императора.

33. Цена власти

Мы вернулись в мой рабочий кабинет, чтобы изучить карты.

― Серафина, ― спросил я. ― Объясни ещё раз, где именно находится Рангор?

― Это одно из Семи королевств, ― вздохнула она. ― Ты ведь это знаешь, верно?

― Да, да, ― ответил я. ― Но где именно оно расположено?

Она ухмыльнулась.

― Тогда, наверное, мне придётся освежить твои знания. Старая империя находится на западном побережье континента Сер'эн'ал, Мирной Земле, как когда-то называли его эльфы. Вот. ― Она подошла к карте, на которой была изображена большая часть Старой империи.

Я фыркнул.

― Мирной, да?

― Более тысячи лет мира, Хавальд, ― серьёзно ответила она. ― То, что эльфы назвали его так, было иронией, потому что здесь на самом деле происходили их самые крупные битвы. Но при Асканноне царил мир.

Я отмахнулся. Мира у нас уже давно не было.

― Ладно. Продолжай.

Она провела пальцем вверх, пока он не коснулся земли, напоминающей на карте зазубренную голову медведя.

― Если передвигаться с севера на юг, то здесь находятся Ледяные земли. Там живут люди, но это варвары и разрозненные племена, дикари, если угодно. Затем идут Фарлендны, чья территория состоит из большой долины, зажатой между отрогами Божественных гор. ― Она провела пальцем по линиям, которые, должно быть, обозначали горы. ― Затем ты видишь здесь ущелье Богов, как называют его фарлендцы. У этого горного хребта есть четыре перевала, здесь, здесь, здесь и здесь, где его можно пересечь, и он отделяет Алдан от Фарлендов. В самом северо-западном углу Алдана, у подножия этого могучего горного хребта, лежит Аскир.

Она положила палец на символ дракона и улыбнулась мне.

― Это мы.

― Я уже понял, ― прокомментировал я, что заставило доблестного Штофиска за своим столом подавить смех.

― Аскир, как ты уже знаешь, был построен на бывших алданских землях. К югу от Алдана находится Бессарин. Здесь распложен Рангор, словно клин вбитый между Алданом и Бессарином, остриё которого почти достигает западного побережья и является предметом спора между Рангором и Аладаном на протяжении веков. Всего лишь двадцать миль, и у Рангора был бы порт, но Алдан не хочет отдавать им эту землю. Это привело бы к тому, что часть Алдана, граничащая с Бессарином, была бы отрезана.

Я посмотрел на пунктирную линию; казалось, она находится близко к Алдару.

― Сколько здесь миль?

― Оттуда до Алдара не больше шестидесяти.

Близко. Очень близко.

― Хорошо. Продолжай.

― Итак, на западном побережье у нас Фарленды, Аскир, Алдан, Рангор и Бессарин. Часть границы между Рангором и Бессарином проходит по реке и горному хребту. Река называется Ра'за,