Дело о свалке токсичных заклинаний - Гарри Тертлдав

Констебль достал пергамент и перо. Среди всеобщих восторгов он один сохранял серьезность.

– Можете ли вы указать мотивы преступников, которые принудили вашу душу переместиться в пространство Иной Реальности, известное как Девять преисподних, мисс Адлер? – спросил он официальным тоном.

– Вы хотите сказать, зачем меня туда отправили? – переспросила Джуди – настоящий редактор до мозга костей. Она опять встряхнула головой. – Они со мной почти не разговаривали, что, вероятно, было разумно с их точки зрения. Мне кажется, им просто не хотелось беспокоиться о том, что я убегу. Но я знаю, что у них были грандиозные планы. Они намекали, что еще разберутся со мной, когда произойдет что-то, чего они ждут.

Я вспомнил, что Джуди еще не знает о событиях на Девонширской свалке и в «Шоколадной ласке». Мне не хотелось думать, что бы эти люди с ней сделали, обрети они то могущество, которого добивались.

Я коротко рассказал ей о событиях в Нашем мире. Джуди задумчиво кивнула:

– Это увязывается с тем, о чем мы с тобой говорили до того, как меня похитили. Я так рада, что нам удалось расстроить их планы.

– Не «нам», мисс Адлер, – поправил ее Тони Судакис, – а ему. – И он указал на меня. – Если бы он не догадался вызвать птицу Гаруду, никого из нас уже не было бы.

– Кажется, я должен что-то сделать, – сказал я и, поймав восторженный взгляд Джуди, поспешно добавил: – Например, нанять Тони, чтобы он меня рекламировал. Однако не надо забывать о том, что мы не спасли бы тебя без Перкунаса и Девяти Солнц.

– Да, но ведь это ты вспомнил о них и уговорил мадам Руфь и мистера Холмонделея прийти сюда, хотя нельзя сказать, что их это сильно обрадовало, – заметил Тони. Оба исследователя добровиртуальной реальности энергично закивали.

– Ну ладно, если вам так хочется меня отблагодарить, то знаете что? – сказал я. – Я не против! – Все засмеялись и захлопали.

– А у меня здесь есть какая-нибудь одежда, кроме этого дурацкого балахона? – спросила Джуди. – Раз уж я опять в своем теле, то все, чего я хочу, – это поскорее убраться отсюда… Кстати, а где я?

– В Уэст-Хиллзском Храме Исцеления, мисс Адлер, – сообщил целитель Мурад. Он открыл шкафчик и указал на блузку и брюки. – Это та одежда, в которой вас нашли. После того как полиция изучила ее, все это постирали.

Не сомневаюсь, что стирка ничуть не помешала этой одежде. Интересно, как долго тело Джуди находилось в ней, пока ее душа томилась в Девяти преисподних? Должно быть, она подумала о том же, потому что сказала:

– Что ж, она подойдет, чтобы выбраться отсюда. А потом я ее сожгу.

– Как хотите, мисс Адлер, – не стал спорить целитель Мурад. – Но сначала вам придется выполнить одну небольшую формальность. – Джуди бросила на него нетерпеливый взгляд, и целитель поспешно пояснил: – Прежде чем выписать вас, я должен удостовериться, что с вами все в порядке.

– Так давайте, – попросила Джуди, заметно успокаиваясь.

Как человек, занимающийся магией, она прекрасно понимала, как важно строго следовать всем правилам. Надо отдать должное целителю Мураду – он превратил осмотр Джуди в ту самую формальность, о которой предупреждал. Он пощупал ее пульс и измерил давление, потом сказал:

– Пожалуйста, скажите главную заповедь вашей веры.

– Sh'ma Yisroyal, adonai elohaynu, adonai akhod, – произнесла Джуди, а потом добросовестно повторила: – Слушай, Израиль: Господь Бог наш. Господь един есть.

Целитель Мурад нацарапал какие-то таинственные закорючки в своей карте.

– Имею удовольствие объявить вас физически и духовно здоровой, – улыбнулся он.

– Тогда, пожалуйста, выйдите все и позвольте мне одеться, – попросила Джуди. – Дэвид, когда я выпишусь, ты отвезешь меня домой?

– Конечно, – ответил я. – Только надо передать полиции Лонг-Бич и Энджел-Сити, что ты в порядке: и те, и другие хотят поговорить с тобой. – И торопливо договорил, пока она не швырнула в меня вазой с ночного столика: – Это вовсе не обязательно делать тотчас же!

– Я позабочусь об этом, – усмехнулся дежурный констебль. – Но немножко времени я вам оставлю.

– Спасибо, – сказала Джуди.

Мы вышли из палаты. Целитель Мурад отправился к другому пациенту. Мадам Руфь и Найджел Холмонделей зашагали к лифту. Следом за ними поплелся и констебль. Я повернулся к Тони Судакису:

– Тони, у меня нет слов, чтобы выразить…

– А, пустяки, – отмахнулся он. – Я рад, что все получилось. Ну, мне пора на работу. Еще увидимся – когда ты заявишься туда с очередной проверкой.

– Отныне туда будут посылать кого-нибудь другого, – пообещал я. – Чтобы избавить меня от борьбы между чувством и долгом.

Тони засмеялся, похлопал меня по спине и ушел. Я ждал в коридоре. На другой его стороне я заметил надпись большими красными буквами:

***

ОТДЕЛЕНИЕ ИНТЕНСИВНОЙ МОЛИТВЫ. БЕЗ БЛАГОСЛОВЕНИЯ НЕ ВХОДИТЬ!

***

Какое счастье, что Джуди не пришлось входить в эту дверь.

Она вышла из палаты. Мне пришлось показать, где нужно выписываться, – она ничего не помнила и не знала, как попала сюда. В регистратуре затеяли было перебранку, пока Джуди не произнесла волшебные слова: «Голубой Щит». Тогда вдруг все стало легко и просто, хотя пришлось некоторое время заполнять бумажки.

Наконец мы вышли на стоянку и уселись на мой ковер. И вот тогда я нагнулся к Джуди и поцеловал ее. И она обняла меня. И когда наконец ковер взмыл в воздух, я старался вести его медленно и осторожно.

Была середина дня, поэтому на дорогах было спокойно. Почти все соседи Джуди были на работе. Мне пришлось воспользоваться моим входным талисманом – у нее не оказалось своего.

– О Боже, как хорошо опять оказаться дома! – воскликнула Джуди, когда мы вошли. Занавески были раздвинуты; она задернула их. Потом побежала на кухню и открыла ледник. Я услышал страдальческий вздох. – Половину продуктов придется выбросить. Ах, вот оно, отлично! Осталось еще немного пива.

– Пива? – повторил я.

Она опять вздохнула – на сей раз из-за моей недогадливости.

– Для «чаши корня», – пояснила она так, словно я чего-то не понимал (хотя в тот момент я действительно ничего не понимал).

Джуди вернулась в гостиную, где я топтался на месте, как заблудшая душа. Она сделала все, что могла, чтобы оживить меня; этот поцелуй… ну, если бы мои веки были оконными шторами, они захлопали и закрутились бы на своих палках, будто от урагана.

– Вот что я собираюсь сделать, – сказала Джуди, загибая пальцы: – Во-первых, выпить «чашу корня». Во-вторых, вылезти из этих тряпок. В-третьих, принять душ, чтобы забыть, что они на мне были. А потом я надену что-нибудь, что покажется тебе поинтереснее, и постараюсь как следует отблагодарить тебя за то, что ты спас меня из Девяти преисподних. Ну как?