Ближний круг российских императоров - Елена Владимировна Первушина

Но французская и английская пресса называли победу при Синопе не иначе, как «резней», а Франция и Англия предоставили Турции заем в 2 миллиона фунтов стерлингов золотом. Ночью с 3 на 4 января 1854 г. английский и французский флот вошли в Черное море для защиты османских территорий.

5 (21) февраля император официально разорвал дипломатические отношения с Англией и Францией. Княгиня Ливен уезжает в Брюссель. В Париж она вернется 1 января 1855 г. и там узнает о смерти императора Николая I, а 25 февраля 1857 г. в столице Франции начнется мирный конгресс, который подведет итоги Крымской войны и определит, какую цену должна будет заплатить за нее Россия. Сама Дарья Христофоровна умрет от воспаления легких 27 января 1857 г., до последней минуты рядом с нею будут Гизо и сын Павел.

Глава 10. Анна Тютчева — дочь дипломата и поэта при дворе Александра II

Воспитание государя

12 сентября 1834 г. Дарья Христофоровна Ливен писала брату: «В начале я почти так же оробела, как и он. Вам это покажется смешно; но это правда; его шестнадцать лет также смущали меня, как его могли смутить мои пятьдесят лет. Это будет взаимное обучение. Но затем дело пошло на лад. Он поистине прелестен, в высшей степени тактичен, изыскан и старается быть приятен. Выскажу вам откровенно сделанное мною наблюдение: он выражается с трудом, в особенности затрудняется рассказать что-либо, вследствие чего я старалась доставить ему случай говорить. Я очень желаю, чтобы он чаще бывал у меня; я вполне уверена, что с каждым посещением он приобретет более уверенности в себе, станет смелее и привыкнет вести беседу, а я уже позабочусь о том, чтобы она не казалась ему скучною».

«Он», кто так занимает ее мысли — это великий князь Александр Николаевич, наследник престола, чьей светской шлифовкой предстоит заняться Д.Х. Ливен.

«После последнего моего письма, великий князь был у меня дважды, — пишет Дарья Христофоровна в следующем послании брату. — С каждым его посещением нам становится легче, и мне очень приятно засвидетельствовать, безо всякой лести, что я никогда не встречала более прелестного молодого человека. Представьте себе: провести в шестнадцать лет два с половиною часа со старухой и серьезными людьми, говорить с ними или слушать их с интересом, не зевая, ни разу не сказать ничего неуместного, все время быть внимательным, не рассеянным, — уверяю вас, это удивительно. Вчера у нас был случайно Михаил Воронцов. Мы пользуемся случаем залучить к себе кого-нибудь новенького, если встретится подходящий человек. Но чаще всего приходится довольствоваться своим обществом; впрочем, мы не унываем».

И еще наблюдения: «Наш великий князь очарователен; ему недостает только того, что не свойственно его летам и что редко встречается в его положении. Ему надобно узнать людей: этим все сказано. Он приобретет это знание постепенно».

«Мои отношения к великому князю становятся с каждым днем все лучше и лучше. Уверяю вас, он, кажется, уже привык ко мне, вовсе не скучает в моем обществе, иной раз даже как будто находит в нем удовольствие. Что в нем особенно хорошо, это положительное и твердое желание поступать, как следует, выслушивать, запоминать и воспользоваться слышанным. Я бываю очень довольна, когда мне удается зацепить собеседника, ибо как найти интересный предмет для разговора, если никто не поддерживает его! Мне необходимо, чтобы присутствовал кто-нибудь, имеющий понятие о Европе или интересующийся ею, — кто бы то ни было, безразлично. Я рассказываю кое-что из событий моей молодости, какие-нибудь анекдоты, пересыпаю серьезный разговор шутками и, уверяю вас, что великий князь слушает все это с самым любезным вниманием. Я держусь своей системы и заставляю его рассказывать; его молодая жизнь, как она ни коротка, дает нам новые темы для разговора; в нем много чувства. Он очень хорошо умеет передать свои впечатления, и выражение его очаровательного лица дополняет иной раз то, что он не может выразить словами. По моему мнению, необходимо развить в нем умение говорить. Император обладает им в высшей степени, он выражает всегда свою мысль ясно, метко, и в то же время в изящной форме. Я хотела бы, чтобы великий князь мог подражать ему. Но это придет».

«Я устроила вчера для великих князей и великих княжон вечеринку, которая доставила им большое удовольствие. Я велела начать танцы ровно в семь часов, так, чтобы все могли принять участие в вечере; уверяю вас, что маленькие великие князья Николай и Михаил с таким же удовольствием смотрели на танцы, с каким остальные танцевали. Ольга Николаевна держит себя прелестно; она со всеми ласкова и предупредительна; она веселится как дитя и как царская дочь. Они все очаровательны; трогательно видеть, как они любят своих родителей; как они радуются и в каком бывают восторге, когда от них получается письмо или хотя бы только известие. Наследник совсем привык ко мне; он терпит мое общество, как будто оно доставляет ему удовольствие. Третьего дня граф Нессельроде провел у меня весь вечер; это был для меня настоящий праздник и счастливый случай для великого князя. Мы заставили Нессельроде рассказывать историю 1813 и 1814 гг. в лицах. Нельзя лучше изучить историю, как слушая рассказы ее деятелей. Великий князь слушал его с величайшим вниманием и интересом. Подобная беседа лучше всяких уроков».

Последующие письма к брату (4–10 октября 1834 г.) написаны в таком же веселом, радостном тоне. Княгиня отмечает с удовольствием, что: «…все идет на лад и даже с каждым днем лучше и лучше, ибо все то, что входит в привычку, становится легче. Великий князь выказывает поистине трогательное желание поступать во всем как следует. Я никогда не встречала юношу, одаренного такими прекрасными душевными качествами; это основа для всего остального. Все царские дети любезны и очаровательны со мною, и я провожу время в их обществе поистине самым приятным образом».

К сожалению этому, такому интересному и приятному для обоих, дружескому общению не суждено продолжиться, во-первых, его прервало известие о смерти двух младших детей Дарьи Христофоровны, во-вторых, ей очень интересно следить за взрослением великого князя глазами наблюдательной и умной женщины. Но Дарья Христофоровна уехала в Париж, а Александр продолжил свое образование. А когда и как оно началось? Как получился тот прелестный и «в высшей степени тактичный» юноша, который стеснялся говорить и особенно высказывать свое мнение, но старался поступить «во всем, как следует»? И как потом из него получился молодой император, который не побоялся спорить со всей своей страной, доказывая, что