Острова междумирья - Вадим Арчер

– Почему мы забыли про заклинание возврата острова? – прогудел Балтазар. – Оно не требует ничего, кроме собственной силы магов.

– Потому что отделившаяся часть – не остров, – ответил ему Могриф. – Согласно теории Талатша, остров составляет одно целое с породившим его миром, а разделяющее их пространство является веществом измененной плотности. Но оторвавшаяся часть уже не присоединена к своему миру, и заклинание возврата здесь бесполезно. По-моему, в нашем случае можно применить заклинание управления временем – оно тоже не требует ничего, кроме собственной силы магов.

– Но оно ничего не даст, кроме выигрыша во времени, потому что все подвергнувшееся его действию в конце концов возвращается в исходное состояние.

– Можно разработать частную настройку этого заклинания на вещество и массу нашего материка. Тогда его время пойдет вспять, и оторвавшаяся часть двинется в обратном направлении – а когда она воссоединится с другой частью, настройка на массу изменится, и заклинание прекратит свое действие.

– Оно может сработать и не так, как мы предполагаем, – засомневался Хирро. – Результаты частных разработок трудно предсказать заранее – у нас уже был подобный случай.

– По крайней мере, оно позволит выиграть время, – ответил некромант.

XXVI

Заклинание изменения прошлого не означает точного возврата к прошлому. Все, что вышло из сферы его действия в настоящем, не подчинено его влиянию, а прошлое меняется только для объекта, на который направлено заклинание. Подобные заклинания сходны с проколом пузыря для углубления под его поверхность и опасны тем, что малейший сбой при их выполнении может разнести мир, как проколотый пузырь. К счастью, их действие ограничено пределами мира, потому что каждый мир имеет свое время, а в междумирье оно находится в особом состоянии, близком к безвременью.

Прямо с Геджии маги направились на материк и опустились невдалеке от линии разлома. Отдохнув с дороги и затвердив наизусть все фазы заклинания, они приступили к его выполнению. Светлую магию обеспечивали Хирро, Балтазар и Зербинас, темную – Могриф с Дормантубом. Вести заклинание поручили Балтазару, как самому мощному из пятерых, остальные должны были поддерживать его своей магией. Он встал лицом к разлому, чтобы видеть происходящее там и действовать соответственно. За его руки взялись Могриф и Дормантуб – темных магов было меньше, поэтому им следовало встать ближе к ведущему – а с другой стороны к ним подсоединились Хирро с Зербинасом.

Говорить вслух Балтазар не мог, потому что заклинание власти над временем вызывало полную неподвижность исполнителей – во время исполнения перемещалось только то, на что было направлено заклинание. Такое заклинание произносили мысленно, поскольку мысль, в отличие от вещества, может свободно перемещаться во времени. Балтазар оглядел помощников, дожидаясь общей готовности, затем кивнул – и сила устремилась в кольцо.

Магов сковала полная, невообразимая неподвижность, сравнимая разве что с неподвижностью статуи. Было невозможно пошевелить не только рукой, ногой или хотя бы пальцем, но даже волоском. Остановилось все – дыхание, сердце, кровь – и тело совершенно не ощущалось, словно оно исчезло. Осталось только сознание и взгляд, направленный в ту точку, где его застигло начало заклинания. Хирро видел спокойное, чуть отстраненное лицо Могрифа, Зербинас – пламенеющую морду демона и неподвижно застывшего Ки-и-скаля за ним вдали, а Балтазар – край разлома под фиолетовой бездной, видневшийся между плечами его друзей.

Времени здесь не было, но его сознание помнило о конечной цели и летело к ней, сообщая заклинанию направление и скорость. Трудно сказать, когда – да и это не имело никакого значения внутри заклинания – но в конце концов неподвижный взгляд Балтазара увидел противоположный край разлома, выплывающий навстречу из фиолетовой глубины.

Оба края в точности соответствовали друг другу по форме. Щель разлома плавно сужалась, пока они не сомкнулись и не стали единым целым. Выждав немного, Балтазар начал выполнять фазу отката, обеспечивавшую возврат материка и магов в настоящее. Он мысленно произнес обращающую фразу, затем его сознание устремилось обратно в настоящее, словно пловец, возвращающийся с глубины на поверхность.

Его помощники не видели соединения разлома и не знали, как проходит заклинание. Они должны были поддерживать кольцо силы, и они делали это, пока восстановление подвижности, а с ней и телесных жизненных функций, не сообщило им о завершении колдовства.

Они глянули на ведущего, ожидая его команды. Балтазар шумно выдохнул пахнущий серой воздух и произнес одну короткую фразу:

– Все, вернулись.

Маги разжали ладони, и кольцо силы распалось, но они по-прежнему стояли на местах, словно в каждом из них застряла частица неподвижности. Хирро оглянулся на линию разлома и увидел там черно-красную танваланскую равнину.

– Мы сделали это! – торжествующе воскликнул он.

– Сначала нужно проверить, что у нас получилось, – охладил его радость Могриф. – Дормантуб, ты узнаешь вторую половину этой земли?

Пока было видно только одно – блуждающая часть материка воссоединилась с какой-то похожей землей. Демон уставился туда и обрадованно кивнул:

– Да, те самые места. Вон там мы стояли, когда поднимали материк, а дальше, за холмом, должна быть хижина Карвинака.

В том месте, где оба демона когда-то поднимали материк в междумирье, действительно, был канал, но ни у кого из магов не возникло желания проверить, ведет ли он на Танвалан. Они пошли за холм, куда указал Дормантуб, и обнаружили там хижину Карвинака. Она была пуста.

Видимо, оторвавшаяся часть материка действительно вернулась ко времени своего отделения, но поскольку в этом прошлом не было сражения демонов, она осталась на месте и в таком виде вернулась в настоящее. Если бы этот процесс удалось наблюдать из настоящего, это выглядело бы так, словно она вдруг исчезла в одном месте и появилась в другом.

Пока было неизвестно, куда их выбросил откат, но было уже ясно, что катастрофу удалось предотвратить. Будь на месте Могрифа светлый маг, он, возможно, на радостях освободил бы демона от клятвы, но некромант не страдал подобным избытком чувствительности. Он только удовлетворенно хмыкнул и приказал Дормантубу посмотреть, не осталось ли каких полезных ингредиентов в хижине Карвинака, а затем послал его упаковывать вещи в дорогу.

– Мы сделали это. – Могриф поочередно задержал взгляд на каждом из соучастников этого дела. – Светлая магия всегда была мне чуждой, но должен сказать, что мне понравилось сотрудничать с вами.