Последний Храм - Павел Буркин

— Отче старший магистр, — по-уставному обратился к Орозию командир, приземистый, но по-гномьи широкий капитан. — По вашему приказанию рота построена. Ждем дальнейших приказаний.

— Вольно, — для начала скомандовал Орозий. Как всех выпускников Университета Премудрости Божьей, его не миновала военная подготовка. Стоит вспомнить, как их там гоняли, натаскивая, в том числе, и для войны во имя веры, отцы-командиры… — Приказываю отконвоировать арестованного в военный порт. Капитан Зонара, по выполнении приказа поступите под начало командующего церковными войсками в порту.

Короткая команда капитана, и Морозини окружили крепкие парни в мундирах городской стражи. Звякнуло оружие, слитно ударили в мостовую сапоги. Огромные ворота открылись без скрипа: их могучие петли смазывали на совесть. Колонна протопала под широкой аркой ворот. Пару часов спустя именно в них ворвутся повстанцы, но Альваро об этом так и не узнает…

Насколько знал Альваро, из цитадели можно было выйти по Рыбной улице, и, оставляя по правую руку прикрывающий Медарскую гавань форт, дойти до стены, окружающей верфи Морозини. Там свернуть на улицу Святого Савватия, а с нее — на Оленью или Виноделов. Если идти по Оленьей — чуть больше двух ствангарских миль. В обычную ночь, по свободным улицам — полчаса быстрым шагом. Но стражники почему-то двинулись не к южным, а к северным, выводящим в Новый город воротам. Эти места Альваро почти не знал: слишком далеко и от военного, и от торгового портов, и, само собой, от верфей. Наверняка тут селились разные там земледельцы, купцы из тех, что торгуют с пуладжами да сантахами, оружейники, гончары, виноделы — словом, те, кто не имел никакого отношения к морю. Правда, может быть, вон там находится заведение госпожи Анастасо, дешевое, но, на удивление, приличное. Там Альваро проводил немногие свободные вечера, пока не подвернулась Неифила. Наверное, и лучшим из мастеров «империи Морозини» было по карману там поразвлечься.

Но вскоре колонна свернула на юг. Проплыла по бокам старинная крепостная стена — отряд явно вошел в Старый город. Судя по всему — в другой части города, ближе к Катраньему заливу и военному городку, чем к Медарской бухте и верфям. Интересно, зачем делать такой крюк?

Словно в ответ на невысказанный вопрос, вдали затявкали мушкетные выстрелы, гулко грохнула пушка, потом еще одна. Над прилегающими к бухте кварталами словно вставал преждевременный (и ошибшийся направлением) рассвет: то угасая, то снова разгораясь, над ним вставало багровое зарево. На его счастье, Альваро никогда не видел городских восстаний, но легко догадался, что может породить такой неровный, тревожными сполохами встающий над городом свет. В городе бушевал пожар — и не обычный, способный сожрать лишь дом-другой с людьми и без них. Судя по зареву, горели целые кварталы. Снова загрохотали мушкеты. Пушки что-то примолкли, но потом грохнули залпом. Раскатистый, будто горсть камней по железному листу, залп — и снова тявканье вразнобой, будто бедолаг никто не учил стрелять залпом. А зарево все росло, теперь со стороны Медарской бухты ощутимо тянуло гарью.

— У них тоже есть мушкеты, — произнес Орозий. — Кто-то снабдил ублюдков оружием… Но стрелять не научил. И все-таки не завидую нашим в тех местах… О, да это же у цитадели уже! Надо спешить, наверняка все пространство от верфей до Нового города в их руках. Можем нарваться…

«Хорошо бы» — подумал Альваро. Идти со связанными руками, под конвоем — для повстанцев лучшей рекомендации не придумаешь. Альваро вслушался в далекое стаккато выстрелов, моля Лаэя (на всякий случай — заодно и Единого), чтобы оно звучало все громче. Но стражники тоже не были глупцами. Они-то хорошо понимали, насколько несвоевременно было бы нападение повстанцев. Вести уличные бои с важным пленником на руках — не подарок.

Теперь крепостная стена была совсем близко — она отчетливо виднелась из-за плоских крыш домов. Альваро готов был поклясться, что за ней начинается Катраний залив, а сама стена называется стеной святого Мелласа. «Это же все равно, что отправиться из Темесы в Эрхавен вокруг материка! — поразился Альваро. — Они что, сошли с ума?»

Альваро вспомнил, что стена тянулась вдоль самого берега, специально укрепленного каменной набережной. Эту набережную пришлось бы укреплять волноломами, если бы не положение Катраньего залива: зимние северные ветра, повинные в разрушительных штормах, гасились скалами на той стороне залива. Только юго-восточный ветер был способен поднять в бухте волнение, но сами волны тогда катились на противоположный берег. Потому вот уже больше столетия, как набережная противостояла времени и морской воде.

Море… Оно никогда бы не предало потомка жрецов Лаэя, а ведь от него отделяют всего-навсего пятьдесят шагов. И крепостная стена. И, что важнее, сотня мушкетеров с предводителем местной Огненной Палаты. Но на самом деле и они не смогли бы остановить готового на все мага. В конце концов, у отца разок получилось затопить колдовским цунами площадь с аутодафе. Если бы получилось сделать нечто подобное здесь… Но как это сделаешь, если Силу, как губка, впитывает в себя имеющийся у священника амулет. Альваро даже знал, что именно, как голодный шакал, пожирало магию. Бронзовое изображение руки в латной рукавице, стиснутой в кулак, на простенькой, ни один грабитель не позарится, цепочке. Как ее сломать? Да и возможно ли в принципе? Ведь она не противостоит магии, а просто высасывает из окружающего мира ее основу — разлитую в пространстве, невидимую, но в «рукахз» хорошего мага непобедимую Силу. А без Силы все формулы заклинаний, почерпнутые из старинных, чудом сохранившихся книг — не более чем бессмысленные кривляния. Те, кто создали Пожиратели Силы — гениальны. Только, скорее всего, то были не люди.

Вот если бы до него дотянуться, сорвать с шеи проклятый амулет… Отчего-то Альваро казалось, что это может помочь. Но трижды проклятый святоша шел в голове колонны, и до него было шагов двадцать — пространство, полностью заполненное солдатами. Никто не сможет справиться с ними со всеми, достаточно быстро добравшись до врага. Если, конечно, тебя не зовут Аргелеб. Альваро усмехнулся. Интересно, верит ли в бога-воина тавалленец Лендгрейв?

— Что, весело? — испортив все настроение, поинтересовался идущий рядом конвойный. Мушкет он нес в руках, наверняка оружие заряжено. Зажги фитиль — и стреляй на здоровье. А штык и тяжеленный приклад выручат, даже если не успеешь выстрелить. — Ты, козлина, не радуйся особо, в Тельгаттее за тебя по-настоящему возьмутся.

— А если на повстанцев нарвемся? — язвительно усмехнулся Альваро. — И они отца Орозия пристрелят? Обещаю, родные, быстро вы не умрете.