Проклятые башни - Кейт Форсит

МАТЬ МУДРОСТИ

Легко и стремительно, словно птица, Изабо скользила по заснеженному горному склону. Слегка качнув туловищем, она сменила направление, описав дугу, чтобы слететь с холмика, перекувырнулась в воздухе и грациозно приземлилась, вихрем взметнув из-под ног снежное крошево.

Склон стал более крутым, и она заскользила быстрее, пока холодный ветер не начал царапать ее лицо огненной щеткой. По щекам потекли слезы, и она потерла глаза рукой в белой перчатке, чтобы лучше видеть. Ее салазки вылетели на ледяную полосу, и ее понесло с головокружительной скоростью, закружило, и она чуть не упала, но удержалась и полетела дальше еще скорее. Изабо завопила от возбуждения и снова свернула, чтобы спрыгнуть с еще одного круглого снежного сугроба. Синее небо завертелось под ногами, заснеженные горы на миг расплылись, кровь хлынула в голову, но она уже снова приняла нормальное положение, и ее салазки с хрустом приземлились. Ноги разъехались, секунду она бешено вращала руками, точно ветряная мельница, пытаясь не опрокинуться на спину, но восстановила равновесие, и снег снова зашуршал под деревом ее салазок.

— Ух! — воскликнула Изабо. — Чуть не грохнулась!

Описав широкую дугу, она остановилась в рощице, вытерла перчаткой нос и попыталась отдышаться. Щеки горели огнем, и она чувствовала себя невероятно, потрясающе живой.

Над ее головой острые пики гор пронзали ясное и ослепительно яркое небо, а гладкие белые склоны уходили вниз, насколько хватало глаз, и эту белизну лишь кое-где нарушали рощицы темных деревьев. Снег был прочерчен стремительным и хаотическим следом ее спуска, и Изабо слегка нахмурилась, зная, что шрамолицый учитель весьма хлестко прокомментировал бы ее технику. Она с тоской взглянула на крутой белый склон, уходящий вниз, потом на солнце, которое уже начало медленно клониться за горы. Путь до Гавани был неблизким, и чтобы добраться туда засветло, возвращаться надо было уже сейчас.

Изабо неохотно наклонилась, чтобы развязать ремешки салазок. Краешком глаза она заметила какую-то золотую вспышку и вскинула голову. Сердце у нее заколотилось от волнения и радости.

Над горами парил дракон, и на его сверкающих чешуях вспыхивало солнце. Когтистые крылья были широко распростерты, тонкие, словно пергамент, длинный извилистый хвост слегка покачивался. Изабо подняла руку и позвала: Эсрок!

Приветствую тебя, человечек! — насмешливо отозвалась маленькая принцесса драконов, и ее мысленный голос, как обычно, отозвался во всех полостях тела Изабо, так что ее затошнило.

Ты летишь ради удовольствия или по делу? — спросила Изабо.

Полет это всегда удовольствие , — отозвалась Эсрок, складывая крылья и с грациозным кувырком устремляясь вниз.

Если я съеду на салазках до подножия горы, ты встретишь меня там и отвезешь обратно на вершину? Пожалуйста!

Возможно.

Пожалуйста!

Посмотрю, какое у меня будет настроение, когда ты доберешься до конца пропасти. Возможно, мне захочется позабавиться твоими странными человеческими глупостями, а возможно, я предпочту обглодать твое теплое окровавленное тело. Я не видела ни оленя, ни гэйл’тиса, так что, возможно, мне захочется поразвлечься.

Маленькая принцесса драконов отлетела от пиков и теперь парила над лугами, и ее огромная тень накрыла их, подобно грозовому облаку. Когда эта тень прошла над ней, Изабо почувствовала, как у нее задрожали колени, а в животе смерзся ледяной ком, несмотря на то, что за последние восемнадцать месяцев она частенько летала на спине драконьей принцессы.

Эсрок взмыла над долиной, и Изабо смотрела на нее, не зная, какое решение ей принять. Она оглянулась на крутой склон, сверкавший нетронутой белизной, и поддалась искушению, вслед за драконом описывая широкие стремительные дуги.

Сердце у нее радостно колотилось, снег разлетался из-под салазок, и Изабо забыла свои недавние опасения, крича от восторга и взлетая над сугробами. Склон стал более крутым и ушел вниз под ее ногами почти отвесно, так что она полетела по-настоящему, потом помчался ей навстречу, она упала, а снег все свистел под ее салазками, убегая наверх с бешеной скоростью. Она доехала до подножия холма вся в снегу, поскольку ей пришлось так круто повернуть, чтобы не врезаться в деревья, что ее по дуге занесло обратно вверх по склону. Изабо наклонилась, чувствуя, как трясутся ноги и колет в боку, и уперлась кулаками в коленки, простояв так до тех пор, пока не отдышалась. Потом подняла голову и оглядела далекое небо. Дракона нигде не было видно.

Эсрок?

Ответа не было. Ее охватила тревога.

Эсрок!

Солнце уже садилось прямо за остроконечные пики, и долину прочертили темные тени. Единственным звуком было тихое журчание воды подо льдом. Изабо почувствовала, как панический страх сжал ей горло, и она почти не могла дышать. Теперь не осталось никаких шансов попасть в Гавань до темноты. Если принцесса драконов не ответит на зов, ей придется провести ночь на снегу, а это значило, что надежды на выживание у нее почти нет. Очень многие из тех, кто засыпал в снегу, никогда больше не просыпались.

Изабо огляделась вокруг, пытаясь унять панику, готовую захлестнуть ее. Ей не следовало полагаться на доброе сердце дракона. Драконы были не из тех, кто славится человеколюбием. Если Эсрок время от времени позволяла Изабо летать на своей спине, это еще не значило, что принцесса драконов испытывала к ней какие-то более теплые чувства, чем собака испытывает к блохам, которые на ней сидят. Несомненно, она увидела стадо гэйл’тисов, которых можно было загнать до смерти, или просто ей наскучил вид, и она вернулась на Драконий Коготь. Изабо должна была придумать, что ей делать.

Она отстегнула от ног салазки и привязала их к себе за спину, потом еще раз огляделась. Склон был крутым, вокруг стволов хвойных деревьев намело огромные кучи снега. В узкой долине под круглыми сугробами скрывались скалы и поваленные бревна, тянувшиеся вдоль полоски черного льда, которая показывала, что летом здесь должен бежать ручей. Она оглянулась назад, на свои следы, и от высоты горы у нее дрогнуло сердце. На то, чтобы подняться назад, да еще и по глубокому снегу, уйдет много выматывающих часов. Она подавила горькие мысли о принцессе драконов, зная, что Эсрок, возможно, услышит их.

Вздохнув, она поплелась по долине, высматривая место, где можно было бы разбить лагерь. Хотя учитель часто предупреждал ее об опасностях, которые таят в себе долины, она решила, что скорее отыщет пещеру или дерево с дуплом здесь, чем на голых склонах, открытых всем ветрам. Лучше найти какое-нибудь укрытие, развести огонь и переждать у него долгую морозную ночь, чем пытаться взобраться на гору. Она может начать долгий подъем утром, когда отдохнет и будет достаточно светло, чтобы не попасться в одну из коварных ловушек, которыми изобилуют горы.