Свет в объятиях тьмы. Азим и Чёрный рубин - Бехруз Курбанов

отошла к нишам в стене и достала оттуда ещё две миски для мужа и младшего сына. Аъзам в это время принимал ванну, а Рауфу уже давно пора встать. Младшего сына Зарина слегка баловала и не будила слишком рано.

— Ты намазал мазь? — осведомилась Зарина, подходя к кухонному очагу.

— Да, она уже впиталась, — ответил Азим, глядя в спину матери. — «Решайся», — велел он самому себе.

Азим отвёл от матери взгляд. Он взял деревянную ложку, чтобы снова ковыряться с ней в миске. Нет. Он отложил ложку и задумался. Сделав глубокий, но тихий вздох, Азим, наконец, решился рассказать матери обо всём.

— Мама? — робко позвал он.

— Да? — тепло отозвалась Зарина, как и сын, протянув «а». Она с улыбкой подумала, что Азим захотел всё-таки поделиться с ней тем, что его гложет уже несколько дней, а может и дольше.

— Я… нашёл её, — с остатками сомнений сообщил Азим.

— М-м-м? — лукаво протянула Зарина, будто не поняла, что он имел в виду. А про себя подумала, — «Вот оно что!» — Она широко улыбнулась, не оборачиваясь к сыну.

— Я сделал свой выбор, — увереннее проговорил Азим и почувствовал некое облегчение, и эту странную скованность в его плечах и груди как рукой сняло. — Я сделал свой выбор, мама, — громче повторил он.

— Вот как? — Зарина отложила миски и повернулась к сыну. Она увидела его сияющим от широкой улыбки.

Азим радостно кивнул в подтверждение своих слов.

— Кто она? — интерес переполнял голубовато-зелёные глаза Зарины.

— Она великолепна, — пропел Азим, глядя наверх. — Она — та самая, — добавил он, словно юнец, витавший в облаках, каковым он и был. — Она… — он осёкся и задумался.

— Но? — в изменившимся взгляде сына Зарина заметила сомнение и неуверенность. Это вызвало в ней подозрение. — Кто она? — переспросила Зарина.

Азим со вздохом сжал губы и посмотрел в глаза матери.

— Дочь султана, — раскрыл он.

— Оу, — застыла Зарина. — «Ничего себе выбор», — удивлённо подумала она.

На мгновение Зарина усомнилась, а не зря ли она дала право выбора невесты? Но тут же отбросила эти сомнения и подошла к сыну за стол.

— Ты ведь знаешь закон о браке султан-заде? — взглянув в глаза сыну, спросила Зарина.

Её тон был слегка серьёзным, и Азим с досадой кивнул ей в ответ — конечно, закон ему знаком.

В этот момент в дом вошёл Аъзам, пальцами расчёсывая плохо высушенные волосы. Кстати говоря, эта привычка передалась и их сыновьям. Они не любили насухо вытирать волосы после ванны — они находили это дело бесполезным во всех значениях этого слова.

— Отец вернулся, — тихо проговорила Зарина, и Азим обернулся к входной двери.

— С добрым утром, — сказал Аъзам с бодрой улыбкой, входя на кухню.

— С добрым утром, — повторил в ответ Азим, встав с места.

Он снова сел после того, как отец сел во главе стола, справа от сына.

— Опять не высушил волосы? — возмутилась Зарина, но её улыбка выдала её притворную сердитость. — На улице прохладно, ты можешь простудиться, — её тон по-прежнему звучал с возмущением, но в её голосе слышались также нотки заботы о своём муже.

— Меня греет любовь к тебе, — Аъзам улыбнулся жене и пожал плечами, надув нижнюю губу, как это делает жаба.

Зарина с улыбкой покачала головой. Она ненавидела этот жест безразличия Аъзама, но из-за этого же она его и любила. Зарина взяла отложенную миску и подошла к очагу, чтобы наложить еды мужу.

— У Азима для нас есть новость, — вдруг заявила она.

Азим в это время положил ложку остывшей оталы в рот и чуть ли не поперхнулся от неожиданности.

— Ош! — сказал ему отец, как обычно говорят тому, кто поперхнулся, подавился или кашляет во время еды или разговора. Затем он удивлённо посмотрел на сына и спросил, — И что за новости?

— Я…

— Он выбрал себе невесту, дорогой, — заявила Зарина, пока Азим мямлил. — И не простую! — она подчеркнула свои слова жестом. — Наш Азим по уши в неё влюблён, — улыбаясь, Зарина постучала себя за левым ухом и подала миску оталы мужу. Её саркастичная улыбка передалась вместе с миской Аъзаму.

— Это многое объясняет, — сказал он, глядя на сына, который покраснел. — Вот почему ты такой ветреный в последнее время, — в его словах не было укоризны. Аъзам был рад за сына. — Я уже давно подозревал, что ты влюблён, ведь я и сам был в твоём положении, — Аъзам погладил руку жены у него на плече.

— Был? — шутливо упрекнула Зарина.

— И всегда буду, — добавил Аъзам, улыбнувшись жене. — Но в кого ты влюблён? Вот, что меня интересовало всё это время, — Аъзам опустил вопросительный взгляд на сына.

Азим же посмотрел на мать, чтобы та на этот раз дала ему самому ответить. Зарина, коротко кивнув, моргнула обоими глазами и села напротив сына.

— Я влюбился в дочь султана, — собравшись с мыслями, проговорил Азим.

Аъзам опешил от ответа. Его рот застыл приоткрытым. Не веря своим ушам, он вопросительно посмотрел на жену.

— В Зилолу бинти Бузург, — кивнув, подтвердила Зарина.

Опустив плечи, словно разочаровавшись, Аъзам задумчиво посмотрел на сына.

— Азим… Мы не может тебе сосватать дочь султана, — наконец, сказал он после недолгого раздумья. — Мы — простолюдины, сынок, а Зилола бинти Бузург — госпожа из рода султанов, то есть султан-заде. По закону, нам, — имея в виду простолюдинов, — не дозволено родниться с султан-заде, — Аъзам пытался помягче объяснить сыну закон, чтобы не задеть его чувства.

— Мы не можем пойти во дворец к султану, чтобы сосватать тебе Зилолу, сынок, — Зарина пересела к сыну и погладила его за здоровую щеку, чтобы тот не унывал.

Однако Азим и не унывал. Он прекрасно знал об этом законе, и победа в Бузкаши как раз поможет ему обойти этот закон.

— Я могу сам пойти во дворец, — заявил Азим с полной уверенностью, заставив родителей удивлённо покоситься на него.

Больше всего была удивлена Зарина. Заявление сына породило в ней нескрываемое любопытство.

— У дяди Адхама я узнал, что в прошлом году султан устраивал приём в вечер каждого праздника солнцестояния. На приём приглашаются и приходят члены правящей знати и богачи Ахоруна, правители или наследники других государств, высокопоставленные чиновники и им подобные. Однако этот приём устраивается не ради праздника. На нём султан устраивает своего рода смотрины своей дочери, где гости выступают в качестве сватов и возможных женихов.

Зарина и Аъзам уже знали об этом, но она была удивлена тому, откуда мог узнать об этом её сын. Впервые Аъзама пригласили на приём в день зимнего солнцестояния, однако без привилегии выступить в