Сказка о спящей красавице - Светлана Зорина

– Это нормально, Дион, – сказала я. – Ничего не боится только полный идиот. У всех есть свои страхи, даже у лучшего из воинов альти-лурду. Просто отважный человек скрывает свой страх. И преодолевает его, если нужно.

– У меня пока даже скрывать его не всегда получается, – вздохнул Дион. – Мама видит, когда я чего-то боюсь. Так вот… Однажды мы пришли в зеркальную комнату вдвоём с Геллой, и зеркала показали наши отражения. Говорят, такое редко бывает. Гелла посмеялась надо мной и сказала, что, когда меня посадили туда подумать, я просто видел своё отражение, а вовсе не её лицо. Может, так и было, ведь мы с ней очень похожи.

– А ты рассказывал Диане об этой комнате?

– Да, но не всё. По-моему, она только ещё больше загрустила, и я не стал продолжать.

– Видимо, Доримена – та самая тень, с которой я должна была договориться, – усмехнулась Дия, когда я передала ей разговор с Дионом. – И теперь я бы не чувствовала себя так паршиво. Дион… Он удивительный. У него очень мудрая душа. Иногда я разговариваю с ним, и мне кажется, что тот Дион сказал бы мне примерно то же самое… Вернее, он и есть тот Дион, просто он не помнит. Достаточно того, что помню я.

Мы сходили с ней в так называемое святилище теней. И даже посидели там на низкой деревянной скамье, глядя на стены – гладкие, льдистые, похожие на зеркала, но не отражающие ничего. Возможно, если прийти сюда ночью, в этих зеркалах будут мельтешить тени, то и дело принимающие облик тех, кто скрывается в самых тёмных закоулках наших душ.

– Давай лучше побываем здесь после заката, – словно прочитав мои мысли, предложила Дия. Мы с ней часто думали синхронно. – Говорят, здесь можно увидеть не только свои тени, но и чужие… Иногда мы пускаем их в свою жизнь, и они становятся нашими. У нас с тобой есть общие тени. Кстати, Доримена – одна из таких.

– Сомневаюсь, что у нас получится вызвать её в это зеркало и спросить, где её носит.

Разумеется, это у нас не получилось, и всё же хорошо, что в тот вечер мы решили побывать в комнате теней.

Поначалу мы, как и днём, ничего там не видели. Только серебристо мерцающие в полумраке зеркальные стены.

– Перед ужином я встретила в саду Селена, – сказала Диана. – И спросила его про эти зеркала. Он не может разгадать их загадку, хотя изучает их уже не один год. Какая-то странная, никому не известная материя. И никому здесь не известная магия. Пошли к себе, лучше телевизор посмотрим. Если даже тени действительно уходят в эту комнату после заката, ещё не значит, что они хотят, чтобы их видели. Наверное, скрываются в глубине этих магических зеркал и отдыхают от людей перед новым рабочим днём. Беднягам каждый день приходится таскаться за своими хозяевами повсюду, порой по колдобинам, грязи и лужам. Это если говорить о тени в нашем, привычном понимании…

Диана запнулась и замолчала. Потому что перед нами вдруг очень чётко и ясно проступили наши отражения. Потом на заднем плане возникли какие-то неподвижные смутные фигуры, которые тут же растаяли в мерцающем тумане. Примерно через минуту наши отражения исчезли, и в зеркале появилась фигура красивого зверя. Он походил на тигра, но на его золотистой шкуре не было чёрных полос.

– Может, это львица, – предположила Дия. – Хотя, нет, она выглядит немного иначе…

Зверь исчез, а вместо него появилась прекрасная темноволосая женщина, которая вскоре тоже растворилась в тумане, после чего зеркало слегка потемнело и на его поверхности заиграли разноцветные блики. Примерно через минуту из этого цветного хаоса возникло существо, похожее на дракона, – как будто сложилось из кусочков мерцающей мозаики. Когда дракон исчез, образы замелькали так быстро, что мы уже никого не могли толком разглядеть. Казалось, там, в пространстве, отгороженном от нас этим зеркалом, разыгралась буря, несущая сонм призраков, как ветер несёт ворох осенних цветов и листьев.

Это продолжалось минуты две, после чего зеркало приобрело тот же вид, что имело на момент нашего прихода.

– Интересно, только мы с тобой удостоились такого зрелища или кто-то ещё, – пустилась в рассуждения Дия. – Я не слышала, чтобы кто-то рассказывал о чём-нибудь подобном. Может, некоторые люди как-то действуют на эти зеркала. Хотелось бы узнать о них побольше. Мне очень понравился дракон, никогда таких не видела. Жаль, что не удалось рассмотреть.

– Пошли к себе. Попробую показать тебе другого интересного зверя, – сказала я, вспомнив пейзаж, который вызвала на эльхангоновом экране в первый день своего пребывания на Пандионе. – Однажды я видела мир, освещённый изумрудно-зелёной звездой. Там водятся удивительные звери – полукони-полуящеры с золотистыми телами.

Никто здесь не знал, что это за мир, хотя кое-кому уже посчастливилось его увидеть.

– Это редко получается, – сказал мне как-то Лидон, который обожал смотреть «телевизор» и проводил за этим занятием едва ли не всё свободное от воинских упражнений время. – Чаще всего, когда я нажимаю на грань с надписью «Зелёная Звезда», появляется какая-то мёртвая планета. То есть, может, и не мёртвая, но я не видел там ничего, кроме сухой земли, покрытой трещинами. Там почти всегда темно. Или совсем темно, или какой-то тусклый багровый свет. Выглядит зловеще. Селен говорит, что это какой-то астероид той же системы, что и Мир Зелёной Звезды. И самое досадное, что увидеть этот мир куда сложнее, чем Красный астероид. Мы его так тут прозвали. Вообще-то его тоже редко удаётся увидеть. Селен пока не может как следует настроить кристаллы на Зелёную Звезду. И врата туда открыть не может, хотя говорит, что этот мир не так уж и далеко отсюда.

Вернувшись с Дианой в наши покои, мы отыскали нужный кристалл, но вместо скалистого пейзажа под изумрудной звездой на экране появился тот самый Красный астероид. Попытки изменить «настройки» ни к чему не привели. Мы уж было приготовились «переключить канал», как вдруг увидели над тёмной планетой сверкающего дракона – такого яркого в лучах зловещего багрового света. Корабль урмиан.

– Что за чёрт! – нахмурилась Диана. – Я, конечно, не думала, что они испарились, но… Это далеко отсюда?

– Селен считает, что не очень.

– Вдруг у них там база, о которой мы не знаем.

– Доримена о такой не говорила.

– То-то и оно.

– Дия, она могла о ней просто не знать. Она провела на Пандионе полтора года, а её бывшие соратники всё это время не сидели сложа руки. Надо сообщить твоей матери.

– Прямо сейчас? Может, сперва сами слетаем на разведку? Пока всех будим, эта картинка исчезнет, и одному Богу известно, когда мы сумеем вызвать её снова. Сейчас сгоняю за Ламией – её комната почти напротив нашей. Она сумеет перенести нас туда невидимками…