Если ты простишь - Анна Шнайдер

руку ободрал и айфон новенький разбил. Пришлось компенсировать. Дорогая шутка получилась.

…Нет, не стоит всё сводить к одному эпизоду. Это сильное упрощение того, как устроена жизнь. Да и бессмысленно, всё равно до правды теперь не докопаться, и все причинно-следственные связи поступка Лиды не определить точно… Да и не помню я, чтобы она как-то остро отреагировала ну ту нелепую фразу. Что-то там про «блажь» и «баловня судьбы» было вроде…

— А мне одна тёлочка зуб выбила. Вот этот. — Виктор натянул улыбку и показал пальцем на передний зуб. — За то, что я ей сказал, когда она лениво прыгала на мне: мол, надо было не дочь, а маму выбирать. Это была и шутка, и комплимент её маме. Я с ними обеими познакомился в отеле в Анталье. Знаете, про некоторых мам со взрослыми дочками говорят, что они выглядят как подруги? Это всегда лесть и п**дёж, но эта парочка была очень хороша! Спортивные такие, фитоняши, или как там говорят… В общем, как я сравнил девчонку с её матерью, так она мне и дала в морду, не раздумывая! Не знаю, что её триггернуло. Выругалась бы, ущипнула, укусила бы игриво, но не сразу же в морду бить, а? Я тогда, кстати, послал её к психологу. Стоял у раковины, заливая всё кровью, и кричал, пока эта боксёрша собирала свои шмотки: «Вали к мозгоправу! Пусть расскажет тебе про фигуру матери в твоей грёбаной жизни!»

— Возможно, мать там и ни при чём, а ты просто хреново пошутил и повёл себя как мудак. Но давай вернёмся к Артуру, — предложил я.

— Думаю, всё при чём. И мать, и я — мудак, — подытожил Виктор.

— Если бы ты выбрал мамочку и сказал ей, что надо было выбрать дочку, тебя бы вообще грохнули, а не только зуб выбили, — предположил Сашка с ехидцей, и Виктор расхохотался.

— Артур, мы тебя слушаем, — я снова попытался вернуть разговор в интересное мне русло. Меня мучило не только любопытство, чего греха таить. Мне было интересно узнать, как Артур с женой прошли кризис, не наломав дров, в отличие от...

…Лида наломала дров, да так, что от семьи остались одни опилки. Не без моей помощи, я этого не отрицаю, но и не намерен переносить всю ответственность на себя…

— Так вот… Вначале я один ходил к психологу, — продолжил свой рассказ Артур. — А потом нам пришлось вместе идти, на семейную, так сказать, терапию, иначе было никак, как утверждал «шарлатан». Долго мы копались во всём, кучу денег отдали…

…Но в чём у меня нет сомнений, так это в том, что я бы отдал все свои сбережения любому шарлатану, если бы знал, что это точно не позволит Лиде разруш… Если бы знал, что это поможет нам сберечь нашу семью…

— Но, судя по тебе, результаты уже давно появились?

— Да, первые результаты появились быстро. Но это были побочные всякие вопросы, какие-то обиды. Всё это не решало главную проблему. Да, полегчало, да, отношения стали налаживаться, но в… э-э-э, в интиме всё равно было как-то вяло, несмотря на возобновившиеся попытки. Лучше, чем ничего, но какое-то отторжение всё равно оставалось… И вот, отдав кучу денег за эти сеансы, потратив кучу времени на болтовню с «шарлатаном», мы таки поняли, в чём была проблема…

А если бы мы с Лидой вовремя обратились к специалисту, поняли бы, в чём проблема? Если бы я настоял на походе к психологу, когда ещё не было поздно?

Если бы да кабы…

— Ну-у? — Виктору особенно не терпелось узнать, в чём было дело.

— Так я ж сказал? — удивился Артур.

— Нет!

— Да, сказал. Дело было в одной-единственной шутке.

— Охренеть… В какой?

— Этого я не скажу.

Мы хором затянули «у-у-у», как люди в кинотеатре, разочарованные финалом фильма.

— Ладно-ладно, замолчите только… — замахал руками Артур, улыбаясь. — Моя супруга как-то, э-э-э… в самый неподходящий момент сказала мне… То есть мы были как бы в процессе…

— Вы трахались, Артур. Говори прямо, — снова влез Виктор.

— Трахаются псины дворовые, а мы занимаемся любовью, господи помилуй! И не перебивай меня.

— Всё-всё, молчу. Так что она ляпнула?

— Она, э-э-э, ждала, когда я того… И от скуки начала болтать со мной… Сказала, что глупо устроено мужское тело. С возрастом оно должно быстрее кончать, потому что мало времени остаётся до смерти, а не наоборот, тянуть и тянуть резину. Как оказалось, жена так пошутила. Но мне было не смешно.

— Тонкая сатира. И что, из-за этого у тебя висяк? — съязвил Сашка.

— У меня не висяк. Всё отлично работало и тогда, и сейчас, слава бо… — Артур осёкся, видимо посчитав, что в этот момент упоминать Бога как-то кощунственно. — Просто в голову засела её, э-э-э, тонкая сатира. И обидно было, что уж греха таить, ещё и эта мысль про близость смерти… Всё смешалось в голове, я и не заметил, как к жене перестало тянуть.

— И как вы сейчас? — спросил я.

Они вместе. Не разрушили то, что у них было, в отличие от нас.

— Тьфу-тьфу-тьфу, всё в порядке, — смущённо, но очень довольно кивнул Артур.

— Трах… Занимаются любовью как кролики! — предположил, хоть и с утверждающей интонацией, Виктор.

— Смотри, не затаи обиду на жену за то, сколько денег и времени пришлось заплатить за эту шутку, а то ещё что-нибудь перестанет работать, — беззлобно пошутил Сашка.

— Это верно, — Артур согласился, — таить обиду вообще грешно.

А ещё грешно бездействие.

Теперь я как никогда остро ощутил, какую плату за него мне пришлось отдать. Ведь если винить себя за шутку, которую даже толком и не помню, глупо и надуманно — вряд ли она сыграла какую-то важную роль, — то не винить себя за бездействие очень сложно. Были же все причины начать действовать, а не откладывать в долгий ящик! Психолог на самом деле мог помочь Лиде понять себя — до рокового побега…

— Вадим, ты с нами? — Виктор дружески похлопал меня по плечу.

— Да… задумался просто.

— О чём?

— М-м-м… Что мы не выпили за Артура и его прекрасную супругу!

Встреча получилась какой-то особенно тёплой. Давно таких не было.

В тот вечер