Колдун. Путешествие на восток - Кирилл Клеванский

— Конечно! — восьми, может десяти летний ребенок гордо выпятил грудь и даже чуть откатил нижнюю губу. — Мама тоже рассказала Ахефи несколько секретов и Ахефи нем как старик Туриан!

Кто такой старик Туриан я не знал, но, скорее всего, это наставник парнишки.

— Ты пришел сюда заниматься? — я решил сменить тему.

— Ага, — в зеленых глазах пацана вновь промелькнул сонм демонов. — Ахефи тренируется каждое утро, чтобы однажды стать великим вином!

— Воином, — поправил я.

— Ну да — воином. Раньше я хотел стать как старший брат Гектор, — я поперхнулся. Второе совпадение и какое звучное. — Но теперь я буду как Тим Ройс из Империи!

— Пожалуй, мне стоит гордиться, — усмехнулся я.

— Однажды, — мальчик, будто не замечал меня, устремившись в прекрасные долины своих мечтаний, продолжал свою речь. — Я одолею трех драконов, повергну солнце и отправлюсь в неизведанные земли. И тогда тенесы будут петь о Ахефи Величайшем из Великих, Победителе Тысяч, Мастере Всех Мечей, Покорители Океанов и… и… и…

— Об очень хвастливом ребенке, — подмигнул я.

— Об очень хва… — мальчик запнулся и коварно усмехнулся, выглядело это несколько комично. — Тим Ройс из Империи смеется над Ахефи, но я покажу, что Ахефи кое-что умеет.

Парнишка встал в правильную стойку, вытянув ятаган перед собой, а потом на мгновение размазался серой тенью, сверкая коричневым лучом. Взлетевший лист, упал рассеченный на две половинки. Я был поражен, ни один взрослый человек (за исключением вашего покорного слуги, и еще нескольких людей) не может двигаться с такой скоростью, особенно если это ребенок. С очередным звучным хлопком еще один кусочек мозаики встал на место, явив мне цельную картину, которая идеально вписалась в теорию, которую я муссировал несколько сезонов, вот только основное зерно от меня все ускользало.

— Ты очень быстр, Ахефи, — я взъерошил волосы паренька, светящегося как новенький золотой. — Ты долго тренировал этот прием?

— Уже третий год, каждое утро и вечер по три часа.

Заявление внушало уважение. Я по новому взглянул на парнишку. Может, однажды, и сложат барды балладу, в которой будет фигурировать принц с востока, по имени Ахефи.

— А как же скорость? Её ты тоже тренируешь.

Парнишка стушевался и спрятал глаза.

— Мама рассказала Ахефи секрет, Ахефи не должен его никому рассказывать.

— Ну и правильно! — резко вскрикнул я, заставив мальчика вздрогнуть. — А хочешь, я покажу тебе интересный прием?

— Ага! — счастливо улыбнулся мальчик.

— Тогда смотри внимательно, — прошептал я. — Дважды показывать не стану.

Обнажив старшую саблю, я встал в позицию. Пришлось подождать пока ветер подует в лицо, а потом я сделал вид, что отразил чей-то удар, развернулся на каблуках и из-за груди, так чтобы не видел противник, в стремительном рывке выбросил вперед правую руку, устремляя кончик сабли в глотку воображаемому врагу.

— Ух ты! — выдохнул непоседа. — Тим Ройс из Империи самый быстрый человек, которого я видел.

— А то, — подмигнул я. — Прием называется "Алый Рассвет". Применяй его в качестве контратаки. Используй для движения инерцию отбитого удара, вес собственного тела и вес клинка. Все запомнил?

Мальчик немного постоял, а потом вдруг резко сорвался и выполнил кривенький, косой, убогий Рассвет. Но все же выполнил. Это был безусловный талант, потому как у меня даже на такое жалкое подобие ушла не одна неделя. Я опустился на корточки перед пареньком, так чтобы наши глаза были на одном уровне и протянул мальчику свой старый нож, который пережил огниво, на, как видимо, не надолго.

— Однажды ты станешь величайшим из воинов, Ахефи, — парнишка забирал простецкое оружие, словно это была драгоценнейшая из драгоценностей.

Я поднялся на ноги и пошел к дворцу, меня ждал последний диалог, после которого… не знаю, что будет после него, но явно ничего, чтобы мне понравилось.

— Тим Ройс из Империи, — окликнули меня, пришлось обернуться. Демоненышь стоял, оперевшись на свой ятаган и улыбался пиратской улыбочкой. — Подожди немного, я вырасту и обязательно одолею тебя!

— Я буду ждать, — серьезно ответил я, скрываясь в тенях.

— Прекраснейшая тори Мериган, готова вас принять, — поклонился старенький дворецкий.

Я втянул в грудь побольше воздуха и открыл дверь. Аудиенции у жены Визиря пришлось ждать до позднего вечера и все это время я провел в приемной, среди десятка самых разномастных чиновников, смотрящих на меня с легким интересом и без всякого превосходства. Это было, признаюсь, несколько приятно, во всяком случае, куда как более приятно, нежели когда на тебя смотрят как на грязь, приставшую к подошве.

В кабинете Мериган, как я уже выяснил — вовсе не Алиатки, было просторно. На ворсистом ковер стоял крупный стол, вокруг которого расположилось несколько кресел, а вдоль стены стояло множество шкафов, под завязку забитых различными книгами. Все было выполнено в западном стиле, до боли напоминающим Рагосский.

— Ты все же пришел, — тяжко вздохнула красивая женщина и мгновением позже, перешла на алиатский. — На этом языке мне будет проще. Привыкла.

— Как вам будет угодно, — мой западный акцент заставил на мгновение скривиться тори, но лишь на мгновение.

Усевшись в кресло, я положил рядом свой уже подготовленный к отбытию походный мешок. За поясом торчал контракт с печатью и прикрепленный к нему волшебный чек — гениальное творение Чертильщика, почившего лет десять назад, но оставившего за собой многие изобретения, изменившие мир. Да уж, наверно Древние Маги, обладавшие колоссальными запасами сил, все локти себе изгрызли. За их века не произошло не единого открытия, а сейчас эти самые открытия сыплются, словно из рога изобилия.

— Говори, — чуть повелительно, произнесла жена Визиря.

— Это было сложно?

— В начале — да. Потом проще.

— А первую жену вы…

— Нет, — резко обрубила Мериган. — Когда Визирь заметил меня, то его первая любовь уже год как была мертва. Мой муж не любит этого признавать, но воспитание западным послом оставило свой след.

— Любопытно, — протянул я. — И все же, как Океания смогла попасть из одной части света в другую?

Аристократка вздрогнула и ощутимо побледнела, её губа чуть задрожали.

— Значит, все таки догадался, — шепотом протянула она, непроизвольно комкая в руках пергаментный лист. — И что теперь? Шантаж? Угрозы? Еще чего-нибудь?

— Для начала — просто ответьте на мой вопрос.

— Тогда, скажи мне что ты знаешь о нас?