Братство меча. Книги 1-3 - Юлия Владимировна Баутина

которые еще могли пригодиться, была уже знакомая коновязь. И зачем, скажите на милость, коновязь в замке, где нет ни людей, ни лошадей? Правильно, для того, чтобы за дровами далеко ходить не пришлось.

— Ну, не серчай, батюшка Хранитель, — поплевав на ладони, заявил «гладиаторец». — Я тут, пожалуй, немного похозяйничаю.

Дряхлое сооружение, наглядно подтверждая высказывание о том, что ломать — не строить, сдалось быстро, всего через каких-то полчаса превратившись в сложенную в углу кухни приличную груду обломков. На вечер этого запаса должно было хватить, но Глеб на всякий случай произвел краткую разведку местности и удостоверился в наличии на территории замка еще парочки совершенно ненужных на его взгляд архитектурных сооружений, смахивающих на пустые сеновалы, и одной конюшни, тоже пустой, а также разжился несколькими досками, уже отвалившимися от вышеуказанных сооружений без его помощи. С огнем дела обстояли хуже — ни зажигалки, ни спичек у «гладиаторца» при себе не было, а воспламеняться от люмена щепки ни в какую не хотели. Вариант с добычей огня при помощи трения Глеб отбросил сразу, как несостоятельный, и решил в этом вопросе полностью положиться на Инари. Теперь оставалось только придумать, чем заняться до ее возвращения, потому что просто сидеть в пустой кухне и смотреть на люмены было как-то неправильно.

Логическая цепочка выстроилась сама собой при взгляде на пустой стол. В любом уважающем себя замке, согласно устоявшейся традиции, должны быть подвалы и кладовки. В любом уважающем себя подвале или кладовке должны храниться съестные припасы. Любой уважающий себя повар должен сверх того иметь в заначке хотя бы приправы, если уж не что-то большее. А если волчьи шкуры в Каминном Зале превосходно сохранились, невзирая на прошедшие годы, то почему бы не уцелеть и остальному? Придя к такому выводу, «гладиаторец» приступил к исследованию окрестностей, начав, чтобы далеко не ходить, с кухонных шкафов.

Между тем, снаружи уже темнело. В паре километров от опушки Запретной чащобы с топкого берега Аргилы — не то большого ручья, не то крохотной речушки, по выходу из леса впадающей в Сунгур — ведьмачка следила за тем, как выводок крапников, бойко работая лапами, плывет вверх по течению, держась в тени низко нависающих деревьев. Будь у Инари немного больше времени, она бы попривередничала, однако перспектива пролазать всю ночь по лесу в поисках чего-нибудь более приличного ее не радовала. Первый болт, сорвавшийся с тетивы, заставил возглавлявшую выводок самку забиться, вспенивая воду. Прочие птицы метнулись врассыпную, шумно поднимаясь на крыло, но ведьмачка, быстро перезарядив арбалет, успела достать еще одну из тех, что выглядели покрупнее. Выловив покачивающиеся на воде увесистые пестрые тушки, Инари решила, что на ужин этого должно хватить, а при некоторой экономии останется даже на завтрак, и направилась обратно к замку, задержавшись только на берегу Сунгура, чтобы надергать имбирника, луковицами которого проще всего было перебить слабый рыбный привкус мяса водоплавающей птицы.

По возвращении в Каер Морхен ее ожидал сюрприз. Кухня, несмотря на отсутствие огня, приобрела куда более обжитой вид. Один из столов был отодвинут от стены ближе к центру и сплошь заставлен мисками, горшочками и кувшинами, причем кувшины количественно преобладали. Возле стола стояли два кресла, в одном из которых уютно расположился Глеб с глиняной кружкой в руках. Причем, судя по витающему по кухне запаху, в кружке определенно была не вода.

— Где ты нашел вино? — озадаченно спросила ведьмачка.

— Ну что я, по-твоему, вина не найду? — притворно обиделся Глеб. — Места знать надо.

— Вот мне и интересно, как ты, не зная мест, смог его отыскать.

— Природное чутье проснулось, причем не только на спиртное. Здесь вот мед, правда в состоянии близком к окаменелости, но в чай вместо сахара добавить можно. Здесь что-то из травок, во всяком случае, пахнет приятно. И, что больше всего радует, в этом доме все-таки оказалась соль, а вот никакой крупы отыскать не смог, так что, увы, похлебку организовать не удастся.

Глеб с сожалением развел руками и добавил:

— Но дрова я все-таки раздобыл.

— Вижу, — кивнула Инари и, повнимательнее присмотревшись к громоздящейся в углу куче обломков, хмыкнула. То-то ей показалось, что во дворе чего-то не хватает. — До леса, как погляжу, ты вообще не добрался. Ну и как теперь без подручных деревяшек со следующим хоулером разбираться будешь?

— Пока не знаю. А что, еще один намечается?

— Не собиралась, но все может перемениться…

— Злишься, — констатировал Глеб, заглянув в кружку. — За вино или за коновязь?

— Не злюсь, — ведьмачка кинула добычу на свободный стол и взяла один из кувшинов, отхлебывая прямо из горлышка. — Эта рухлядь на дворе действительно не к месту была, я еще Велегоде говорила, что убрать надо, да все руки не доходили. Ладно, побереги вино — как-никак, весь ужин впереди.

— Там в подвале еще полно осталось.

— Догадываюсь. Но это не значит, что все надо пытаться выпить именно сегодня.

Удалив из очага половину щедро насыпанных туда Глебом щепок, Инари переложила оставшиеся по-своему, потом выпрямилась и молча указала пальцем на костерок. Полыхнуло алым светом, и дрова занялись веселыми язычками пламени.

— Да, хорошо все-таки уметь колдовать, — вздохнул следивший за ее манипуляциями парень. — Ни от спичек, ни от зажигалок не зависишь.

— Угу. Если еще стоишь на ногах, поищи вертела.

Вскоре лишившиеся перьев, голов, лап и прочих ненужных уже атрибутов крапники заняли отведенное им место над огнем. Инари сгребла отходы в ведро и принялась чистить имбирник. По кухне поплыл сладковато-пряный запах.

— Закуска? — Глеб критически повертел в руках одну из луковиц.

— Да. К мясу.

— Пахнет здорово.

— На вкус тоже ничего. Вертела вращать не забывай, если, конечно, не любишь угольки грызть.

Покончив с имбирником, ведьмачка ушла, прихватив с собой ведро. Глеб, следуя указаниям шеф-повара продолжил вращать вертел. Тушки местами начинали приобретать золотистый цвет, но чувствовалось, что до полной готовности с учетом размера птичек придется ждать еще долго.