Хризалида - RinoZ

Колонией, готовые сражаться, готовые умирать, чтобы принести победу муравьям. Внутри каждой группы ходила фигура в робе, благословляющая каждого воина и призывающая их к ещё большей преданности в бою.

Это было ужасающее зрелище.

Рассан’теп отвёл свой взгляд от устройства наблюдения и погрузился в глубокие размышления. Несмотря на такую юность, Колония уже могла собрать армию подобной силы, и её размер вызывал тревогу. Их рост превышал его прежние предположения, и по его прогнозам он станет лишь быстрее. Чтобы разобраться с подобной силой ка’армодо потребуется привлечь большую армию, тысячи из их собственного числа при поддержке Боевых Танцоров сец’цулах и песчаных големов.

Ничего из этого не было для них здесь, лишь выращенная и взращенная вопреки всем нормам Колония термитов.

Это была инженерия монстров от ка’армодо против того, чего смогло добиться одинокое существо без тренировок или помощи.

Он не был уверен, что они победят. Во многих смыслах это не имело значения. Он был лишь заинтересован чем станет Энтони с этого момента. Умрёт ли многообещающий молодой монстр в сражении, станет ли его возвышение к славе трагично коротким? Или он выживет и станет ещё сильнее от всего жара битвы?

Ему нужно было это увидеть.

[Вы кажется в предвкушении, Господин]

Раздался в его разуме голос Аммон’сила, и старик слегка переместился, чтобы лучше видеть своего верного слугу.

[Это так очевидно? Я бы предпочёл, чтобы мои эмоции не читались столь просто]

[Совсем нет, Господин] улыбнулся сец’цулах, [лишь те, кто знали вас много лет, узнают этот блеск в ваших глазах]

Гигантский ящер в удовлетворении развернулся обратно и снова сосредоточил внимание на устройстве наблюдения. Грандиозное зрелище собравшегося строя муравьёв, столь аккуратного, что казалось будто они были нарисованы в окружении, снова появилось перед ним.

[Что думаешь о предстоящем противостоянии?] Спросил Рассан’теп.

[Я не в том положении, чтобы давать комментарии]

[В том, когда я тебя спрашиваю]

[Как скажете. Я переживаю за ваших сородичей, Господин. Они уверенны в своих способностях и своих созданиях. Однако я волнуюсь, что они недооценивают противника перед собой. Колония показала, что она адаптируется, рискует, принимает решения налету. Лишь потому что были подготовлены контрмеры не означает, что они увенчаются успехом]

[Ты говоришь крайне аккуратно] отметил ка’армодо. [Можешь прямо это сказать. Высокомерие. Самоуверенность. Надменность. Гордость]

Каждое слово от древнего существа излучало силу, с океаном презрения за ними.

[Проклятие старых рас снова показало своё лицо. Лишь потому что мы некогда правили этим миром не означает, что нам не нужно теперь за него сражаться. Колония молода, амбициозна и быстро растёт. Мои сородичи здесь думают что они такие же, однако они разительно отличаются]

Он внимательно наблюдал за муравьями, отмечая различные касты и их расположение.

[Колония голодна, но до выживания, не славы. Они жаждут строить, не поддерживать. Юнцы, что были посланы сюда… они видят себя избранными и особенными вместо манипулируемых и отброшенных. Они позволяют себе стать слишком горячими, когда требуется холодная кровь и логичное мышление]

На расстоянии было движение. Тысячи муравьёв зашагали вперёд с неестественной точностью. Маги, каждый из них. С идеально синхронизированными разумами они начали привлекать и формировать ману вокруг них. С таким количеством в идеальной гармонии работающих вместе магов могло быть приведено в движение огромное количество энергии, настоящий ураган маны формировался вдоль береговой линии.

Рассан’теп внимательно наблюдал, пока мост принимал форму. Он должен был признать, форма была грубой, однако хорошо подходила для задачи. Прочный, плотный, сжатый, мост был почти километр в ширину. Они даже потрудились прикрепить его ко дну озера, протянув вниз столбы прежде чем воды не стали слишком глубокими. Огромный ящер одобрительно промычал. Кем бы они не были, но точно являлись надёжными строителями.

Мост постепенно протянулся и муравьи начали выдвигаться блоками, маги впереди, вместе с Энтони и его небольшой свитой.

В текущем темпе им потребуется чуть больше часа для завершения работы если их не остановят. Конечно же не остановят.

Из покрытого грибком леса начали подниматься сферы могучей энергии. Они ненадолго зависали в воздухе, сгущаясь, прежде чем внезапно вылетать по высокой дуге. Одновременно были сделаны десятки выстрелов, объединённые усилия почти всех оставшихся на горе ка’армодо.

Естественно муравьи были готовы.

Появлялись щиты, один за другим, покрывая мост на всю его длину. Рассан’тепу даже не нужно было тянуться своим разумом, дабы увидеть, что заклинания его сородичей были под атакой до того, как преодолели полпути, мана утекала.

Уровень продемонстрированной Колонией кооперации поражал.

С таким большим количеством магов в своём распоряжении они были способны распределять роли и позволять каждому муравью сосредотачиваться лишь на одной задаче. Само по себе это не впечатляло, однако то, как они без общения столь слаженно работали, повергало его в изумление.

Строительство моста не прерывалось ни на мгновение. Щиты продолжали создаваться и усиливаться, в момент разрушения происходила замена. Там были даже целые батареи магов, протягивающие свои разумы и стягивающие всю возможную окружающую ману, делая её доступной для использования другими. Самоотверженность, неустанная самоотдача. Это были отличительные черты Колонии.

Когда мост достиг отметки половины пути, произошла пауза.

Обстрел от ка’армодо продолжался, муравьи сдерживали его, но не продвигались. Шанс для их восполнения энергии? Позволение окружающей мане восстановить себя?

Возможно.

Он ещё раз провёл своим взором вдоль области. Мост теперь наполняли десятки тысяч муравьёв, но, что любопытно, не полностью. Это интересно, он не верил, что муравьи переживали из-за переполнения.

Затем что-то изменилось. Собравшийся строй муравьёв разделился посередине и шагнул в сторону, очистив узкий проход в центре к краю моста, где ждал Энтони.

Они уступали чему-то путь? Или кому-то?

Из-за почвы, среди гигантских корней Древо-Матери, появилась колонна обёрнутых в сталь муравьёв. Их были сотни, каждый закован в могучую, украшенную броню, сияющую зеркальным блеском. Торжественным и неудержимым шагом они неуклонно шли вперёд, пока Рассан’теп с большим интересом наблюдал. Затем появилось нечто другое.

На спинах десяти муравьёв переносилась… гробница? Её украшали четыре горящих факела. Её искусной филигранью покрывали золото и драгоценные металлы. На её поверхности было вырезанное в тщательных деталях лицо муравья, и пусть выражения лиц никогда не менялись, каким-то образом Рассан’теп ощущал чувство ошеломления… облегчения, и радости, и свободы…

Да что во имя Демонического Бога тут внизу творится?