Путь тени - Брент Уикс

— А угрозы вы всегда терпеть не могли, — сказал Кайлар.

— И находил выход из любого положения, — возразил Дарзо. — Однако тот случай был особенный. Видишь ли, у меня было слишком мало времени. Человек, который предположительно использовал мощь ка'кари, находился при смерти, а забрать у него шар следовало, как только он умрет. Гэрот и Вонда были где-то за городом. Я знал, что Са'каге собирались отравить его в ту же ночь. По-моему, об этом было известно и Гэроту. Попасть одновременно в два места я не мог; мне надлежало сделать выбор. Гэрота Урсуула я неплохо знаю. Он мастер ловушек и умнее меня, хитрее. В общем, я подумал, что если отправлюсь к Вонде, то непременно попадусь в капкан или в лапы вюрдмайстеров, и тогда мне не жить. Более того: ловушки Гэрота обычно бывали такими, что когда срабатывала одна, к ней подключалась и вторая, связанная с первой, так что Вонде тоже грозила смерть. Тогда Гэрот без труда завладел бы ка'кари, и на этом история закончилась бы. Вот каково было мое Испытание, Кайлар. Я не знал, что мне делать. Добровольно угодить в западню и умереть героем? Или забыть о Вонде и отправиться за ка'кари?

— Вы выбрали шар.

— Мой план был гораздо хитрее. — Голос Дарзо дрогнул, и какое-то время он молчал, глядя в стол. — Чуть погодя я помчал туда, украл лошадь, загнал ее до смерти, но прилетел к тому дому, в котором держали Вонду, через полчаса после рассвета. Ее уже убили. Я проверил все углы и окна, ловушек нигде не обнаружил. Не знаю, убрал ли их Гэрот, или они были магические, или их вовсе не было. Сволочь. Он все специально подстроил. — Блинт хлебнул пива. — Я мокрушник, а любовь — петля. Мне оставалось единственное — стать лучшим из лучших.

К горлу Кайлара подступил ком.

— Вот почему нам нельзя никого любить, Кайлар. Вот почему я делал все, что было в моих силах, чтобы оградить от той же участи тебя. Я допустил ошибку единственный раз, позволил себе подобную слабость, но она аукается мне и по сей день. Ты умрешь не по своей вине, Кайлар. А по моей. Так вот все складывается. За мои промахи вечно расплачиваются другие. Мне казалось, что Испытание выпадает лишь раз в жизни. Это не так. Вся жизнь — сплошное испытание.

Насколько понимал Кайлар, Дарзо никогда не забывал о допущенной ошибке. Со стороны казалось, что он непробиваем. О нем как о мокрушнике ходили легенды. Кайлар всегда мечтал стать таким, как Дарзо, не переставал поражаться его мастерству. Дарзо Блинт стал лучшим из лучших, но что скрывалось у него внутри?

— Моим Испытанием была Элена, — сказал Кайлар, горько усмехаясь над царившей в его душе пустотой. — А другого пути нет? — спросил он. — Неужели нельзя с ними справиться?

— Рот грозится измучить пытками и убить мою дочь. На такой риск я пойти не могу, мальчик, и должен выбрать одно из двух: умрешь либо ты, либо она. — Он достал из сумы золотой гандер. — Упадет вверх короной — выиграет Рот; замком — я проиграю.

Монета блеснула в воздухе и — невероятно! — приземлилась на ребро.

— Всегда можно найти иной выход, — сказал Кайлар, медленно отпуская талант.

«Сработало!» — подумал он.

Блинт снова поставил уже пустую кружку посередине доски, поднял ее и опять опустил.

— Я почти пятнадцать лет искал ка'кари, Кайлар, и понятия не имел ни где он находится, ни пользуется ли кто-нибудь его силами, ни какие магические защиты его охраняют. Мне было известно лишь, что люди вроде тебя притягивают ка'кари и что твоя нужда в нем рано или поздно выведет нас на него. Поэтому-то я брал тебя на задания во все уголки города. Откуда мне было знать, что шар валяется во дворце, у короля Гандера, и выглядит как обыкновенная безделушка? О нем никто никогда не упоминал, потому что он не представлял собой ничего особенного. До него никому не было дела. К тому же я всегда сомневался в том, что твой канал просто заблокирован. Догадывался, что рано или поздно ты сможешь пользоваться талантом, поэтому всячески пытался его разбудить. Думаешь, после пятнадцати лет мне будет просто отказаться от ка'кари?

— Вы и так от него отказались.

— Нет, черт возьми! Раз уж шар попал мне в руки, я никому бы его не отдал! — воскликнул Дарзо.

Кайлар ему не поверил. Дарзо Блинт все это время планировал уступить ка'кари ученику. Осуществлению его планов помешал Рот.

— Мастер, поработайте со мной. Вдвоем мы непременно одолеем Рота.

Дарзо ответил не сразу.

— Знаешь, я был точно таким же, как ты, мальчик. Долгое время. Если бы ты познакомился со мной прежним, я бы тебе даже понравился. Мы бы подружились.

«Вы и так нравитесь мне, мастер. И я хочу с вами подружиться», — сказал Кайлар про себя. Произнести эти слова вслух почему-то было сложно. Может, они и не имели особого значения — Дарзо все равно бы ему не поверил.

— Рот — халидорский принц, мальчик. Ему служит вюрдмайстер. Вскоре у него будет больше колдунов, чем магов во всех южных землях, и собственная армия. Ему принадлежит Са'каге. Надежды нет никакой. Пытаться его одолеть нет смысла Даже ночные ангелы не стали бы этого делать.

Кайлар, устав от Блинтова фатализма и его дурных предчувствий, вскинул руки.

— Надо понимать, они непобедимы.

— Бессмертны. Это еще хуже. — Блинт закинул в рот зубок чеснока. — Если хочешь получше вооружиться, бери, что нужно, из моих домов-укрытий. Не желаю, чтобы ты умер лишь потому, что мой меч окажется острее.

— Я не стану сопротивляться, мастер.

— Станешь. И погибнешь. Мне будет тебя не хватать.

— Мастер Блинт?! — вдруг воскликнул Кайлар, вспомнив слова Дориана. — А что значит мое имя?

— Это слово произошло от глагола, у которого есть два противоположных значения. Первое — «разделять», «разрезать»; второе — «прилипать», «приклеиваться».

— «Клеиться» в смысле к женщинам? — спросил Кайлар.

Блинт усмехнулся, однако зависшая над ним мрачная туча не исчезла.

— В общем, твое имя означает «соединяться» и «разделяться». Если точнее: «тот, кто убивает, и тот, кого убивают».

— Не понимаю, — сказал Кайлар.

— Поймешь. Да пребудут с тобой ночные ангелы, мальчик. И запомни: у них по три лица.

— Что?

— Возмездие, Милосердие и Справедливость. Им всегда известно, каким лицом следует повернуться. Только не путай возмездие с местью. Итак, пойдем отсюда.

Кайлар поднялся на ноги и стал раскладывать по местам оружие. Повернувшись, он случайно задел стол, и монета, до сих пор стоявшая на ребре, полетела на пол. Кайлар не успел обратиться к таланту, чтобы остановить ее, а когда она упала, едва взглянул на нее, не желая становиться в зависимость от глупых знаков.